«Если положение кремлевского руководства станет отчаянным, то война, большая война, будет ближе»
Небольшие соседи России станут первыми жертвами, если единство Европы даст трещину. Вот предостережение, с которым выступает челочек, боровшийся за независимость Литвы и победивший 25 лет тому назад.
На полях:
Витаутас Ландсбергис (Vytautas Landsbergis)
Председатель Движения за независимость Литвы «Саюдис» (Sajudis), глава Литвы в 1990-1992 гг.
Родился в Каунасе, Литва.
По образованию пианист, профессор истории музыки.
Лидер Консервативной партии Литвы в 1993-2003 гг.
Депутат Европарламента в 2004-2014 гг.
С точки зрения Витаутаса Ландсбергиса, нельзя сказать, что в последнее время было слишком много хороших новостей.
Возьмем Дональда Трампа. Республиканский кандидат в президенты поставил под сомнение единство западного оборонительного альянса, НАТО. Следует ли, например, США защищать страны Балтии в случае агрессии со стороны России? Только если прибалты этого заслужили — таков был ответ Трампа.
Или же Брексит. Британское «нет» ЕС обрекло и Великобританию, и прочую Европу на плавание в неизвестном фарватере. Он также стал ветром в паруса Марин Ле Пен (Marine Le Pen), сильного кандидата партии Front National на президентских выборах во Франции в следующем году. Она говорит об аналогичном голосовании о ЕС, помимо того, что обещает пересмотреть отношения страны с НАТО.
Литовский отец нации, которому сейчас 83 года, в связи с этим очень озабочен. Четверть века тому назад он возглавлял борьбу страны за независимость от Советского Союза. Он не забыл, что значила поддержка остальной Европы в решающий момент. Он предостерегает новое поколение западных политиков, которые, по его мнению, страдают острой потерей памяти.
«Они забыли те ценности, которые нас объединяют. Если эти ценности ничего не значат, то и Европа ничего не значит», — говорит Ландсбергис.
Рвущихся вперед противников ЕС он называет «изоляционистами». По его мнению, они приведут Европу к тому, что на континенте будет действовать лишь право сильного.
«А что мы? Мы — как сиротки, когда придут хулиганы. Потому что, когда придут хулиганы, а мы останемся совершенно одни, будет поздно кричать „Нет, давайте лучше снова будем все вместе“», — говорит Витаутас Ландсбергис.
Дания творила историю
Совершенно явно, что эта тема его волнует, потому что на самом деле предполагалось, что мы будем говорить о вещах более приятных. В эти дни, 25 лет тому назад, борьба за независимость Литвы увенчалась международным признанием. Дания и другие страны европейского Севера тоже творили историю, поскольку именно они первыми восстановили дипломатические отношения с Эстонией, Латвией и Литвой.
Воспоминания о тех драматичных днях пронизывают этот небольшой офис, в котором мы встречаем литовского борца за независимость. Здесь, в старом одноэтажном доме на зеленой окраине Вильнюса, этот сгорбленный человек живет и работает после своего возвращения из Европарламента в 2014 году.
На стене висит противогаз и рукописная табличка тех времен, когда демонстранты в 1991 году строили баррикады вокруг парламента для защиты от советских войск. Тогда погибли 14 человек, несколько сотен были ранены, когда против демонстрантов у городской телебашни были брошены советские танки.
Фотографии в рамках над письменным столом показывают, кто, в конце концов, победил. На них человек, ставший первым главой новой Литвы, вместе с канцлером Германии Гельмутом Колем и президентом США Джорджем Бушем-старшим. Рядом фотографии Маргарет Тэтчер и королевы Маргрете. Датская королева стала в 1992 году первым монархом, посетившим новую, независимую Литву.
Но Ландсбергис уже много раз рассказывал истории из тех времен. Ему больше хочется поговорить о дне сегодняшнем. Потому что на противоположной стороне от письменного стола — не воспоминания; она больше напоминает пересеченную местность штабелями бумаг, докладов и политике безопасности и распечатками электронных писем отовсюду.
Для консервативного литовского патриарха самый, возможно, болезненный парадокс заключается в том, что «новые» европейские консерваторы, Front National во Франции и Партия независимости Великобритании UKIP в Великобритании говорят о национальном самоопределении, в то время как они хотят ослабить ЕС и связать себя более тесными узы с Путиным в Москве.
Результат подобного курса — возвращение к миру, в котором такие сверхдержавы, как Россия, снова смогут угнетать более мелкие соседние страны и подавлять национальное самосознание, говорит Ландсбергис.
«У них есть что-то в голове, или это только жидкость?» — спрашивает он саркастически.
«О чем говорить, если наши ценности попираются ИГИЛ и Кремлем, и мы боремся против исламистов, но приглашаем Кремль войти через парадный вход?» — вопрошает он.
Опасается паники в Кремле
Витаутас Ландсбергис не сомневается в том, что Россия Владимира Путина представляет собой реальную угрозу, особенно более мелким странам Европы. Ландсбергис известен как сторонник жесткого курса в этом вопросе, и политические противники часто обвиняют его в том, что он увяз в мышлении времен холодной войны. Против путинского реваншизма он предостерегал задолго до того, как Россия аннексировала Крымский полуостров.
Впоследствии война на Украине доказала, что Кремль не принимает то, к чему привели исторические события 1991 года, считает он.
