Самый лучший папа. Как воспитать двенадцать приёмных детей?

Нина и Игорь хотели взять на воспитание одного малыша. А получалось двое, трое, четверо... Но супруги Ершовы уверены — всё это не случайно.

Сегодня в приёмной семье Ершовых 10 детей, от 6 до 17 лет. Плюс двое «выпускников», которые уже живут отдельно. А в том, что глава семьи Игорь Ершов носит гордое имя отца по праву, жюри недавнего краевого фотоконкурса «Папа года-2016» убедили фотографии и детские письма.

Автобус для мальчиков

О Нине Евгеньевне, женщине из Вилючинска, которая работает мамой уже 16 лет, еженедельник «АиФ-Камчатка» в первый раз рассказал ещё в 2010 году. Тогда в семье было четверо приёмных детей. А Игорь Алексеевич для нас остался в тени — ему нужно было рыбу ловить, кормить мальчишек и девчонок. Когда мы на этот раз договорились о встрече, многодетный отец пришёл домой с очередной рыбалки — он работает в бригаде на лицензионном участке. И на столе, где весело стучала ложками многочисленная детвора, лежало настоящее крабовое мясо, только что сваренное.

– Дети должны хорошо питаться! — говорит Игорь Алексеевич.

История его отцовства не такая как у всех. Игорь служил в подводном флоте по контракту, когда однажды летом, во время отпуска, приехал к другу на рыбалку в Таёжный. И увидел там Нину в ореоле густых золотых волос. Она понравилась ему сразу. Но подходить к женщине не стал — был уже разведён и относился к противоположному полу с осторожностью.

Для начала расспросил о Нине приятелей. Узнал, что у неё двое своих детей, уже взрослых, и двое приёмных — Оля и Димка. Это тронуло сердце подводника: вспомнилось своё невесёлое детство. Мама у него умерла, когда пошёл в шестой класс. Отец запил, и они с младшим братом остались фактически брошенными на произвол судьбы. Так и получилось, что Игорь начал работать с 12 лет, чтобы прокормиться самому и поднять брата. Сейчас младший Ершов живёт в Туле, у него уже трое своих детей.

Подошёл подводник к своей избраннице только в следующий приезд. И это было как в кино: протянул руку для знакомства и оба почувствовали настоящий разряд — словно ток пробежал между ними. На третий раз Игорь приехал уже с подарками детям и хозяйственной утварью для Нины, тогда и сделал ей предложение. Она долго не соглашалась — тоже опасалась подвоха и не могла поверить своему счастью.

Вскоре семья переехала в двухкомнатную квартиру мужа в Вилючинске. Игорь в то время уже работал в службе городского водоснабжения, зарплату получал небольшую. А Нина устроилась в детский сад — там вообще копейки платили. Она вспоминает, как на Новый год муж решил сделать ей подарок. Скопил три тысячи рублей на кольцо.

– Я рассмеялась и сказала: ну что мы купим на три тысячи? Давай лучше сделаем детям подарки! Пошли и накупили детворе всякой всячины. Потом Игорь на лыжах поехал в лес и привёз небольшую ёлочку. Вообще те нищие времена вспоминаю с большой нежностью. Жили очень трудно, но душа в душу. Муж рыбачил, ловил селёдку. Мой папа передавал иногда из Елизова по 500 рублей и муку. Пекли из неё лепёшки с рыбой и ели с удовольствием.

Мысль стать приёмной мамой на профессиональной основе пришла в голову Нине ещё в Таёжном. А в Вилючинске она сказала об этом мужу. Игорь согласился. Задумали они девочку. А получилось, что взяли двух мальчишек, братьев Колю и Валеру. Так в семье стало шестеро человек.

– Вы не представляете, что здесь было! Всё в гвоздях, молотках и пилах. Вместе с мальчишками выпиливали детали для двухъярусной кровати, — вспоминает Игорь Алексеевич. — Решил сделать её в виде автобуса, выпилил из фанеры корпус, двери, фары вставили, лейблы наклеили. В первое время они с этой кровати не слазили. Мы и до сих пор всё делаем вместе. Мальчишки у меня умеют и гвоздь забить, и гайку завернуть. Сейчас все дети у нас снегоход водят — купил им маленький китайский, ездим на природу, в лес. Я — на большом снегоходе впереди, они — за мной на маленьком, по очереди, по два человека.

