Владимир Путин хочет войти в историю как «еще один Петр Великий», утверждает Times. И для этого он намерен использовать богатую ресурсами Арктику. Москва уже проводит активную милитаризацию этого региона, поскольку тот не только может обогатить Россию, но и дает российским властям возможность «позапугивать» НАТО.

«Российские авантюры на Украине и в Сирии» – просто репетиция для гораздо более масштабной демонстрации силы, пишет обозреватель Times Роджер Бойс. Автор уверен: «Царь Владимир замышляет арктическую холодную войну».

Российский президент, считает автор, предпочел бы, чтобы «его запомнили как еще одного Петра Великого, а не как Ивана Грозного». Издание напоминает, что Петр хотел использовать российский север в качестве важного плацдарма для достижения глобального влияния, а также для превращения России в морскую державу. Вдобавок «он ненавидел османов, крушил своих оппонентов и отправил одну из своих первых советниц в женский монастырь».

«Путину Петр должен казаться самим воплощением модернизатора с манией величия», – пишет Times.

Президент России почти наверняка одержит победу на очередных президентских выборах 2018 года. И в его последний президентский срок, скорее всего, главенствующее место займет затея, достойная самого Петра I, – укрепление российского влияния в Арктике, уверен Роджер Бойс.

Как отмечается в статье, в этом регионе находится около 30% неразведанных запасов природных ресурсов. Кроме того, к 2030 году Северный морской путь, по которому в настоящий момент суда могут плавать лишь при содействии российских атомных ледоколов, может стать выгодной альтернативной Суэцкому каналу для перевозки товаров из Азии в Европу. Этот маршрут сократит время, проводимое кораблями в пути, на 40% и обогатит Россию с ее протяженным побережьем Северного Ледовитого океана.

По сравнению с Арктикой, Украина и Сирия были лишь «тактическими маневрами, попытками помешать Западу и получить временное преимущество», говорится в статье.

«Как мне это представляется, Арктика – это то, о чем любит потрепаться кремлевский двор (боссы “Газпрома” и “Роснефти”, глава "Российских железных дорог", шпионы, приверженные идее национального возрождения)», – пишет автор.

Планы российской армии в Арктике охватывают территорию от Балтийского до Берингова моря, которое, кстати говоря, омывает берега Аляски. При Путине Россия восстанавливала советскую инфраструктуру от Мурманска до Магадана. Москва также создала в городе Североморске объединенное стратегическое командование в Арктике, а также учредила арктическую бригаду. Вдобавок сейчас в процессе постройки находятся несколько новых ледоколов.

Благодаря доходам, полученным во времена высоких цен на нефть, Северный флот ВМФ России теперь включает 35 подводных лодок и 50 военных кораблей, причем флагманом СФ является тяжелый атомный ракетный крейсер под названием «Петр Великий», отмечает обозреватель Times.

Из-за санкций и падения цен на нефть арктическая миссия России сбавила обороты. Исследование региона стало делом затратным и сложным. Однако милитаризация Арктики продолжается быстрыми темпами, подчеркивается в статье. Российских военных сил там скоро будет больше, чем у прочих арктических государств – США, Канады, Норвегии, Дании, Финляндии и Исландии, – вместе взятых. Эти силы не просто защищают российские экономические интересы и подкрепляют ее претензии на континентальный шельф. Из «размороженного севера» Москва бросает НАТО стратегический вызов, а также запугивает альянс, уверено издание.

«Британия не относится к числу арктических держав с 1907 года, когда Ньюфаундленд получил статус доминиона, а мы потеряли Лабрадор. Нам, однако, следует внимательно следить за тем, как развивается российская политика. Путин решил настроен на то, что… Россия должна стать более могущественной. А с учетом его любви к балансированию на грани войны, нам следует готовиться к куче неприятностей на севере», – подытоживает обозреватель Times Роджер Бойс.