Концлагеря святой Марии: как католическая церковь перевоспитывала грешниц
Лишь двадцать лет назад закрылся последний Приют Магдалины. История этих учреждений — это рассказ о попытке создания системы реабилитации проституток, которая превратилась в систему трудовых лагерей при католической церкви.
В середине XVIII века Великобритания была одним из пионеров в создании учреждений особого типа: тюрем в их современном виде и работных домов (нечто среднее между трудовым лагерем и приютом для бездомных). На базе вторых и появились Приюты Магдалины.
Если тюрьмы нового типа должны были бороться с преступностью, а работные дома — с нищетой и безработицей, то приюты были задуманы для искоренения такого порока, как проституция.
Первый приют открылся в Лондоне в 1758 году. Проститутки, которые хотели завязать с этим ремеслом, приходили в учреждение, где могли получить кров и оплачиваемую работу швеи или прачки.
Вскоре практика создания Приютов Магдалины, названных по имени раскаявшейся Марии Магдалины, распространилась по всей территории Британской империи, в которую на тот момент входила и Ирландия. Там первый приют открылся всего через семь лет после лондонского. Но если английские приюты создавались в основном частными лицами, то в католической Ирландии это стало делом религиозных общин.
Католическая церковь пересмотрела условия, необходимые для попадания в приюты. И в них начали принимать не только проституток, но и всех, чьё поведение выбивалось из морального кодекса того времени. А самое главное — без какого-либо элемента добровольности.
Теперь женщины в приюты попадали по представлению родственников и приходских священников. В них оказывались те, кто рожал вне брака, подвергся насилию, те, кого сегодня принято называть трудными подростками. Самые набожные — а с такими семьями в католической Ирландии проблем не было — отдавали в приюты даже «слишком красивых» дочерей.
После того как Ирландия в 1922 году получила сперва автономию, а позже и независимость, приюты стали уникальным ирландским явлением. Во всём мире аналогичные программы «реабилитации» проституток сошли на нет, так как, во-первых, эффект от них был невелик, а во-вторых, мир всё-таки стал более гуманным и просто так заставить работать за гроши женщин, не совершивших преступлений, было невозможно.
Но в Ирландии последний Приют Магдалины закрылся всего двадцать лет назад — 25 сентября 1996 года. За три года до его закрытия произошёл грандиозный скандал. Конгрегация сестёр Пресвятой Девы решила продать землю одного из приютов. Во время сделки на территории обнаружили братскую могилу, в которой было найдено 155 неопознанных женских тел.
Только после этого ирландское общество впервые заинтересовалось, что же происходило за стенами этих «исправительных прачечных» в течение всего ХХ века.
Приюты функционировали в качестве прачечных по двум причинам. Во-первых, сам характер подобной работы носил религиозный подтекст, отсылал к чистоте. Во-вторых, до массового распространения стиральных машин процесс стирки был очень тяжёлым, поэтому прачечные пользовались большой популярностью. А может ли быть что-то выгоднее бесплатного труда? «Дети», или «Магдалины» (как называли «исправляемых») не получали денег за свою работу, так что Приюты Магдалины были сверхприбыльными учреждениями.
Первые подробности о том, как в приютах всё было устроено, стали известны только в конце ХХ века, когда бывшие «Магдалины» наконец заговорили.
Женщина, оказавшаяся в приюте, теряла все гражданские права, даже право на имя: в лучшем случае их просто переименовывали (иногда даже мужским именем), а то и обходились номером, как в концлагере. Ограничений по сроку пребывания не существовало, хотя из 10 тыс. ирландок, которые прошли приюты в ХХ веке, большая часть находилась в них менее года. Но бывали случаи, когда в прачечных жили годами, кроме того, попадать в приюты можно было неоднократно.
Освобождали из приютов, когда находился родственник, готовый взять ответственность за «Магдалину». Но родным не сообщали точное местонахождение «исправляемой», так что найти конкретного человека в системе католических прачечных было непросто, ведь и имена у них были изменены. Кроме того, родственникам, чтобы они не беспокоились, могли и банально врать, высылая табель с хорошими отметками, хотя вместо учёбы «Магдалина» занималась тяжёлым физическим трудом. А в случае побега (естественно, из таких заведений часто сбегали) беглянку ловила полиция и возвращала обратно без решения суда.
Условия труда в Приютах Магдалины оставались такими же, как в XVIII веке. Рабочий день не ограничивали, он мог длиться по двенадцать и более часов. Стирку вели в промышленных объёмах — с использованием прессов, пара, едких веществ. При этом охрана труда осуществлялась на самом примитивном уровне. Женщину, получившую травму, могли на долгое время оставить без медицинской помощи, например, в наказание за какой-либо проступок. Видимо, в результате таких происшествий и появилась братская могила на участке сестёр Пресвятой Девы.
Одна из самых известных узниц «Приютов Магдалины», Мэри Норрис, рассказывала в одном из интервью: «Лучше бы я оказалась в женской тюрьме. Там, по крайней мере, понятно, когда закончится срок».
В 1997 году вышел документальный фильм «Секс в холодном климате», в котором некоторые бывшие «Магдалины» (в том числе и Норрис) решились наконец-то впервые публично рассказать о том, что им пришлось пережить: изнурительные работы, психологическое и сексуальное насилие, тяжёлые моральные травмы. После выхода фильма стали появляться и другие свидетельства, вплоть до художественного фильма Питера Маллана «Сёстры Магдалины», который вышел в 2002 году.
Среди тех, кто побывал на «исправлении», — известная ирландская певица Шинейд О’Коннор, которая с тех пор занимает очень недоброжелательную позицию по отношению к официальной католической церкви.
Ирландское правительство до последнего пыталось избежать любой ответственности за функционирование в стране легальных католических трудовых лагерей. Только под давлением Комитета против пыток ООН ирландское правительство в 2011 году создало специальный комитет, который должен был исследовать этот вопрос.
Из итогового доклада комитета, опубликованного в 2013 году, следовало, что ирландское правительство не просто знало о существовании в стране сети принудительного труда. Оно напрямую поддерживало Приюты Магдалины, обеспечивая их выгодными государственными заказами. Рабский труд в Ирландии существовал при прямом участии государства. Только после обнародования этой информации премьер-министр Ирландии Энда Кенни впервые принёс извинения всем, кто прошёл приюты.
На сегодняшний день Ирландия выплатила более €10 млн в качестве компенсации жертвам Прачечных Магдалины. Судебные процессы продолжаются до сих пор.