«Они бросают вызов этим итогам. Только Россия Бориса Ельцина (президент России с 1991 года — прим. ред.) решила, что будет хорошо, если прибалтийские страны станут свободными и независимыми. Когда пришли новые диктаторы, они стали говорить, что это было плохо», — говорит Ландсбергис.
Российские власти, в частности, покусились на правовую основу независимости Эстонии, Латвии и Литвы. По распоряжению российского парламента Генеральная прокуратура России начала в прошлом году расследование: а было ли «законным» признание прибалтийских стран в 1991 году. Третья по величине российская партия, ЛДПР, в настоящий момент ведет предвыборную кампанию под лозунгом «Восстановить советские границы».
«Ситуация опасна по двум причинам. Во-первых, кремлевская пропаганда утверждает, что после распада СССР Россию использовали и унизили. Поэтому у России есть право забрать назад то, что России принадлежит», — говорит Витаутас Ландсбергис.
Другой фактор риска — слабая экономика России в сочетании с боязнью Кремля (или паранойей) беспорядков и сепаратизма в самой России, говорит он.
«Если руководство в Кремле впадет в отчаяние, если они будут опасаться за свое собственное будущее, то война, большая война, станет ближе. Для нынешних лидеров это вполне вероятное решение», — считает Ландсбергис.
Угрозы, власть и маски-шоу
Сегодняшняя Россия, тем не менее, далека от того, чтобы стать новым Советским Союзом, подчеркивает Ландсбергис. Страна вовсе не сверхдержава, но нестабильное государство, нуждающееся в образах врага и демонстрациях силы.
Он считает, что именно последнее многие западные политики не понимают. Когда Владимир Путин говорит об угрозе со стороны НАТО, это «маски-шоу», считает он.
В Москве вероятная актуальная опасность украинского членства в НАТО была использована в качестве главного аргумента для аннексии Крымского полуострова.
«Россия не боится НАТО на Украине, потому что они знают, что НАТО этого опасается. Но это полезно, и они кричат по своим телеканалам: „НАТО идет!“» — говорит Витаутас Ландсбергис.
Владимир Путин разделает советскую точку зрения на то, что маленькие государства — разменная монета, которой могут обмениваться сверхдержавы. В 1991 году Ландсбергис сам оказался лицом к лицу с последним советским руководителем Михаилом Горбачевым. Тогда Горбачев пытался выкручивать руки прибалтам — то же, что Владимир Путин сейчас пытается делать на Украине, полагает он.
«Я очень хорошо помню, что Горбачев мне сказал. Он сказал: „Забудь про эти мечты. Тебя никто в мире не поддержит. И кто ты вообще?“» — говорит Ландсбергис.
«У него был очень специфический аргумент. Для того, чтобы меня убедить, он сказал: „Кто тебя поддержит? Буш? Тэтчер? Да я с ней на ты! Она никогда тебя не поддержит“», — рассказывает Ландсбергис, смеясь.
В представлениях Горбачева, говорить что-то о мире могли только супердержавы.
«Я сейчас вам кое-что покажу», — говорит Ландсбергис и роется в горе книг на письменном столе.
Он указывает на знаменитую черно-белую фотографию литовского демонстранта, который упрямо стоит на пути советского танка.
«Вот о чем речь», — говорит он.
Потому что вначале Горбачев, фактически, оказался прав. В вопросе о независимости прибалтов и США, и Великобритания ходили на цыпочках. Именно поэтому признание со стороны Дании, Норвегии и Исландии сыграло невероятно важную роль. То же самое относится и к поддержке тогдашнего демократического лидера возрожденной России, Бориса Ельцина.
«Маленькие страны значат что-то благодаря своему влиянию на демократическое общество», — говорит Ландсбергис.
Сегодня Владимир Путин на Украине играет в похожую игру, считает Ландсбергис. Недавно Путин заявил, что он вообще не будет вести переговоры с украинским президентом Порошенко, потому что Россия утверждает, что Украина стоит за «террором» на аннексированном Крымском полуострове. Вместо этого Путин хочет обсуждать войну на Украине с германским канцлером и французским президентом во время встречи «Большой двадцатки» на следующей неделе.
Сила индивида
Витаутас Ландсбергис проводит параллели с Мюнхенским соглашением 1938 года, когда сверхдержавы вынудили Чехословакию отдать большую часть страны нацистской Германии.
«Нового Мюнхена пока не произошло. Но он может случиться. Встречаться без Украины, чтобы обсуждать Украину. Разве это не Мюнхен?» — спрашивает он.
Урок прибалтийской борьбы за независимость 25-летней давности говорит о том, что надо стоять на своем, говорит он.
«Мы должны сказать Путину одно: „Прекратить войну на Украине“», — говорит Витаутас Ландсбергис.
«Потому что вы должны помнить, что какой-то одной России нет. Не надо обобщать и думать о ней как о чем-то неизменном. Россия в состоянии сильно измениться. В мое время все говорили: „Горбачев никогда этого не позволит!“ Да, но, возможно, он изменит свое мнение. И он его изменил», — говорит Ландсбергис.
И сегодня демократическая Россия возможна, считает он. Но в эти годы оппозиция в России существует в ситуации, которую можно сравнить с фотографией, на которой одинокий литовский демонстрант стоит перед танком в 1991 году, утверждает Ландсбергис.
«Потому что тут нужен особый дух. Ты можешь быть очень сильным, даже если ты один. Это было доказано много раз. Возможно, последний раз — в Литве в 1991 году», говорит он.