Расследование по поводу сбитого MH17 методично продолжается при отсутствии внятного альтернативного мнения российской стороны. На других версиях никто не настаивает, а значит, финал предсказуем. Расследования авиакатастроф могут длиться не просто годами, а десятилетиями. Финальный отчет об инциденте со сбитым в 1983 году корейским "боингом" увидел свет только в 1993-м, после того как СССР передал в ИКАО хранившиеся у него все это время материалы. Два года, прошедшие со дня гибели "боинга" MH17 над Донбассом, не то чтобы прошли впустую, но и не дали пока абсолютно точной картины. Очередной доклад Международной следственной группы (в нее входят представители Нидерландов, Бельгии, Малайзии, Австралии и Украины) технически мало что прибавил к октябрьским отчетам, а те в свою очередь — к более ранним: эксперты уже не спорят о том, что это была ракета, выпущенная из комплекса "Бук". Однако к этому добавилось утверждение о том, что "Бук" был привезен из России, размещен на поле под Первомайским и стрелял оттуда. Доказательствами для расследователей стали многочисленные фото- и видеосвидетельства с Восточной Украины, на которых трейлер с "Буком" то едет, то стоит в разных городах, а также фотографии следа от запуска ракеты. Эти материалы тоже давно доступны, теперь им придан официальный вес. Из нового — также перехваченные телефонные разговоры предполагаемых участников перевозки "Бука". Для голландцев этих связанных воедино свидетельств оказалось достаточно. Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков, напротив, заявил, что расследование надо продолжать, и все, что показано, нельзя считать "окончательной правдой". Военные накануне презентации доклада выступили со своим брифингом; выступать с контрбрифингами перед западными презентациями стало уже традицией. На этот раз Минобороны представило показания с радара из Усть-Донецка, согласно которым, если в двух словах, с восточной стороны к самолету ничего не подлетало, и это ясно видно, но вот насчет южной или западной, то есть украинской, стороны — тут радар ничего сказать не может, хотя радиус действия вроде бы позволяет: впервые он засек лайнер за 404 км. Два года назад радары настолько хорошо все видели, что разглядели даже самолет "Су-25" украинских ВВС, набиравший высоту в 3-5 км от лайнера. С украинской стороны, конечно. Минобороны точно так же собрало брифинг и показало журналистам красивые графики и карты с обозначением штурмовика. "Информацию военные подтвердили видеокадрами работы Ростовского зонального центра Единой системы организации воздушного движения", — писала тогда "Газета.ру". Сейчас, рассказывая о новом брифинге, она же сообщает: "Журналистам военные продемонстрировали запись с мониторов усть-донецкого радиолокатора, на которых был виден МН17 в последние минуты и секунды до катастрофы". В общем, по крайней мере понятно, почему на заявления российских военных никто не обращает внимания. Риторика за 2 года все же немного изменилась. Из нее исчезли обвинения. Если в 2014 году Минобороны открыто предлагало контрверсию в виде украинского "Су-25", то теперь обвинять Украину официальные лица не берутся, предпочитая оказаться непонятыми со своими половинчато видящими радарами. Когда Минобороны утверждает, что с восточной стороны ничего в самолет не прилетало, это де-факто равносильно утверждению — значит, прилетало с западной (если, конечно, военные вдруг не решили поставить под сомнение само наличие ракеты, на котором вроде бы все сошлись). Но вслух это уже не произносится. Вместо этого как бы предлагается считать, что ракета с неба упала. Концерн "Алмаз-Антей", производящий "Буки", тоже выступил, заявив, что эксперты МСГ неправильно рассчитали запуск ракеты по самолету. Все это, впрочем, тоже мало меняет картину, которая по-прежнему предлагает зрителям либо поверить в то, что через границу переехал зенитно-ракетный комплекс, выстрелил в итоге по "боингу" и уехал обратно, либо не поверить. Маршрут "Бука" воссоздан вполне убедительно: известны места стоянки, трейлеры, на которых его везли, и так далее. Формальностей, к которым можно придраться, в докладе хватает — например, даже если считать установленным факт выстрела именно в этом месте и в это время, нужно еще доказать, что стрелял именно тот "Бук", который до этого замечали в городах Донбасса, чей это все-таки был "Бук", и что именно этот выстрел сбил самолет. Для кого-то тут все ясно, а для кого-то ничего еще не ясно. Сейчас МСГ приступает к самой интересной части — поиску виновных. В круге возможных причастных, чья личность установлена, уже около 100 человек. Расследователи располагают перехваченными телефонными разговорами, часть из которых опубликована (но опять же может быть оспорена при желании) и показаниями свидетелей. Пока расследование продлено на год. Потом, надо полагать, наступит фаза выяснения обстоятельств инцидента, установления мотивов, и так далее — но видно, что расследователи продолжают методично работать, у них появляются новые данные и когда-нибудь они придут к какому-нибудь логическому финалу. Работают они по одной версии, потому что никакой другой им никто так и не предложил: все намеки российской стороны на то, что это мог быть и украинский "Бук", носят абстрактный характер, никаких свидетельств на этот счет так и не появилось, в отличие от обратных. Никаких собственных расследований Россия не запустила. Точно такую же линию защиты Москва использовала в допинговых скандалах — ничего не опровергать, но утверждать, что доказательств недостаточно. Какое доказательство при это будет сочтено неопровержимым, не указывается. Чаще всего называют показания с украинских радаров, публично не обнародованные — однако в докладе сказано, что "Международная следственная группа располагает достаточным количеством радиолокационных данных (полученных как от Украины, так и от России), которые в совокупности дают полную картину воздушного пространства над восточной частью Украины". То есть расследователям, видимо, Киев данные предоставлял, и они ничем не отличаются от российских. Других самолетов там не было, а ракета не видна. То есть брифинг Минобороны был предназначен исключительно для внутреннего пользования — в МСГ россияне и раньше сообщали, что самолетов не было. Собственно, брифинг призван разве только показать, что в общем и целом Россия не спорит с расследованием, а возражает только против того, чтобы оказаться виновной. Но кто-то должен оказаться виноватым, а Украину вот даже Россия виноватой не называет. Но тактика глухого отрицания к положительному результату не приведет и здесь — как с допингом. К мнению российской стороны не прислушиваются за отсутствием сформулированного мнения, и противоречия словам Дмитрия Пескова здесь нет — он говорит, что расследование должно продолжаться, оно и продолжается.
