Почему женщины работают дольше и больше, а получают меньше мужчин?

Полина Щеглова,
колумнист

Не вооруженному статистикой глазу кажется, что в нашем мире мужчины работают гораздо больше, чем женщины. Даже само понятие «мужчина на работе» в уме рисует либо генерального директора в сером кашемировом костюме, либо шахтера в униформе, но в обоих случаях очень занятого человека. «Женщина на работе» предстает улыбчивой юной особой за компьютерным столом (поисковик гугла – в подтверждение), которая между делом всегда находит время пококетничать и посмеяться с коллегами.

И, скорей всего, если вы проанализируете примеры ваших знакомых, занятых каким-либо трудом мужчин и женщин, то заметите, что первые обычно получают больше последних, что отражается на стоимости покупок, которые те и другие совершают. Мужчины покупают машины и квартиры в ипотеку, то есть инвестируют или же приобретают то, что можно перепродать, а женщины чаще покупают товары, которые имеют ограниченный срок службы и не приносят им дохода. Безусловно, времена меняются и обратных примеров с каждым днем становится все больше, но до кардинальных перемен пока далеко, тем более что, по статистике, женщины все еще работают гораздо больше мужчин. Но только не все хотят в это верить, с тех пор как само понятие «работа» в реальной жизни для мужчин и женщин не означает одно и то же.

В сентябре некоммерческая организация ActionAid опубликовала независимый отчет, посвященный положению женщин на рынке труда в разных странах мира, который вот-вот будет представлен в ООН, и по прогнозам специалистов организации выходит, что поколение женщин, которое начинает свою карьеру сейчас, будет в среднем работать на четыре года дольше, чем мужчины. Такой разрыв обоснован вовсе не разной продолжительностью жизни (кстати, мужчины и на пенсию выходят позже), а суммированием часов домашней работы и воспитания детей с часами профессиональной оплачиваемой работы. Если к официальной оплате домашнего труда не пришла еще ни одна страна, то в Скандинавии уже приближаются к тому, чтобы учитывать годы занятости в статусе «домохозяйка» при индексации пенсии, в то время как другие европейские государства пока лишь делают регулярные соцопросы с целью измерить количество времени, которое тратят на бытовые дела и заботу о детях мужчины и женщины.

В отчете организации UN Women за 2015 год эксперты подсчитали, что при суммировании оплачиваемой и домашней работы у женщин и мужчин в развитых странах разрыв в среднем достигает 30 минут, а в развивающихся – 50 минут. Иными словами, если ваш муж позже приходит с работы, а вы – раньше, но обязанность приготовить ужин, загрузить стиральную машину и уложить детей спать все равно лежит на вас, то считайте, что заняты вы гораздо больше, чем он (и в реальности, как вам подтвердят работающие подруги с детьми, даже больше, чем 50 минут в день), но только выполняемые вами дома дела остаются как бы невидимыми для экономики, не подпадая под само понятие «работа» как некий некоммерциализированный труд, который выполняется с нежностью и любовью. Жаль, только мужчины выполнять его что-то не слишком горят...

Заканчивается отчет все тех же UN Women прогнозом не слишком радужным: учитывая то, что уровень доступа женщин к образованию и продолжительность жизни женщин по всему миру в будущем будет расти, условного равенства в суммарных часах платной и «бесплатной» работы мы достигнем лишь через 177 лет.

То есть никто из нас с вами этот прогресс под условным названием «мужчина убрал всю квартиру и приготовил ужин, пока жена все воскресенье отмечала с подружками покупку новой машины» вживую не увидит.

В среднем по миру разрыв в уровне зарплат между мужчинами и женщинами составляет 24%, и эта цифра не кажется такой уж катастрофической, пока не начинаешь разбираться в деталях

Сравнение уровня зарплат всегда рассчитывается в рамках одной и той же профессии: скажем, за счет сопоставления, сколько получает секретарша и секретарь, руководитель и руководительница проектов идентичной тематики, уборщица и уборщик. Но само по себе неравенство в труде лежит гораздо глубже, а именно в том, как общество различает «мужские» и «женские» профессии. Женщины не выбирают зарабатывать меньше, но с самого детства получают меньше возможностей доступа к так называемым «мужским» профессиям, которые на поверку оказываются более доходными. Женскую занятость, в особенности в репродуктивном возрасте, принято считать ненадежной, временной, подверженной влиянию факторов извне («решила посвятить себя семье», «ребенок заболел», «родителям нужна забота» и т. д.), гибкой в отношении графика и так называемых «личных обстоятельств».

В итоге по всем странам – как развитым, так и развивающимся – статистика сходится в одном: среди работников малооплачиваемых профессий женщины занимают большинство, а мужчины почти полностью оккупируют высокие посты и высокооплачиваемые должности. Такое положение больно ударяет по пенсионным гарантиям: женщины чаще, чем мужчины, подписывают временные контракты без отчислений и обязательств, в духе «не понравилась – уволил без сожаления», тогда как мужчины опять же представляют большинство среди тех, кто имеет бессрочные трудовые договора. И учитывая, что в нашей стране единственным кормильцем семьи во многих случаях остается именно женщина, такая трудовая асимметрия ни к чему хорошему не приводит.

И если для того, чтобы достигнуть равенства в зарплатах, нужно принимать меры на государственном уровне и начинать уравнивать возможности мужчин и женщин уже на уровне первого образовательного цикла, то с лишними часами домашней работы вы можете кое-что предпринять уже буквально сегодня вечером. Например, решить со своим партнером, что ужин и стирка – это не «по любви», а в том числе и для того, чтобы не умереть с голоду в грязной одежде, поэтому и выполнять эти обязанности можно и нужно поровну.