Последний бой Пе-2 №25
Есть в селе Шумейко Энгельсского района Саратовской области средняя школа. Новое здание, светлые просторные классы. Но старожилы хорошо помнят небольшие деревянные здания, что раньше стояли на её месте, где отучилось не одно поколение жителей этого и близлежащих сёл. Одним из учеников был Михаил Ткаченко, будущий штурман пикирующего бомбардировщика Пе-2, который погиб в сентябре 1943 года.
Обломки этого самолёта в мае 2016 года обнаружили поисковики комплексной экспедиции "Гогланд" Русского географического общества, в которой принимали участие журналисты РИА Новости. Спустя полгода, 25 ноября, члены экспедиции вместе c творческой группой "Невский баталист" под руководством Дмитрия Поштаренко и "Поисковым движением России" открыли на родине штурмана, в сельской школе, экспозицию, посвящённую экипажу Пе-2.
О его последнем бое рассказывает координатор экспедиции "Гогланд" Екатерина Хуторская.
9 сентября 1943 г. в 8 час. 50 мин. по московскому времени Пе-2 №25 в составе группы из восьми Пе-2 и девяти ЯК-7 вылетел с аэродрома Гражданка с целью уничтожить огневые точки острова Большой Тютерс.
Экипаж Пе-2 №25 – младший лейтенант Казаков, младший лейтенант Ткаченко и старший сержант Тыщук (лётчик, штурман и стрелок-радист) – в 73-ем бомбардировочном авиаполку Краснознамённого Балтийского флота чуть больше месяца. Авиашкола осталась в прошлом, и теперь цена каждого вылета – не оценка инструктора, а твоя жизнь. О чём думали, летящие в мощном бомбардировщике навстречу солнцу эти совсем молодые ребята, о чём говорили? Смеялись, делились мечтами, спорили… Мы не никогда не узнаем об этом. Так же, как и они не знали, что этот полёт в осеннем балтийском небе станет для них дорогой в вечность.
Задачу отбомбиться на Большом Тютерсе даже бывалые авиаторы считали "билетом в один конец". Маршрут в 40 минут лежал в очень узком "коридоре", до которого не доставала артиллерия противника, размещённая на берегах Эстонии и Финляндии, и в постоянном ожидании атак самолётов Люфтваффе и десятков вражеских кораблей, несущих боевую вахту в Финском заливе. Да и сам остров, этот небольшой кусок суши посреди стальных вод своим частоколом артиллерийских стволов напоминал ощетинившего ежа – так плотно стояли его 80 с лишним орудий. В прицел одного из них и попал Пе-2 №25.
Последние минуты жизни экипажа отражены в отчётах авиаполка, хранящихся в Центральном архиве Министерства обороны России и журнале боевых действий гарнизона Большого Тютерса, где дежурный отметил, что остров был атакован в 8 час. 31 мин. (по берлинскому времени): "8 Пе-2 и 9 ЛАГГ /прим. – дежурный спутал ЯК-7 с ЛАГГ/ прилетели с юга острова и открыли огонь. 1 Пе-2 и 3 ЛАГГ обстреляны островной зенитной установкой. Вражеские машины подлетают к области расположения батарей и сбрасывают сразу по 20 бомб. 2 человека ранены, внутри батареи абсолютно всё наведение повреждено".
Именно благодаря "абсолютному" повреждению систем наведения мощные орудия Большого Тютерса "ослепли", позволив нашей авиационной группе, которая прилетела равнять остров с землёй ровно час спустя, – без потерь отбомбиться, нанести немцам серьёзный урон в живой силе, технике, жилых и вспомогательных объектах. И конечно, отомстить за гибель своих боевых товарищей, чьи имена на следующий день появились в отчёте полка: "09.09.43. при выполнении бомбардировочного удара по арт. батарее пр-ка /прим. – артиллерийской батарее противника/ о-ва Б.Тютерс огнём ЗА /прим. – зенитной артиллерии/ пр-ка был сбит самолёт Пе-2 №25, экипаж: мл. л-т Казаков, мл. л-т Ткаченко, сержант Тыщук. В момент пикирования от прямого попадания снаряда самолёт загорелся и упал в центральной части о-ва Б.Тютерс. Самолёт сгорел, экипаж погиб".
Свидетельства участников боя добавили в дальнейшие отчёты полка и дивизии подробности: "В момент лежания на боевом курсе самолёт Пе-2 получил прямое попадание снаряда ЗА пр-ка в левую часть центроплана. Левая плоскость загорелась, самолёт начал делать левый разворот с последующим переходом в пикирование и падением на землю…". В одном из отчётов также отмечено, как "на Н=100 м (прим. – высота) из кабины ФЗ(прим. – фюзеляж) выскочил парашютист". В другом отчёте – "выбрасывания парашютистов не наблюдали"…
Вместе с тем в журнале боевых действий островного гарнизона, который вёлся с присущей немцам педантичностью, факт гибели Пе-2 не зафиксирован. Сосредоточившись на атакующих самолётах, враги не увидели падения одного из них и не услышали взрыв, который слился с непрекращающейся канонадой нацистских орудий и разрывающихся советских бомб. Нет в журнале записи и о том, что самолёт обнаружен позже, ведь он упал вдали от дорог, позиций и блиндажей.
Не нашли и "парашютиста". Вероятнее всего, стрелок-радист Тыщук, чья кабина располагалась в хвостовой части Пе-2, был выброшен из самолёта взрывной волной от попавшего в центроплан снаряда, которая, возможно, спровоцировала и частичное раскрытие парашюта.
Большой Тютерс. Скала, покрытая соснами, мхом и густым черничником. Подбитый Пе-2 №25 за считанные секунды срезал деревья и, переворачивая мощные валуны, впился "носом" в гигантский, сверкающий кристаллами бледно-розовый камень, расколов его на несколько частей. Боевая машина разлетелась на тысячи мелких фрагментов. Также, как и два младших лейтенанта, два Михаила – Казаков и Ткаченко… Арсений Тыщук упал в нескольких десятках метров до этого места…
Сейчас здесь опять стоят высокие сосны, которые на закате сияют тёплым солнечным светом. Валуны вновь покрывают серебряный мох и ярко-зелёные кусты черники. А на возвышении, в паре метров от расколовшегося камня – стоит небольшая стальная пирамида с красной звездой, горящей в память о Пе-2 №25 73-го бомбардировочного авиационного полка Краснознамённого Балтийского флота. В память о его экипаже, шагнувшем в вечность.