Первый позор «непобедимых»: как беспощадных солдат Гитлера обратили в бегство под Москвой
В своих авторских материалах Масловский, по его словам, разоблачает «выдуманные недоброжелателями России мифы о событиях Великой Отечественной войны и показывает величие нашей Победы». Автор отмечает, что в своих статьях собирается «показать неблаговидную роль Запада в подготовке Германии к войне с СССР».
Полный разгром немецких войск под Москвой в декабре 1941 года предотвратило вмешательство Гитлера. «Штрафные батальоны», а по-немецки «испытательные части», и были, в частности, по определению Кейтеля, той «беспощадной твердостью Гитлера», с помощью которой он не допустил панического бегства своей армии в декабре 1941 года.
В ходе зимней кампании гитлеровские военные трибуналы осудили 62 тысячи солдат и офицеров за дезертирство, самовольный отход, неповиновение и так далее. Были отстранены от занимаемых постов 35 генералов, в том числе генералы-фельдмаршалы Браухич, Бок, генерал-полковник Гудериан.
Кейтель об отступлении немецкой армии под Москвой написал следующее: «Но противоречило бы истине, если бы я не констатировал здесь со всей убежденностью: катастрофы удалось избежать только благодаря силе воли, настойчивости и беспощадной твердости Гитлера. Если бы продуманный план поэтапного отступления в том виде, в каком его желала осуществить в своем узколобом, эгоистическом и диктуемом бедственной ситуацией ослеплении тяжело теснимая и страдающая от жутких холодов (этой причины апатии) группа армий «Центр», не был перечеркнут неумолимым, бескомпромиссным противодействием и железной энергией фюрера, германскую армию в 1941 году неизбежно постигла бы судьба наполеоновской армии 1812 года.
Это я как свидетель и участник событий тех страшных недель должен сказать совершенно определенно! Все тяжелое оружие, все танки и все моторизованные средства остались бы на поле боя. Сознавая возникшую таким образом собственную беззащитность, войска лишились бы также ручного оружия и, имея за своей спиной безжалостного преследователя, побежали бы».
В это время в немецкой армии особенно стало расти число штрафных батальонов. «Испытательные части», существовавшие до конца войны, не спасли немецкие части от разгрома, но остановили отступление немцев под Москвой. Мало кто знает, что практика штрафных батальонов была позаимствована Сталиным именно в Германии. В штрафбатах советской армии сражались до «первой крови», то есть до ранения, и после ранения, как искупившие вину, возвращались в обычные армейские части. И целью являлось не избавление от людей, а наказание военнослужащих, совершивших преступление. В основном штрафбаты использовали для разведки боем огневых точек противника. Но тема штрафбатов – это тема 1942 года, и мы к ней еще вернемся.
Советские войска 9 декабря освободили Рогачево, 11 декабря – Истру, 12 декабря – Солнечногорск, 15 декабря – Клин, 16 декабря – Калинин, 20 декабря – Волоколамск. Сотни других деревень и городов были освобождены в декабре месяце 1941 года войсками Западного и Калининского фронтов.
Успешно наступали и войска Юго-Западного фронта. Не смогли немцы остановить продвижение наших войск на рубеже реки Оки. 30 декабря была взята Калуга. Продвижение советских войск на юге не закончилось освобождением Ростова-на-Дону. Преследуя отступающего противника, наши войска форсировали реку Миус и создали Барвенковский выступ в районе Изюма.
Не удалось войскам Ленинградского и Волховского фронтов в декабре 1941 года прорвать блокаду Ленинграда. Но мы захватили стратегическую инициативу и даже высадили десант в Крыму с целью оказания помощи сражающемуся Севастополю. Сердца советских людей наполнялись гордостью и верой в скорую победу и окончание войны. Но Сталин видел реальную силу войск Европы. Посланнику президента США Гарри Гопкинсу Сталин сказал: «Я полагаю, однако, что война будет ожесточенной и, возможно, длительной». И попросил материалы, необходимые для длительной войны.
