Значение событий, начавшихся 23 ноября, не тускнеет с течением времени. Напротив, каждое прошедшее десятилетие с возрастающей силой подчёркивает их значимость и определяющую роль в истории осетинского народа. День 23 ноября 1989 года вошел в летопись истории осетинского народа как один из самых мрачных ее страниц, но одновременно и как один из самых героических эпизодов в летописи национально-освободительного движения. Тогдашнее поколение южных осетин, оказавшись перед лицом многократно превосходящего врага и не имея ни единого шанса на успех, последовало примеру предков, предпочитавших смерть позору и унижению. Их выбор оказался вынужденным, вызванным настоящей пандемией провинциального нацизма в ГССР. Ноябрьский поход грузинских националистических бандформирований против Южной Осетии стал прямым следствием политики грузинской элиты, взявшей курс на выход из состава СССР и создание этнократического режима. При этом за основу Грузинской мини-империи были взяты границы Грузинской ССР, носившие искусственный характер и проведенные без учета воли народов, насильно включаемых в состав этой химерической конструкции, архитекторами которой были и поныне поносимые в Грузии большевики. В истерично-демонстративной форме отвергая все советское, грузинское общество и политикум, тем не менее, не собирались отказываться от территориальных приобретений, сделанных благодаря Советской власти. В то же время в Грузии вполне четко осознавали, что односторонний выход из союзного государства и создание этнократического режима не будет поддержан национальными автономиями и национальными меньшинствами. Именно они, а не союзный центр стали главным препятствием на пути возрождения Грузии образца 1918-1920-х годов. В этой связи за несколько лет до официального провозглашения независимости Грузии неонацистская грузинская элита и общество начали кампанию по подавлению других наций, включенных в состав ГССР. Как и сегодня на Украине, радикальные ультранационалистические и откровенно фашистские силы вышли на авансцену, диктуя повестку дня. Начала набирать обороты информационная кампания по подготовке будущих агрессивных действий против осетин, абхазов и других наций. В октябре-ноябре в Тбилиси проходят митинги, забастовки, голодовки протеста и прочие акции, появляются требования создания единой, неделимой Грузии, отмены всех ее автономий, выхода Грузии из состава Советского Союза. Именно в это время стал популярен лозунг «Грузия - только для грузин». События начали нарастать как снежный ком. В ноябре опубликован проект государственной программы развития грузинского языка, предусматривавший значительное ущемление негрузин. Одно из основных положений проекта программы - перевод делопроизводства на грузинский язык - означало для большинства населения Юго-Осетинской автономной области возврат к неграмотности и к статусу второсортных. Из Тбилиси стали возвращать документы, составленные на русском языке и т. п. Из грузинского политического лексикона на всех уровнях был исключен исторический термин Южная Осетия, и территория, где нет ни одного грузинского географического названия, стала называться ими «Самачабло», «Шида Картли» и т.д. Самое парадоксальное, что инициатором и идейным вдохновителем этих процессов стала грузинская интеллигенция, казалось бы, воспитанная на идеалах коммунистического интернационала. Именно эта прослойка общества породила чудовищный монстр в лице грузинского фашизма, вызвавшего дестабилизацию ситуации на Кавказе на долгие десятилетия вперед. Применительно к Грузии как сарказм звучит определение: «Интеллигенция - совесть нации». Иными словами, какова совесть, такова и нация. В Южной Осетии, где с тревогой наблюдали за происходящим, в ответ студенчество и интеллигенция создают демократическое движение «Адамон Ныхас». Одновременно начались попытки дестабилизации ситуации внутри Южной Осетии с помощью грузинской части населения. В грузинонаселенных селах Южной Осетии активизируется деятельность грузинских партий и движений, таких как «Народный фронт Грузии», «Круглый стол», «Общество Ильи Чавчавадзе», «Общество Мачабели» и др. Идет целенаправленная обработка грузинского населения Южной Осетии, которому внушается мысль об якобы неравном положении грузин в автономии, дискриминации грузинского языка и т. д. Утверждается мысль о якобы существующих проблемах «коренного грузинского населения». С участием эмиссаров из Тбилиси начали организовываться митинги под трехцветными флагами меньшевистской Грузии. Именно под этим флагом был организован геноцид осетинского народа в 1920 году, поэтому его использование преследовало цель оскорбить национальные чувства осетин. Уже летом 1989 года из всех государственных учреждений и организаций, а также силовых структур были уволены практически все граждане осетинской национальности. Начались притеснения и массовые грабежи осетинского населения во внутренних районах Грузии - в местах компактного проживания осетин, у них отнимались дома, автомобили и все имущество. Были до основания разорены десятки осетинских населенных пунктов. Как естественная защитная реакция летом 1989 года в Цхинвале начались массовые народные выступления и митинги, которые стали носить систематический характер. Была объявлена бессрочная забастовка, почти каждый день проводились