Вы до сих пор считаете, что феминистки выступают против того, чтобы перед ними открывали двери или помогали донести тяжелые сумки? Наивные люди! Цели феминизма гораздо серьезнее и страшнее. Западная идеологиня этого течения Андреа Дворкин, к примеру, недвусмысленно призывает уничтожить 90 процентов мужчин, остальные пригодятся для размножения…

Не секрет, что феминистки «пришли» в Россию с Запада, и борются они вовсе не за туманное «равноправие полов», а за независимость женщины от мужчины, соревновательность или антагонизм с ним. Клин, вбиваемый между полами – удар по демографии, уничтожение традиционных ролей в семье и, в итоге, самой семьи. Конечно, в лоб про это вам не скажут, но давайте почитаем инструкции, которые составила идеолог отечественного разлива Любовь Калугина.

Женщинам запрещено защищать интересы близких мужчин, будь то родственник, близкий друг, возлюбленный. От общения с ними в идеале вообще стоит отказаться, но если это пока невозможно, переходим на дозированное общение.

«Мужу или сожителю хватит двух часов в сутки, бойфренду, с которым вы не живёте вместе, – пару раз в неделю по три часа, отцу и прочим родственникам – не более часа в сутки (если они болеют-помирают, можно увеличить это время до двух-трёх часов), друзьям – час раз в неделю». Вот видите, феминистки тоже люди – если папа умирает, разрешено посидеть с ним подольше.

Во враги феминисток записаны все те, кто «поддерживает патриархат»: состоит в браке; имеет романтические отношения с мужчинами или мечтает о таких отношениях; имеет детей; исповедует любую религию; заботится о своей внешности. На одном из феминистских ресурсов красуется лозунг: «У женщины всегда есть выбор: феминизм или мазохизм». Вот такой посыл: все, кто не с нами – слабые и жалкие существа.

Конечно, можно порассуждать о более «мягких» течениях феминизма, но это все равно, что сравнивать легкую и тяжелую форму одной болезни. Потому что, каким бы не был феминизм – он является прямой угрозой семье и духовно-нравственной безопасности страны.

В общем, полный аллес капут, как говорил Савва Игнатьевич.