Метания "черного золота": вверх или вниз?
Цены на нефть, которые в ноябре понемногу, но все же моментом падали до $45 и даже менее за баррель, в последние несколько дней развернулись вверх. В последние два дня «черное золото» прибавило больше 5%, вплотную приблизившись к отметке в $50 за бочку. И спекулянты продолжают играть на повышение. С чего вдруг? Как долго это продлится? И что будет с рублем? Вот самые важные вопросы, которые волнуют россиян. Попробуем разобраться.
На первый взгляд, нефть сейчас дорожать не должна. Доллар после победы Дональда Трампа стал укрепляться ко всем мировым валютам. Кроме того, Федеральная резервная система США (аналог российского Центробанка) уже на декабрьском заседании может повысить кредитные ставки, что еще больше укрепит американскую валюту. Спекулятивные капиталы устремятся с нефтяных рынков в доллары, что должно вызвать новый виток удешевления сырья.
Мало того, есть и другие плохие новостит из США. В Западном Техасе открыты богатейшие месторождения высококачественной нефти, которую можно добывать и при более низких ценах. Экспорт сырья там разрешили еще в декабре прошлого года. И если дешевая американская нефть заполонит мировые рынки, цена рухнет. Одно радует - по словам экспертов, до промышленной добычи там пока еще далеко. Видимо, поэтому мировые рынки, обычно реагирующие на слухи, эту новость всерьез не восприняли.
Нефть подталкивают наверх лишь так называемые словесные интервенции. Попросту говоря - обещания. Так, 30 ноября в Вене должен состояться очередной саммит Организации стран-экспортеров нефти. На нем планируется определить страновые квоты сокращения добычи. В конце сентября в Алжире члены ОПЕК предварительно согласовали план по общим ограничениям. Осталось определиться, кто больше зажмет производство. Борьба идет ожесточенная. Иран и Ирак изначально не хотели трогать собственное производство. Тегеран считает, что ему надо, наоборот, наращивать добычу, чтобы достичь досанкционного уровня. А Багдад просит понять, что в результате гражданской войны были разрушены многие нефтяные вышки, и их надо восстанавливать. Какое уж тут сокращение производства?!
Но чем ближе Венский саммит, тем больше появляется примирительных заявлений. Ведь в повышении стоимости сырья заинтересованы все экспортеры. Министр нефти Ирана Биджан Зангане успокаивает: «Большая вероятность, что соглашение в Вене будет заключено». Видимо, технические возможности увеличения добычи в этой стране иссякли. Министр нефти Ирака Джабар аль-Лайми пошел дальше. Он обещал привезти в Вену три новых предложения по ограничению производства.
В свою очередь, в российском руководстве считают, что вероятность заморозки добычи странами ОПЕК высока - и наша страна готова присоединиться к этому решению. Правда, от нас в ОПЕК ждут не заморозки, а также ограничения добычи «черного золота». Но это уже нюансы. Возможности для безболезненного снижения у нас есть - не зря же в последний год рекорды по добыче устанавливали.
Впрочем, бешеного бега котировок наверх ждать все же не стоит. Естественный ограничитель в виде сланцевых компаний в США продолжает работать. Как только нефть преодолевает отметку в $50 за баррель, они снова начинают добычу. И выравнивают баланс спроса и предложения (тот, кстати, до сих пор не в пользу производителей).
При прочих равных коридор в $55 - 60 за бочку в будущем году ждать вполне вероятно. Для нас это спасение. В этом случае рубль продолжит укрепление до 60 - 62 рублей за «зеленый», а дефицит бюджета будет не таким огромным, как сейчас (на следующие три года Минфин заложил цену в $40 за баррель - отсюда и приличная дыра в казне). Ну и Резервный фонд вместо того, чтобы полностью иссякнуть, начнет потихоньку жиреть.
Надолго ли такая благодать? Вряд ли. Во-первых, будущее Венское соглашение еще надо выполнить. А с этим в ОПЕК, как правило, не здорово. Во-вторых, не ясно, когда именно сланцевая и западно-техасская нефть всерьез потеснят арабскую и российскую на мировом рынке. Как бы то ни было: в ближайшие несколько лет высоких цен на нефть (свыше $100 за баррель) точно не приходится. Значит, надо учиться жить без них. Давно пора.