многочисленные митинги, вначале на городском стадионе, а затем на центральной площади Цхинвала. Список требований митингующих был прост - сохранение в Южной Осетии русского языка в качестве государственного и прекращение антиосетинской информационной кампании. Однако на многомесячные непрекращающиеся митинги и собрания населения Южной Осетии не реагировали ни центральные тогда грузинские власти, ни коммунистическое правительство Южной Осетии. Параллельно грузинские националисты провоцируют межэтнические столкновения с азербайджанским населением в районах Марнеули, Болниси, Дманиси, инциденты на межнациональной почве в Кахетии, где жили вскоре изгнанные оттуда лезгины, в Месхетии, где жили армяне. Из Грузии эмигрировали греки и русские духоборы. Обостряются и грузино-абхазские отношения. Новым катализатором в деле эскалации напряженности стали проекты законов Грузинской ССР «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного закона) Грузинской ССР», «О выборах народных депутатов Грузинской ССР», «О выборах народных депутатов местных Советов народных депутатов Грузинской ССР». В проектах законов были сильно ущемлены и урезаны права Юго-Осетинской автономной области (в части изменения границ ее территории, районного деления, отсутствие права на законодательную инициативу, права вето и т.д.). Законопроекты широко обсуждались в Южной Осетии. Была создана комиссия при облисполкоме по выработке предложений по законопроектам. 26 сентября состоялась XI сессия Юго-Осетинского областного совета народных депутатов, которая одобрила «Предложения о внесении изменений и дополнений к проекту Конституции Грузинской ССР от Юго-Осетинской АО». Эти предложения, конечно же, не были учтены Верховным Советом ГССР. Стало ясно, что статус автономной области не позволяет защитить элементарные права южных осетин. Поэтому было принято решение просить республиканское и союзное руководства о повышении статуса до автономной республики, которая имела бы больше прав касательно использования национального языка и сохранения границ. 10 ноября чрезвычайная XII сессия Юго-Осетин-ского областного совета приняла решение о преобразовании автономной области в автономную республику в составе ГССР и обратилась к Верховному Совету ГССР рассмотреть это решение. Для сравнения - в Российской Федерации на желание субъектов повысить свой статус отреагировали без какой-либо агрессии. Однако в случае с грузинской националистической элитой реакция на это достаточно безобидное требование была совершенно другой. 16 ноября Президиум Верховного Совета ГССР отменил решение сессии Юго-Осетинского областного Совета о преобразовании автономной области в автономную республику, признав его неконституционным и не дав ему правовой оценки, хотя этот вопрос был в компетенции только Верховного Совета. На заседании Президиума от Южной Осетии никто не был приглашен, даже депутаты Верховного Совета ГССР от Южной Осетии. 23 ноября многотысячная колонна «митингоносцев» (по разным оценкам от 30 до 60 тыс. чел.) на более чем 400 автобусах и машинах из Тбилиси и других мест Грузии подошли к Цхинвалу. Среди них было много вооруженных боевиков. Однако совершенно неожиданно для них путь перегородили безоружные парни, взявшиеся за руки. Спустя некоторое время к въезду в город устремилось все население Цхинвала, на ходу выдергивая железные колья из ограждений и срочно «вооружаясь» палками. Все охотничье оружие было предусмотрительно изъято у населения Южной Осетии, чтобы минимизировать их и без того небольшие шансы на оказание сопротивления. Горстку парней, перегородивших дорогу вооруженным боевикам, часто сравнивают с 300 спартанцами, но даже это популярное сравнение не в их пользу. Спартанцы были самыми профессиональными воинами во всей Греции, а возглавлял их опытный полководец царь Леонид. Что касается молодых людей, с самоубийственным мужеством остановивших толпу из десятков тысяч человек, то они не готовились к возможной войне, а уж единого руководства тогда в Южной Осетии и в помине не было. Тем удивительнее произошедшее 23 ноября 1989 года. Не случайно в перечне государственных памятных дат 23 ноября получило название - День мужества. Как позже вспоминал один из активных участников тех событий Алан Джигкаев, «тогда же я понял одну важную вещь - численное преимущество грузин не имеет ровным счетом никакого значения и они никогда не победят нас за счет многократного людского превосходства. Что сила - это вещь нематериальная, что сильнее всегда тот, кто сильнее духом. Трехдневное противостояние закончилось бесславным отступлением грузинских националистов. В эти три дня проявились лучшие качества осетин. Смелостью, и отвагой в Южной Осетии кого-либо удивить трудно. Важно, на мой взгляд, напомнить сегодня многим о том, что самое главное, что нам помогло выстоять и в тот день, и в последовавшем затем многолетнем противостоянии - это безусловное единение, взаимовыручка и взаимоподдержка, которого так не хватает нам порой в обыденной жизни» Одновременно были предотвращены попытки проникновения грузинских банд в Квайса и ряд других населенных пунктов. Действительно, в те дни только отчаянное мужество горстки безоружных людей позволило предотвратить захват Цхинвала и стало катализатором процессов создания собственного государства. А. Тедеев
