Расплата через 11 лет. Европейский суд вынес очередное решение о пытках в полиции. Вчера, 23 февраля 2016 года, Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решение по жалобе, поданной правозащитниками в интересах жителя Орска Оренбургской области Александра Андреева в 2006 году. Страсбургские судьи признали факт незаконного задержания и пыток Александра в милиции в 2005 году, а также установили, что следственные органы не провели эффективного расследования по этому факту. В связи с этим заявителю присуждена компенсация морального вреда в размере 26 000 евро, однако виновные в пытках ответственности уже не понесут. В феврале 2005 года в оренбургское отделение Комитета против пыток за юридической помощью обратился житель Орска Василий Андреев. Он сообщил, что его семнадцатилетний сын Александр в результате незаконного задержания и пыток со стороны сотрудников РОВД Советского района города Орска получил сотрясение головного мозга и был помещён в отделение нейрохирургии городской больницы. В ходе общественного расследования, проведенного правозащитниками, была установлена следующая картина произошедшего. Василий Андреев и его несовершеннолетний сын Александр к 11 часам утра 15 февраля 2005 пришли в Советский РОВД Орска. Поводом к их вызову послужило уголовное дело, в котором отец и сын проходили свидетелями. Часа через полтора ожидания Александра к себе в кабинет завел оперуполномоченный. Василий, не дождавшись приглашения, сам зашел вслед за сыном и настоял на своем присутствии. Милиционер предложил Саше найти и передать информацию о лицах, совершивших кражу в магазине «Ассоль», если тот не желает, чтобы ответственность за это преступление было возложено на него. Отец вслух выразил несогласие с приглашениями сына в «стукачи». После нескольких таких возражений, оперативник выгнал Андреева-старшего на улицу. На протяжении нескольких часов Василий неоднократно, но безуспешно просил оперативного дежурного узнать, где находится Александр и когда его отпустят.После 17 часов вечера Василий уехал домой, где рассказал о ситуации супруге. Мать Саши, Светлана, из дома стала звонить в Советский РОВД. Оперативный дежурный ответил матери, что её сын находится в отделении милиции № 2 (в 5-ти километрах от РОВД). Однако на звонки во второе отделение тамошний дежурный неизменно отвечал Светлане, что Андреева у них нет. Так ничего и не добившись звонками, супруги собрали годовалую дочь, так как её не с кем было оставить, сели в «маршрутку» и втроем поехали в Советский РОВД. Чувствуя неладное, родители стали фиксировать время с точностью до минуты. В отдел они зашли в 19 часов 15 минут. Дежурный отказался принять заявление об исчезновении подростка, зато начальник смены снизошел – сам принялся звонить во второе отделение. Через час майор передал обеспокоенным родителям, что их сын уже дома.Домой Андреевы приехали в 21 час 24 минуты. Александр появился еще через 15 минут. Сел на стул возле порога и слабеющим голосом сообщил родителям, что в милиции его пытали. Затем стал терять сознание, начались приступы рвоты. Отец вызвал «скорую». В больнице, с диагнозом «сотрясение мозга, ушибы мягких тканей головы», Саша пролежал неделю. Что с ним произошло в милицейских стенах, Александр рассказал сам. Едва избавившись от родителя, следователь, проведя допрос, отпустил мальчишку, вручив ему повестку на 17 февраля. Александр направился было к выходу, но в коридоре его ждал участковый инспектор: «Иди за мной. Нужно ещё пройти дактилоскопирование». Но и после «снятия пальцев» в кабинете криминалиста на первом этаже милиционер не отпустил Александра, хотя знал, что на крыльце его дожидается отец. Через служебную дверь участковый вывел подростка из здания, посадил в уже дожидавшийся милицейский УАЗик, и отвез во 2-е отделение милиции. Перед этим постовой по просьбе участкового отметил в журнале, что Андреев вышел из РОВД. По пути милиционер «успокоил» Александра: дескать, отец извещен о его местонахождении и даже, будто бы, передал для сына деньги на проезд домой. По приезду во 2-е отделение участковый передал доставленного двум милиционерам и ушел. Те, в свою очередь, начали «колоть» парня на причастность к кражам из магазинов. Не удовлетворившись отрицательным ответом, сотрудники второго отделения перешли к пыткам. Подростку сцепили руки за спиной наручниками и приказали сесть на пол, скрестив ноги. После этого ступни ног связали веревкой, продев её конец под наручники и принялись подтягивать руки к ногам, причиняя Андрееву невыносимую боль. Не выдержав, Саша попросил развязать ноги. Милиционеры, видимо, подумав, что «клиент созрел», с охотой выполнили просьбу юноши. Позже Александр сам объяснил свой дальнейший поступок: чтобы избежать продолжения пытки, разбежавшись, ударился головой о стекло книжного шкафа. Осколки стекла порезали кожу на голове в нескольких местах, по лицу заструилась кровь, но на милиционеров эта картина не подействовала: они вновь связали Андрееву ноги, стянули ноги с руками за спиной, продели под верёвку металлический стержень и подвесил мальчишку между столом и спинкой стула. У садистов это называется «ласточкой». Минут десять Андреев висел, испытывая боль и наблюдая, как на пол с головы капает кровь. В это время в кабинет зашел оперативник и, прервав пытку, отвел подростка в свой кабинет на втором этаже. И снова начались уговоры написать «явку с повинной», и снова – напрасные. Саша отказался оговаривать себя и в третий раз был отправлен на «доработку». На этот раз – к двум другим милиционерам. Один из них подошел к Александру со спины и принялся бить по ушам ладонями одновременно с двух сторон. Второй, довершая экзекуцию, двинул подростка кулаком по голове так, что тот на мгновение «отключился» и упал на колени.