– Но на четверых детях вы не остановились. Как получилось, что взяли ещё?

– Случайно! Зашла Нина в отдел опеки с документами, и в это время зазвонил телефон. Заведующая стала ахать в трубку. В общем, приходит жена домой — глаза на мокром месте. Я сразу понял — берём ещё ребёнка. Девочку. Она жила в приюте — в один момент осталась без мамы и без папы. Так нас стало семеро. Дали нам ещё одну квартиру, трёхкомнатную, смежную, на той же лестничной площадке — так удачно получилось, что из неё люди уехали.

Единожды четыре

– А потом, в 2014 году, нашей старшей, Оле, исполнилось 18. Ей дали свою жилплощадь, — вступает в разговор Нина Евгеньевна. Муж мне и говорит: «Старшие подрастают, уходят. Давай возьмём маленького?». Вы не поверите, но, как только мысль такая появилась, снова зазвонил телефон. Меня пригласили в отдел опеки и предложили на выбор одного из четверых брошенных мамой детей: двух близняшек — девочек-шестилеток от одного папы, и от другого папы пятилетнего мальчика и четырёхлетнюю девочку. Детки были запущенными, неухоженными. Я пришла и рассказала Игорю...

– И какова была реакция?

– А как тут реагировать, когда все дети из одной семьи? Разве можно их разлучать? Я и сказал жене: берём всех! — улыбается Игорь Алексеевич.

– Следующее приобретение, прошлой зимой, тоже было случайным?

– Это, наверное, судьба! В декабре 2015-го Нину вызвали к губернатору края — вручили в подарок ключи от «Тойоты», минивэна. Из Петропавловска жена ехала в машине с директором вилючинского приюта. Та ей рассказала о новых социальных сиротах, трёх сёстрах. Дальше догадайтесь сами. Перед самым Новым годом мы взяли под опеку всех троих. Пришлось в срочном порядке бывшую кухню под спальню переделывать, соорудил трёхъярусную кровать.

– Квартира у вас не такая большая, чтобы вмещать десять детей и двух взрослых. Как умещаетесь в пяти комнатах?

– Сложнее всего с вещами. Зимнюю одежду и обувь, например, держим на даче, в специальном сарае — иначе не разместиться. Вот сейчас как раз буду её вывозить, сортировать. Про многоярусные кровати я уже сказал. Обедаем в две смены, кухня у нас маленькая. Мама варит на один раз десятилитровую кастрюлю, чтобы накормить всю ораву. Рыбу и икру они у меня каждый день едят — я рыбачу на лицензионном участке. Вот сегодня — крабы. Дача у нас есть на берегу океана, мы там раньше держали даже поросят, но потом медведь задрал кабана, и перестали свинок выращивать.

Тесновато, конечно. Мы подавали заявку на земельный участок, хотели построить дом. Но хорошего места для нас не нашлось — предложили участок в сыром углу, куда солнце не заглядывает. А детям без солнышка нельзя.

На все руки

– Как у вас получается с дисциплиной, всё-таки детей много, а в квартире тихо...

– Никаких проблем. Я на детей даже не кричу, редко повышаю голос. А уж о рукоприкладстве и речи нет.

– У нас в семье папа — главный. Как он сказал, так и будет. Я это культивирую! — снова вмешалась Нина Евгеньевна. — Ему достаточно одного взгляда на ребёнка, и тот уже понимает. У Игоря золотые руки, он умеет делать всё. И детей учит. Они окружают его, как пчёлы. Умеют и постирать, и еду приготовить, и картошку прополоть, и овощи посадить.

– С учёбой проблем не возникает?

– Если и возникает — решаем. Дети у нас очень дружные, помогают друг другу. Вот вам пример: старшая, Оля, окончила колледж искусств и преподаёт теорию музыки в музыкальной школе в Елизово, сейчас учится заочно в институте культуры, на бюджетном отделении. Где вы ещё видели, чтобы детдомовский ребёнок в институт поступил?

– Какие виды на будущее?

– Не знаю, — сказал Игорь Алексеевич, вздохнув. — Так хочется маленького! Да и Димка скоро в армию пойдёт. Я и думаю: может, мне тоже заявление на опекунство подать? Вон Олеся, старшая дочь Нины, решилась — взяла под опеку четверых, хотя у неё и своих трое...