38-я параллель
Во Владивостоке в субботу пройдет российско-южнокорейская встреча на высшем уровне — Владимир Путин и Пак Кын Хе примут участие в Восточном экономическом форуме. Пак стала президентом в начале 2013-го, в ноябре того же года Путин побывал в Сеуле, между главами государств состоялся подробный диалог, и казалось, отношения двух стран выйдут на новый уровень. Но уже через несколько дней после визита разразился украинский кризис, и все американские союзники получили команду поставить контакты с Россией на паузу. К чести южнокорейцев они не принесли свои выгоды в жертву политике США и не присоединились к санкциям, ограничившись введением некоторых формальных ограничений, хотя стратегические планы пришлось все же отложить.
В этом отказе проявилась особенность южнокорейской политики — страну, несмотря на присутствие на ее территории американских войск, сложно назвать марионеткой Вашингтона. Во многом это связано с тем, что она находится на пересечении интересов четырех крупнейших держав: США, Китая, Японии и России. Что позволяет вести себя достаточно независимо.
Республика с 50-миллионным населением входит в число 12 крупнейших экономик (в долларовом измерении ВВП Южной Кореи равен российскому) — например, она держит мировое первенство в судостроении.
Отношения между Москвой и Сеулом завязались лишь в конце 80-х — ранее нашим союзником был Пхеньян, — и с тех пор развивались по восходящей. Если КНДР практически полностью закрыта и ощущает себя осажденной крепостью, то ее южный сосед, скорее, настроен на сотрудничество. Для нас Корея тоже важна как геополитически, так и экономически. Главное, что мешает установлению подлинного стратегического партнерства, — нежелание США допускать сближения Москвы и Сеула, а также сам факт наличия двух корейских государств. Ядерная программа КНДР во многом явилась ответом на расположенные в южной части полуострова базы Пентагона — Пхеньян еще в начале 90-х, после краха социалистического лагеря, осознал: без покровительства Москвы и Пекина американцы мигом его раздавят. И стал ядерной державой — это, естественно, пугает «южан», тем более, что США всячески разыгрывают карту «угрозы с севера».
Для России корейский вопрос относится к первейшим в обеспечении национальной безопасности — нам не нужна нестабильность на восточных границах. Сближение КНДР и Южной Кореи отвечает нашим интересам — но противодействие этому процессу чрезвычайно велико. Пхеньян не доверяет Сеулу, Сеул — Пхеньяну, американцы мутят воду, Ким вооружается, Пак негодует. Недавно было объявлено о готовности Южной Кореи разместить у себя элементы штатовской ПРО, что, конечно же, не нравится ни Москве, ни Пекину. Успокоить полуостров дипломатическими переговорами не получается — вся сложная проблематика сейчас практически сведена к северокорейской ядерной и ракетной программе, то есть к оказанию давления на Пхеньян. В этом году оно дошло уже до введения новых и очень жестких санкций ООН…
Впрочем, давить на «северян» бесполезно — они выстояли в условиях тяжелейших 90-х и уж тем более не прогнутся сегодня. Но США, для которых тихоокеанский регион становится главной геополитической ареной, хотят, чтобы их базы в Южной Корее существовали вечно, а значит, заинтересованы в постоянном поддержании напряженности между родственными государствами. Здесь у них удобный плацдарм для присутствия непосредственно у границ Китая и России, и очевидно, что добровольно они не уйдут. Единственный вариант для сближения разделенного народа — экономическое сотрудничество. Именно его предлагает наша страна, способная сыграть в этом процессе ведущую посредническую роль.
О чем идет речь? О строительстве железной дороги и трубопровода от Южной Кореи через КНДР в Россию, что привело бы к созданию транспортного коридора до Европы. Из южнокорейского порта Пусан, одного из крупнейших в мире, через Дальний Восток и РФ до стран Евросоюза. Президент Пак Кын Хе не раз говорила об этом как о своей давней мечте — и понятно, что евразийские проекты Сеула вполне сопрягаемы с российскими планами развития дальневосточного региона и формирования транзита Запад — Восток. Россия заинтересована в южнокорейских инвестициях, тем более, что наш разворот на Тихий океан будет с каждым годом набирать силу. Товарооборот с Южной Кореей и так высок, но ясно, что появление железнодорожной магистрали и трубопроводов могло бы увеличить его в разы.
Начало выстраивания общей инфраструктуры станет самым важным шагом к решению проблемы между двумя Кореями. Да, их объединение — вопрос долгий, однако рано или поздно оно произойдет. И если в ближайшие несколько лет нам удастся договориться с Сеулом и Пхеньяном о совместной работе над транспортным коридором и трубопроводом, это явится настоящим прорывом и обеспечит России огромное влияние по обе стороны 38-й параллели — а стало быть, позволит серьезным образом ослабить один из главных геополитических узлов XXI века.
Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции