Павел Северинец: Мы пошли на самый болезненный для КГБ вариант

В Минске много улиц требуют переименования, но активисты БХД решили начать с Дзержинского. Активисты Белорусской христианской демократии продолжают собирать подписи за придание одному из главных проспектов столицы имени известного белорусского деятеля Адама Станкевича. Ударить христианские демократы решили в самое «сердце» коммунистического наследия. «Думаю, что в Минске много улиц, чтобы переименовать. Христианская демократия взялась за тяжелый случай, мы пошли в авангарде. Дзержинский — это может быть самый трудный вариант, КГБ будет стоять за своего основателя насмерть», — заявил «Белсату» сопредседатель БХД Павел Северинец. Правда, есть в столице Беларуси и улицы в честь коммунистических деятелей, от которых властям было бы отказаться гораздо проще. Например, улица имени Болеслава Берута, жители которой имеют слабое представление о деятеле. «Берута? Какой-то, видимо, польский писатель, точно не знаю. У нас много улиц нужно переименовать, всяких там врагов. Улицы Быкова почему-то нет», — замечает один из жителей упомянутой улицы. Женщина, которая живет на этой улице, говорит: «Однозначно ответить не могу, так как не знаю ни его заслуг, ни его плохих качеств». У историков свое мнение относительно того, стоит ли чтить память именно таких фигур. «Я думаю, что если люди узнают правду: что это был за человек… А на самом деле он был начальником советских властей, помогал НКВД арестовывать недовольных людей, арестовывать офицеров польской армии, он не позволял андерсовцам занимать какие-то должности, проводил репрессии. Он был марионеткой, его поставили», — объясняет историк Игорь Мельников. После взрыва Второй мировой войны «сведущий» агент НКВД Берут отказывается от польского гражданства, принимает советское и с 1941-го работает в немецкой администрации в оккупированном Минске, оставаясь советским разведчиком. Уже после войны Берут становится первым руководителем коммунистической Польши, имел отношение к расстрелу 2,5 тыс. солдат Армии Крайовой и к репрессиям сотни тысяч поляков. В Польше последний такой советский рудимент, улица Болеслава Берута, исчезла в 2015 году — в деревне Рудница около Гожева-Велькопольского, по требованию польского Института национальной памяти. Почему не взять пример с западных соседей, которые не боятся отказываться от советского наследия? Тем более на фоне активного диалога с западной соседкой. Может, Минску стоит сделать партнерский жест, и вместо Берута поискать другого деятеля из многовековой совместной истории для увековечения?