Очередное слушание уголовного дела об избиении сотрудниками охраны Андрея Пушкарева столичного корреспондента программы «Честный детектив» (канал ВГТРК Москва) Павла Брыкина состоялось на минувшей неделе во Владивостоке, в здании Фрунзенского районного суда.Гвоздем программы минувшего заседания (уже сложно сказать, какого по счету) была долгожданная дача показаний потерпевшего в режиме online. До этого дважды переносившаяся по зависящим от «честного детектива» причинам: то он был в командировке, то вовремя не получил повестку. 16 ноября господин Брыкин соизволил-таки объявиться под присмотром адвоката. Видимо, сработал страх перед решением судьи доставить потерпевшего в зал суда в сопровождении приставов, если он еще раз вздумает взбрыкнуть. Действительно, сколько можно тянуть резину? Копеечное дело о «синяке на коленке», раздули до вселенской трагедии да еще с политическим душком. Впервые на заседании – два прокурораНапомним, что согласно заявлению Павла Брыкина он пострадал от кулаков и ног сотрудников охраны Владивостокского бутощебеночного завода, когда пытался взять интервью у Андрея Пушкарева, спешившего на допрос к следователю. Конфликт произошел 7 июня 2016 года рядом с входом в здание УФСБ по Приморскому краю под объективами камер видеонаблюдения этого учреждения. В результате стычки у репортера на коленке появился небольшой синяк. Правда, как установил эксперт-криминалист, не первой свежести. Возможно, что и 3-дневной давности. По данному факту в этот же день было возбуждено уголовное дело. А ангажированные российские СМИ тут же разнесли во всю ивановскую дурно пахнувшую новость о жестоком избиении московского журналиста. И началась бодяга... Между тем явлением «честного детектива», пусть и на экране ТВ, чудеса в зале суда не ограничились. Впервые за все время разбирательства материалов данного дела на заседании присутствовали два государственных обвинителя – помощник прокурора Фрунзенского района Владивостока Кириченко и прокурор Фрунзенского района Толмачев, утвердивший обвинительное заключение по этому делу. Их присутствие, несомненно, поднимало значимость процесса в глазах общественности. Правда, приморским журналистам лицезреть и слышать Павла Брыкина не довелось. По настоянию прокурора представителей СМИ, а также сотрудников ГУФСИН попросили покинуть помещение до начала включения телемоста с залом суда в Москве, где находился обиженный «честный детектив». Якобы открытость заседания может раскрыть секреты работы скандального репортера, а также навредить его деловой репутации и даже безопасности. Защита возражала, поскольку сам потерпевший затеял этот процесс и вынес разбирательство на публику. Брыкин заявление прокуратуры поддержал. Брыкин тайны не открылНеожиданная смена статуса заседания с открытого на закрытое вполне объяснима. Представители государственного обвинения резонно опасались, что какая-то «неотфильтрованная» информация может попасть на большую аудиторию с помощью журналистов. Прежде всего телевидения. И тогда общественность увидит в реальности (читай в невыгодном свете), что происходило во время процесса. Сами понимаете, заседание суда – не отрепетированный спектакль, здесь может случиться всякое. И потом не отмоешься. Как заявила адвокат подсудимых Майя Топольскова, именно Брыкин привлек федеральные СМИ для освещения ситуации. Поэтому полагать, что кто-то раскроет его личность, глупо. Тем не менее просьба прокурора была удовлетворена. Но за время разбирательства, длившегося почти 5 часов, ни «виновник торжества», ни адвокат потерпевшего Зоя Матвиевская ничего секретного так и не рассказали и никаких тайн не раскрыли. Хотя много вопросов было задано потерпевшему – как со стороны прокуратуры, так и со стороны защиты. Допрос «честного детектива», кстати, растянулся на 3 часа. – Но если на вопросы государственного обвинения потерпевший давал обстоятельные и подробные ответы, то на