Только при наступлении на западном стратегическом направлении наши войска разбили 11 танковых, 4 моторизованных и 23 пехотных немецких дивизии. В декабре 1941 года наши войска еще продолжали наступать, но, забегая вперед, скажу, что Василевский писал: «В ходе зимнего наступления советские войска разгромили до 50 дивизий врага, нанеся особенно серьёзное поражение основной группировке вражеских войск – группе армий «Центр».
Престиж Германии в глазах Японии и Турции значительно упал. Наши солдаты оказались сильнее отборных эсэсовцев физической подготовкой, волей и военным мастерством. Об элитарности немецких войск СС можно судить хотя бы потому, что на службу в них брали только призывников из сельской местности с отменным состоянием здоровья. Даже пломба в зубе не позволяла быть зачисленным в эти войска.
Наша военная техника надежно работала и в зной, и в стужу. Наши офицеры набирались опыта в кровопролитных боях. Наша Красная Армия наступала, покрывая заснеженную землю трупами немецких солдат и офицеров, разбитыми артиллерийскими орудиями, сожженными танками и автомобилями противника, павшими вражескими лошадьми. Много и исправной техники было брошено в панике бегущими немецкими солдатами.
Колонны пленных немцев вели на восток наши бойцы, держа наизготовку винтовки с примкнутыми штыками.
Но не только разгромленные немецкие армии видели на своем пути бойцы. Тысячи сожжённых немцами дотла деревень и оставшихся без крова мирных жителей встречали на пути наши бойцы, десятки разоренных городов с взорванными заводами и домами, тысячи расстрелянных, до смерти замученных женщин и детей предстали перед глазами советских бойцов.
При виде этих ужасных зверств немецких оккупантов сердца солдат и офицеров Красной Армии наливались священным гневом, требовали возмездия, расплаты и звали в бой. Говорят, что Сталин издал приказ о том, чтобы солдат и офицеров части, замучившей Зою Космодемьянскую, в плен не брали.
Министр иностранных дел Великобритании Иден приехал в Москву 15 декабря 1941 года поздно вечером. Прибыл он через не побеждённый немцами город Мурманск. Иден опрометчиво сказал Сталину: «Ведь сейчас Гитлер все еще стоит под Москвой и до Берлина далеко». На что Сталин ответил: «Ничего, русские уже были два раза в Берлине, будут и в третий раз».
Во время застолья Сталин угостил Идена «русским виски» – перцовкой, и когда тот отдышался, сказал: «Такой напиток может пить только крепкий народ. Гитлер начинает это чувствовать». Идена провезли по дорогам Подмосковья, и он собственными глазами видел разбитую немецкую военную технику и автомашины всех стран Европы. Видел он и сотни трупов завоевателей, которые топтали землю Варшавы и Дюнкерка, Нордкапа и Крита, Парижа и Салоник, и считали себя властелинами мира, но нашли смерть от рук советских солдат в полях и лесах Подмосковья. На обратном пути Иден сказал Майскому: «Теперь я собственными глазами видел, как немецкая армия может терпеть поражения, отступать, бежать».
8 июля 1941 года начальник генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Ф. Гальдер, страстно желавший уничтожить всех славян и делавший все возможное для их уничтожения (после войны до 1961 года сотрудничал с военно-исторической службой армии США), записал в своем служебном дневнике: «Непоколебимо решение фюрера сравнять Москву и Ленинград с землей, чтобы полностью избавиться от населения этих городов». Но этого не произошло.
В 1941 году наши деды и прадеды право на жизнь отстояли и, встречая Новый 1942 год, провозглашали тосты за Победу. О том, что было бы с народами СССР в случае поражения в Великой Отечественной войне, видно из случая, описанного Главным маршалом авиации А. Е. Головановым. Он написал: «Как-то в сбитом германском бомбардировщике была обнаружена белокурая голубоглазая девушка в форме военного летчика. Когда ее спросили, как это она, женщина, могла решиться бомбить мирные города, уничтожать беззащитных женщин и детей, она ответила: «Германия нуждается в пространстве, но ей не нужны люди на этих землях».
