Мнения: Вадим Багатурия: Теперь права надо дать всем

Сняв вопрос запрета доступа подсудимых женщин к народному жюри, власть не только восстановила равноправие, но и дала шанс обвиняемым на тот суд, который обеспечит наибольшую справедливость приговора. 25 февраля 2016 года признано противоречащим Конституции положение Уголовно-процессуального кодекса, согласно которому женщины не вправе претендовать на суд присяжных, если максимальная санкция статьи, по которой они обвиняются, предусматривает смертную казнь (несмотря на мораторий, данное наказание юридически существует). Несомненно, это решение – важная веха в современном российском праве, поскольку урвать от государства хотя бы часть своих законных прав – большое везение. Особенно значима такая победа в высшем судебном органе страны, поскольку личная драма становится драйвером защиты неограниченного круга лиц. А неограничен он от того, что попасть под подозрение может каждый, хотя бы он и не совершал ничего противоправного – судебные ошибки не так редки, как может показаться. *** Ценность присяжных в почти четверти оправдательных вердиктов. Народное жюри на мякине не проведешь – как бы ни желал современный российский судья угождать обвинению, двенадцать заседателей не из «системы» убедить в том, что черное – белое, или наоборот, очень непросто. Институт присяжных заседателей с момента его появления в Российской Федерации в 1993 году постоянно претерпевал нападки власти, которой не нужны были реабилитации оправданных. Особенно сильный удар данному виду суда был нанесен в 2012-2013 годах, когда из его ведения были изъяты практически все составы, в которых желание государства контролировать общественные процессы существенно выше идеалов справедливости (коррупция, терроризм, оргпреступность). К сегодняшнему же дню президент многократно заявил о необходимости возврата суду присяжных больших полномочий и его реформирования. Поэтому, вероятно, Конституционный суд весьма оперативно рассмотрел жалобу Алены Лымарь и вынес абсолютно ожидаемое решение о несоответствии УПК нормам Конституции. Однако, сняв вопрос запрета доступа подсудимых женщин к народному жюри, власть не только восстановила равноправие, но и дала шанс здравой идее о полной автономии выбора любого обвиняемого на тот суд, который, по его мнению, обеспечит наибольшую справедливость приговора. А присяжные – судьи более вдумчивые и не испорченные стереотипичностью выводов, с прокурором они не миндальничают. Чтобы увидеть это, не нужно читать официальные сообщения или юридическую литературу. Просто посмотрите два русских по духу и глубине философии фильма: «Воскресение» Михаила Швейцера 1960 года и «12» Никиты Михалкова. Этого будет достаточно, чтобы окончательно осознать – никогда профессиональные судьи не будут справедливее жюри! Как практик ручаюсь, что в этих лентах нет никаких критически важных неточностей, которые могли бы компрометировать саму идею суда присяжных. Экранизации целиком и полностью твердят об одном – думайте, не бойтесь тревожить свою душу, не отбрыкивайтесь от любви к ближнему своему, каким бы негодяем он ни казался на первый взгляд – во всем надо тщательно разобраться. *** После решения по делу Алены Лымарь вполне возможно, что жалобы на неконституционность норм УПК, регулирующих доступ к суду присяжных, пойдут от других категорий осужденных. И тут властям, не мешкая, лучше принять единственно верное решение, дав право на народное жюри всем, хотя бы потому, что народ и есть единственный источник власти в России. Источник: Сайт Вадима Багатурии

Теги:  правосудие, конституционный суд, общество