Потом парня снова подвешивали на ломе… Не выдержав мучений, Александр подписал признания в совершении кражи. Примерно в 9 часов вечера его отпустили и больше никуда не вызывали. Отметим, что уголовное дело в отношении Андреева так и не было возбуждено.Следователь прокуратуры Советского района Орска Оксана Балыбина, проверявшая заявление Василия Андреева о преступлении в отношении его сына, дважды в течение двух месяцев отказывала в возбуждении уголовного дела. Первый отказ отменил прокурор, второе «отказное» постановление правозащитники обжаловали в судах, но там их ждала неудача – постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было признано законным. Не добившись проведения эффективного расследования и восстановления нарушенных прав на национальном уровне, правозащитники подали жалобу в Европейский суд по правам человека в интересах Александра Андреева. Вчера, 23 февраля, Европейский суд вынес по ней решение. Страсбургские судьи единогласно установили, что:- имело место нарушение статьи 5 Конвенции (Право на свободу и личную неприкосновенность),- имело место нарушение статьи 3 Конвенции в ее материальной части (бесчеловечное и унижающее достоинство обращение с заявителем) и процессуальной части (неэффективное расследование жалобы заявителя).В связи с этим заявителю была присуждена компенсация морального вреда в размере 26 000 евро.Член Комитета по предотвращению пыток Вячеслав Дюндин, проводивший общественное расследование по этому делу, комментирует решение Европейского суда: «Картина преступления предельно ясна. Группа сотрудников милиции, с целью получения информации и признательных показаний от подростка, грубостью и обманом отделила несовершеннолетнего Александра от отца. Затем подросток фактически был похищен и втайне от родителя перевезен в другой район города. В отделении милиции № 2 к юноше применялось насилие, причинявшее ему физические страдания и побудившее его к попытке членовредительства. Замечу, что по своим физическим данным Александр – малыш. В 2005 году он был метра полтора ростом и килограммов пятьдесят весом. Милицейские мужики избивали и пытали фактически ребёнка!В результате жестокого обращения Александр получил телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, ссадины надбровной дуги и ушибов мягких тканей головы. Чудовищно то, что в этом преступлении в разной степени приняли участие практически все сотрудники отделения, находившиеся на работе. Одни похищали, вторые истязали, третьи прикрывали, обманывая родителей.Что мы имеем в сухом остатке? Подросток получил не только физические, но и психологические травмы на всю жизнь, виновные сотрудники к ответственности не привлечены, и неизвестно, сколько у них еще таких «подвигов» потом было, следователь прокуратуры, наверное, уже вышла с почестями на пенсию, пытки в российской полиции продолжаются, а компенсацию, присужденную ЕСПЧ, заплатим все мы из своего кармана». «При рассмотрении данного дела в Европейском суде Правительство признало нарушение прав заявителя, предусмотренных статьей 5 Конвенции. В частности, власти РФ согласились, что лишение Андреева свободы с 19:00 до 20:00 15 февраля 2005 года осуществлялось в нарушение статей 91 и 92 УПК РФ, регулирующих основания и порядок задержания подозреваемого, а также статьи 423 УПК РФ, касающейся дополнительных гарантий несовершеннолетнего при задержании. Признавая нарушение государством п. 1 ст. 5 Конвенции, Европейский суд подчеркнул фундаментальную важность гарантии любому лицу не подвергаться произвольному задержанию со стороны властей и отметил, что любое лишение свободы должно быть произведено не только в соответствии с законом, но также в соответствии с самой целью статьи 5 – защитой человека от произвола. Констатируя нарушение статьи 3, Европейский суд подчеркнул значимость судебно-медицинской экспертизы при установлении факта жестокого обращения. Власти РФ настаивали, что если бы заявитель был в наручниках и его бы пытали подвешиванием, то на его конечностях остались бы ссадины, и что обнаруженные и зафиксированные фельдшерами скорой помощи травмы на лице были нанесены заявителем самому себе. Суд на это ответил, что в материалах дела нет никаких экспертиз, подкрепляющих доводы Правительства о следах от наручников и что помимо травм на лице заявитель имел кровоподтеки на коже головы, которые, согласно заключению судебно-медицинского эксперта, могли быть нанесены твердыми тупыми предметами незадолго до того, как заявитель был доставлен в больницу. Таким образом, власти РФ не смогли доказать, что все телесные повреждения были получены Андреевым не по вине полицейских. В отношении расследования Суд отметил, что сам по себе факт отказа следственным органом возбудить уголовное дело по сообщению о жестоком обращении в полицейском участке свидетельствует о неспособности государства соблюдать свои обязательства в соответствии со статьей 3. Судебно-медицинская экспертиза травм заявителя была проведена с задержкой в месяц, при этом такой важный вопрос, как «все ли травмы на голове заявителя могли быть получены в результате одного удара о стекло шкафа», вообще не был поставлен перед медицинским экспертом. Кроме того, Суд отметил, что следователи даже не предприняли попытки к поиску орудий преступления, указанных заявителем – веревки и металлического стержня, использованных во время подвешивания. Европейский суд также отметил, что национальные судьи в своих решениях не указали, почему они считают отказ следователя в возбуждении уголовного дела обоснованным. На основании этого было установлено нарушение статьи 3 в процессуальном аспекте», – комментирует решение ЕСПЧ юрист Комитета по предотвращению пыток Екатерина Ванслова.
