Памятники оккупации: во что превратились советские заводы Прибалтики?
Во времена СССР товары из Прибалтики были известны каждому жителю страны советов. Утро начиналось с зарядки, когда радиоприёмники «Маяк», «Орбита» или «Селга» возвещали об этом трансляцией нехитрых упражнений и музыки. Телефоны «ВЭФ» обеспечивали бесперебойное общение, а микроавтобусы «РАФ» — комфортную езду. Счастливчики могли позволить себе музыкальный центр «Мелодия», приобретение же магнитофона «Скиф» сейчас можно сравнить разве что с покупкой флагманского смартфона. Да и фраза «папа привез из Прибалтики» говорила о многом, ведь это был некий общий бренд для обозначения качественного продукта. И что же сейчас осталось из всего этого великолепия?
Такая любовь к товарам из прибалтийских республик поддерживалась политикой государства, направленной на развитие в них таких трудоёмких обрабатывающих отраслей промышленности, как машиностроение, электротехника и радиоэлектроника. В послевоенные годы строились новые и разрастались уже имеющиеся в республиках предприятия. К 1973 г. продукция прибалтийского экономического района обеспечивала Союз бытовыми электросчетчиками на 80%, телефонными аппаратами на 53%, вагонами на 30% и радиоприёмниками и магнитофонами на 23%. Что же стало с заводами и фабриками, построенными в период промышленного расцвета в регионе?
Товары, когда-то гремевшие на весь Союз, теперь являются экспонатами музеев или за копейки перепродаются на барахолках. А огромные площади заводов — их здания, цеха, трубы — напоминают, скорее, декорации к фильму ужасов, чем времена своей славной работы.
Золотые дни латвийской электроники и радиотехники связаны, прежде всего, с двумя основными предприятиями – Рижским государственным электротехническим заводом «ВЭФ» и Рижским радиозаводом «Радиотехника». Первый был одним из сильнейших производств региона, выпускал практически все — от телефонов до военных изделий — и обеспечивал работой 20 тысяч человек. Территория, занимаемая заводом, равнялась по площади небольшому микрорайону. Как и любое предприятие того времени, помимо производственной функции, завод поддерживал социальную и культурную жизнь своих работников: в доме культуры устраивали концерты, танцы и различные увеселительные мероприятия, в столовых играли свадьбы; поликлиники при предприятии следили за здоровьем трудящихся, а спортивные залы — за их формой и внешним видом.
Однако приватизационный процесс, начавшийся в 90-е годы, разрушительно сказался на жизнедеятельности завода. На месте ВЭФа начали формироваться отдельные структурные единицы, количество которых за год выросло до 26, параллельно от ВЭФа были «отрезаны приватизацией» поликлиника, спортивный клуб, другие составные части гиганта. В итоге даже в самом крупном подразделении ВЭФа, где в свое время трудилось около 14 тысяч человек, в начале 1990 гг. осталось всего 400. Сегодня же в реестре предприятий Латвии можно найти информацию о более, чем 90 фирмах, общественных и прочих организациях, которые, хоть и содержат в названии аббревиатуру ВЭФ, к производству завода вовсе никакого отношения не имеют. Размещены они на территории бывшего гиганта, соседствуя с заброшенными корпусами, модными офисными «лофтами» и даже с ночным клубом.
Завод Радиотехника в свое время являлся одним из крупнейших заводов радиоэлектроники в СССР, на его долю приходилось 35% всей выпускаемой в Союзе бытовой аудиотехники. С конвейера завода только за год сходил миллион экземпляров радиоприемных усилительных и звуковоспроизводящих устройств и около 1,3 миллиона акустических систем. В период пика производственной активности на заводе работали 10 тысяч человек, а в начале 1990-х их количество сократилось до 1800.
В Эстонии аналогом ВЭФа и Радиотехники являлся Таллинский завод «Пунане Рэт», производивший акустические системы, которые славились далеко за пределами Эстонии. Однако построенный еще в 1935 году завод был закрыт в первый год независимости государства.
Вильнюсский электротехнический завод Эльфа, Вильнюсский приборостроительный завод Вильма и Каунасский радиозавод – одни из крупнейших предприятий Литвы, занимавшиеся выпуском электропроигрывателей, магнитофонов, радиоприёмников, а также обеспечивавших нужды Министерства обороны СССР. Последнее указанное направление деятельности заводов объясняет засекреченность информации о них. Например, завод Эльфа (или то, что от него осталось) являлся секретным объектом вплоть до 2000г. По той же причине очень мало информации о заводе Вильма, который был основан в 1960г. и именовался «Завод звукозаписывающей аппаратуры».
