Дух бабушки пожаловался внучке на то, что чужие люди уничтожили ее могилу...
В призраки, полтергейст, и различные кладбищенские истории красноярка Светлана Н. не верила до тех пор, пока с ней самой не случилась мистическая история.
Бабушка была, а где ее могила?
Дорогого человека, свою бабушку Пелагею Демьяновну Кулик красноярка Светлана вспоминает чуть не каждый день.
Та была украинкой, если сердилась на внучку, выговаривала по-своему, по-особому: «Какая ты неслухьяная!». А Света, лиса, скорее обниматься, — и какие тут уже обиды. Когда выросла внучка, вышла замуж, родила сыночка с дочкой, то бабушка – первая нянька. И слово ласковое всегда найдет для ребятишек, и лечила своим способом, если вдруг заболеют.
— Самая чудесная бабушка на свете, — вспоминает Светлана. — Верила в Бога, все субботы с пятницы не ела, постоянно Библию и Евангелие читала. Еще она сливала на воск сглаз, испуг на воск, чистку своеобразную делала. Может поэтому и приснилась мне…
В 1992 году бабушки не стало, ей был 81 год. Похоронили ее на кладбище Бадалык, почти рядом с сыном: Борис умер на два года раньше. У обоих было по оградке и по памятнику.
Более 25 лет родные приезжали на могилки: ухаживали, убирали, вспоминали усопших. И так было до тех пор, пока они сами не напомнили о себе.
Пелагея Демьяновна с правнуком Станиславом. Фото: предоставлено Светланой Н.
Бабушка Пелагея приснилась внучке в странном виде: лица не видно, платок задвинут на глаза. Старушка взывала о помощи: «Я лежу одна, безо всего, мне холодно». Светлана проснулась утром в холодном поту, а в голове одна мысль: «Что-то случилось».
Помчалась на кладбище, а там… поверх бабушкиной могилы свежий холмик, крест деревянный, цветы и венки. В первую минуту онемела от неожиданности, а потом ринулась за разъяснения к руководству кладбища.
— Был ли там памятник — не было ли, не могу точно сказать, — разводит руками Павел Штрек, главный специалист отдела организации похоронного дела МКУ «УДИБ». – Эта ситуация из ряда вон! И самая большая сложность в том, что многих архивных документов с 80-90 годов не сохранились.Только на момент захоронения там не было ничего. У нас если люди, копая могилу, натыкаются на чьи-то останки, категорически запрещено проводить захоронение.
«Я же не ведьма!»
Семья Н. попробовала договориться с сыном погребенного мужчины. Поскольку бабушка оказалась не совсем под новой могилой, а чуть правее, можно было немного срезать оградку, убрать столик и установить снова ей памятник. Мужчина отнекивался, тянул время. А весной, накануне Родительского дня, бабушка Пелагея снова «навестила» внучку во сне: «Я же не ведьма, за что меня залили!», — плакала она.
Приехали родные на кладбище, а там над бабушкой уже могильная плита из цемента на две могилы. Над одной возвышается внушительный памятник похороненному мужчине, а вторая пустая, по всей видимости, для кого-то из родственников.
После страшного сна Светлана помчалась на кладбище, а там поверх бабушкиной могилы свежий холмик, крест деревянный, цветы и венки. Фото: предоставлено Светланой Н.
— Бабушка, получается, посреди этих двух ячеек сейчас лежит, — расплакалась Светлана. — Как можно было залить, зная, что там лежит человек, и туда положишь туда своего близкого человека.Я сама сейчас уже не могу разрушить этот цемент, это уже уголовное дело.А что с могилой моей бабушки сделали, это можно? Ведь здесь не было свалки, памятник стоял и оградка была. Ее часть даже неподалеку валялась некоторое время.
А ты докажи!
— Денег они, наверное, хотят, да и все, — отрезал Михаил Антонов, сын погребенного мужчины. – Там не было никакого захоронения, а всего лишь куча мусора. Стоял памятник ржавый рядом, подкрашенный немного.У них даже документов нет никаких, что там была бабушка захоронена. Выделили место человеку, он отдал государству 38 лет службы, работал в органах. И вот такая неприятная история.
Бабушка попросила помощи у внучки с того света
По сути, потерпевшими в этой истории являются обе семьи. Единственный выход – договариваться. Но пока не получается. За два года семья Н. несколько раз подавала заявление в полицию и прокуратуру с просьбой разобраться. Но всякий раз следует отказ: нет документов – нет дела. И даже фото со спорной могилки нет.
— Мне говорят: а ты докажи, что бабушка здесь, — говорит Светлана Н. – Дико, что в наше время такое возможно! Могилу мы не фотографировали, разве могли подумать, что придется доказывать ее существование. А сейчас получается: книги утеряны, копальщики уволены, акт как-то никто не составил.
В настоящее время дело снова находится на очередном рассмотрении. Светлана все еще надеется, что цемент разобьют, и ее бабушка успокоится. И только тогда она сама сможет спать спокойно.