большинство вопросов защиты потерпевший отказывался отвечать. Или он не мог на них ответить, ссылаясь на то, что они ему якобы непонятны. Кроме того, было выяснено, что Павел Брыкин ни Андрею Сергеевичу Пушкареву, ни нашим подзащитным свое журналистское удостоверение не показывал. Никаких опознавательных знаков, позволяющих его идентифицировать как журналиста, на нем не было. На вопрос защиты, падал ли Брыкин на тротуар, потерпевший отвечал: не падал. Хочу также отметить, что представитель потерпевшего вела себя крайне некорректно, постоянно вмешивалась в процесс допроса своего подзащитного, перебивала защиту, корректировала наши вопросы, подсказывала потерпевшему ответы. Более того, в конце допроса дошло до того, что представитель защиты Павла Брыкина сама стала отвечать на наши вопросы, которые задавались потерпевшему, – рассказала «В» представитель защиты Майя Топольскова. За неподобающее поведение московский адвокат Матвиевская даже получила несколько замечаний от судьи. А ее подзащитного несколько раз ловили за чтением показаний по шпаргалке. За что он также получил замечание от судьи. Победа, пусть и небольшая Представитель прокуратуры возражал против приобщения к материалам дела записи с видеокамеры наружного наблюдения на здании УФСБ, зафиксировавшей момент якобы нападения на Павла Брыкина. Хотя на этом настаивали представители защиты. И суд встал на их сторону. На записи хорошо видно, как во время стычки между московским журналистом и секьюрити Андрея Пушкарева на крыльце здания Управления ФСБ находились два человека – сотрудники данного учреждения из следственной группы, расследовавшей «дело Игоря Пушкарева». Конфликт разгорался буквально на их глазах, но никаких мер к его предотвращению чекисты не предприняли. Более того, они прошли мимо конфликтующих людей, глядя в их сторону и улыбаясь. Об этом было заявлено представителем защиты на суде. Суд и это заявление приобщил к материалам дела, хотя прокурор возражал. У присутствующих на заседании создалось впечатление, что гособвинение намеренно лило воду на мельницу потерпевшего, задавая ему наводящие вопросы. И буквально вытягивая его за уши из неудобных ситуаций. Кстати, Павел Брыкин отказался смотреть эту запись, заявив, что ход процесса ему не интересен. И он не лукавил. Отношение к процессу чувствовалось по его поведению: мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Более того, он заявил, что не планирует участвовать в дальнейших разбирательствах. Но это уже будут его проблемы. И все-таки судебное заседание, состоявшееся 16 ноября, не прошло даром. Впрочем, как и все предыдущие. По словам адвоката Майи Топольсковой, сторона защиты добилась многого. Во-первых, суд разрешил обвиняемым выйти на работу, оставаясь при этом под домашним арестом. И то дело – семьи-то надо кормить. И это уже победа, пусть и небольшая. Во-вторых... – На сегодняшний день отсутствует как таковой состав преступления, которое вменяется нашим подзащитным. Нет этого состава. Но мы не исключаем человеческий фактор, поэтому, как оно дальше повернется, неизвестно, – говорит Майя Топольскова. На вопрос корреспондента «В», нет ли давления на ход процесса со стороны, адвокат ответила уклончиво: – Не исключено. Но то, что это дело находится на контроле прокуратуры высшего эшелона, несомненно. В судебном процессе участвовали два прокурора, причем сам прокурор Фрунзенского района, и это говорит о многом. По ее словам, те, кто стоит за этим судебным процессом, не ожидали, что к разбирательству подключится иная пресса, кроме федеральной. Эти люди предполагали, что дело будет спущено на тормозах и пройдет быстро, тихо и незаметно. Просчитались. Следующее заседание по данному уголовному делу состоится 11 января 2017 года. По плану на этом заседании ожидается присутствие Андрея Пушкарева, одного из главных свидетелей по этому делу. Общение с ним будет организовано в режиме видеоконференции.