Завод был оборонного значения, и всё, кроме его наименования и выпускаемых бытовых магнитофонов, было строго засекречено.
Сегодня известно, что именно Вильма производила «черные ящики» для всего Союза. Из письма ветерана литовской радиопромышленности Юрия Махлина становятся ясны масштабы производства, он пишет: "На заводе были построены и функционировали вычислительный центр, климатическая лаборатория, цех по производству электродвигателей для магнитофонов, собственная телефонная станция с выходом в городскую телефонную сеть, профессионально-техническое училище, которое готовило молодых специалистов /…/ ".
При заводе было создано конструкторское бюро с техническими отделами и собственным опытным производством». Также, как и любое другое предприятие СССР, Вильма нес в себе и культурно-социальную функцию, из того же письма следует: "Мужскому хору «Вильма» было присвоено звание Народного коллектива республики /…/ Спортивные команды объединения участвовали в городских соревнованиях и соревнованиях со смежными предприятиями из других республик бывшего СССР /…/ проходили выступления художественной самодеятельности работников завода, творческие встречи со знаменитыми артистами, в том числе с Александром Ширвиндтом, Андреем Мироновым и многими другими". Данный очерк не только открывает нам производственную жизнь завода, но показывает, насколько в систему интегрирован был каждый сотрудник. Несмотря на то, что в 1990-х завод пытался остаться на плаву, производя и продавая магнитофоны, руководство не смогло включиться в рыночную экономику и с 1994г. ввязалось в серию судебных разбирательств, что привело в 1997г. к прекращению деятельности.
Каунасский радиозавод начал свою деятельность в 1956г. и обеспечивал советских граждан телевизорами, радиолами, магнитолами и радиоприёмниками. Однако и его деятельность прекратилась в начале 1990-х годов.
Помимо заводов, производящих электронику, Прибалтийским республикам не удалось уберечь и предприятия иных сфер деятельности: сейчас в руинах лежат десятки объектов, от бумажных фабрик до машиностроительных заводов.
Одним из таких «призраков коммунизма» является Пярнуский машиностроительный завод в Эстонии. Когда-то крупное предприятие не смогло приспособиться к рыночной экономике в годы приобретения Эстонией независимости. Сейчас же его зловещие развалины представляют собой серию сообщающихся между собой корпусов, цехов и зданий с административными помещениями.
В Латвии в северном микрорайоне Риги располагался комплекс предприятий, объединяющий завод железобетонных конструкций, хлебокомбинат, комбикормовый завод и завод напольного транспорта. Также крупным машиностроительным заводом являлся Рижский СельМаш. После восстановления независимости Латвии производства одно за другим стали закрываться, и сейчас их площади ждут сноса. Однако масштабы заброшенных, когда-то мощных предприятий, по сей день производят сильное впечатление.
Еще одним крупным предприятием Риги, берущим отсчет своей деятельности аж с 1841г., является Фарфоро-фаянсовый завод Кузнецова (позже Рижский фарфоро-фаянсовый завод). На его длинный век выпали революция и войны, что практически разорило завод. Тем не менее в период после Второй мировой войны ему удалось наладить производство, и до 1990-х гг. XX в. завод выпускал прекрасную продукцию разнообразного назначения, принимал участие во всесоюзных и международных выставках, занимал призовые места, но не смог удержаться на плаву в независимой Латвии. К 1994 г. оборудование, заготовки и много другое было разворовано, а завод закрыли. В настоящее время некогда знаменитое на всю страну предприятие находится в плачевном состоянии.
И ведь сегодня власти прибалтийских республик даже не оглядываются с тоской назад, вспоминая масштабы производства «хайтека» того времени. Для нынешнего руководства экономика — это очередной банк или проданный гектар леса, а промышленность — лишь напоминание об «ужасах оккупации».
Когда-то эта продукция являла собою «бренды», конкуренцию которым могли составить лишь единицы, а сегодня «памятники» былых успехов покрылись пылью, долгами и шумят ветром в разбитых окнах заводов.
Так и не раскрытт вопрос, кто же реально оккупировал Прибалтику и разрушил ее промышленность.