В 1942 году части Красной Армии продолжали наступать. Были освобождены Московская и Тульская области, многие районы Калининской, Смоленской, Рязанской и Орловской областей. Потери в живой силе только группы армий «Центр», еще недавно стоявшей под Москвой, за период с 1 января по 30 марта 1942 года составили свыше 333 тысяч человек. Проведя с 8 января по 20 апреля Сычёвско-Вяземскую, Торопецко-Холмскую, Ржевскую и Болховскую наступательные операции наши войска Западного, Калининского и Брянского фронтов перешли к обороне.
Дальнейшее наступление было невозможно по причине весенней распутицы и связанными с ней трудностями снабжения армии боеприпасами, потерь в людях и технике в результате 4-х месяцев наступательных боёв, отсутствия резервов, необходимых для создания превосходства над группой немецких армий «Центр».
Немецкое руководство путем карательных мер восстановило в армии порядок и дисциплину и создало сильно укреплённый рубеж обороны, для прорыва которого у Красной Армии не было достаточных сил. К тому же немецкое командование для удержания фронта перебросило значительные силы из Западной Европы. В частности, чтобы избежать разгрома при проведении нами Ржево-Вяземской операции 1942 года немцами из Западной Европы было переброшено 12 дивизий и 2 бригады.
День перехода наших войск указанных выше фронтов к обороне (20 апреля 1942 года) считается днем окончания Московской битвы.
За время Великой Отечественной войны действующая армия провела 51 стратегическую операцию, более 250 фронтовых и около 1000 армейских операций, из них почти две трети наступательных. Все эти операции и сражения проведены под руководством Ставки Верховного Главнокомандования во главе с Сталиным. Миллионы людей приводили в движение решения Ставки.
Жуков написал о Ставке следующее: «Ставка руководила всеми военными действиями вооруженных сил на суше, на море и в воздухе, производила наращивание стратегических усилий в ходе борьбы за счет резервов и использования сил партизанского движения. Рабочим ее органом… являлся Генеральный штаб… Замыслы и планы стратегических операций и кампаний разрабатывались в рабочем аппарате Ставки – Генеральном штабе, с участием некоторых членов Ставки».
Этому предшествовала большая работа в Политбюро и Государственном Комитете Обороны. Обсуждалась международная обстановка на данном отрезке времени, изучались потенциальные политические и военные возможности воюющих государств. Только после исследования и обсуждения всех общих вопросов делались прогнозы политического и военного характера. В результате всей этой сложной работы определялась политическая и военная стратегия, которой руководствовалась Ставка Верховного Главнокомандования.
При разработке очередной операции Сталин обычно вызывал начальника Генерального штаба и его заместителя и кропотливо вместе с ним рассматривал оперативно-стратегическую обстановку на всем советско-германском фронте: состояние войск фронтов, данные всех видов разведки и ход подготовки резервов всех родов войск. Потом в Ставку вызывались начальник тыла Красной Армии, командующие различными родами войск и начальники главных управлений наркомата обороны, которым предстояло практически обеспечивать данную операцию.
Затем Верховный Главнокомандующий, заместитель Верховного и начальник Генштаба обсуждали оперативно-стратегические возможности наших войск. Начальник Генерального штаба и Заместитель Верховного получали задачу – продумать и рассчитать наши возможности для той или тех операций, которые намечались к проведению. Обычно для этой работы Верховный отводил нам 4-5 дней. По истечении срока принималось предварительное решение. После этого Верховный давал задание начальнику Генштаба запросить мнение Военных советов фронтов о предстоящей операции.
Ставка была хорошо осведомлена о положении на фронтах и своевременно реагировала на изменения обстановки. Через Генштаб она внимательно следила за ходом операций, вносила необходимые коррективы в действия войск, уточняла их или ставила новые задачи, вытекающие из сложившейся обстановки. В случае необходимости производила перегруппировку сил и средств для достижения цели операции и поставленных войскам задач, а в особых случаях прекращала операцию». Маршал артиллерии Н.Д. Яковлев написал: «Работу в Ставке отличала простота, интеллигентность.
Никаких показных речей, повышенного тона, разговоры вполголоса».
Продолжение следует…
Мнения, выраженные в публикациях Леонида Масловского, являются мнениями автора и могут не совпадать с мнениями редакции сайта телеканала «Звезда».
Автор: Леонид Масловский
Фото: Минобороны России