Мышка – матерщинница: о небольшом конфликте фельдшера и хирурга приемного отделения
Весной 199… года пришла к нам на подстанцию новая сотрудница. Нежное создание ростом метр сорок, с тоненьким девчоночьим "хвостиком" на затылке, белыми кудряшками на висках, в маленьких круглых очечках. Звали это чудо – Юленька. Юленька не пила, не курила, не ругалась матом, о мужиках вообще страшно было подумать… Этакий десятилетний ребенок в стае выездных волков. Разговаривала Юленька тонким-тонким голоском и, почти сразу, получила прозвище "мышка".
Мужики в присутствии Юленьки робели и терялись. Даже страшный человек-гора, доктор восьмой бригады Прагин, обладатель черного пояса каратэ, весом сто шестьдесят килограмм, разговаривавший исключительно матом. При виде Прагина трепетали любые хулиганы, буйные алкаши – плакали и забивались в самые темные углы. Представить себе разгневанного Прагина вообще было страшно… Правда Прагина очень любили дети и собаки, и совсем его не боялись… Увидев Юленьку, Прагин краснел, бледнел, становился исключительно вежливым и серьезным, все время норовил угостить ее чем-нибудь вкусным – конфетами или мороженым и при первой возможности брал ее в ночь третьим номером на восьмую бригаду (работал он с постоянным фельдшером Игорьком), и немедленно укладывал спать. "Наработается еще ребенок, пусть поспит" – объяснял Прагин начальству и спорить с ним никто не решался.
Несмотря на малые габариты, фельдшером Юленька была классным, все умела, ничего не боялась, работать с ней было легко и приятно. Постепенно Юленьку стали ставить одну на бригаду, но исключительно на дневную полусуточную. Если бы кто осмелился оставить "мышку" одну в ночь… Прагин бы его убил…
Нежное, воздушное создание…
Работал я как всегда в "одинаре" на родной двадцать второй бригаде. После обеда получил вызов на перевозку "сотряса" из травмпункта, приехал, погрузил больного, запросил место… Виталик как всегда был на руле, в полной боевой форме и в течение пятнадцати минут мы доставили страдальца в ближайший "комбинат здоровья". В больнице было два приемных отделения. В одном корпусе – терапия, неврология, гинекология и прочая лабуда, а в другом – хирургия и травма. Сдал больного без проблем и уселся писать карточку за стеклянной загородкой для сестер, за их столом. Из коридора меня не было видно…
Открылась дверь и в приемник просочилась Юленька, ведя под локоток бабушку.
- Скорая, чего везем?!! – прогремело из дальнего конца коридора.
- Бабушка, холецистит… - ответил еле слышный писк.
- Ждите!!.. Больную посадите на кушетку в коридоре!
- Хорошо. Ждем…
Через пять минут из недр приемного выдвинулся хирург. Типичный хирург… Огромная толстая детина с волосатой грудью и руками, толстенной золотой цепью на шее, наглой мордой и бычком в зубах. Рубашка операционника туго обтягивала толстый живот и была заправлена в брюки. Правой рукой хирург лениво почесывал волосы на груди в вырезе операционника…
- Слышь девочка, мы закрыты – изрек членисторукий "друг"- я больного не приму…
- Но центр дал место к вам…
- Блин, козявка, ты чо плохо слышишь?
- Не ругайтесь, пожалуйста, я сейчас позвоню на центр и все выясню…
- Давай, давай, мелкая, звони.
Я с интересом прислушивался к разговору, отложил карту и ручку в сторону и прикидывал, не пора ли вмешаться. Но события стремительно принимали интересный оборот и вмешательства не потребовалось…
На стене в коридоре висел телефон. Юленька набрала номер старшего врача, доложила ему ситуацию, выслушала ответ и повернулась к хирургу:
- Центр говорит вы скоро открываетесь, старший врач велел оставить больную, скажите пожалуйста, кто принимает?..
- Да ты, блин, шмакодявка, я е… твой центр и твоего старшего врача, наберут на скорую м…в по объявлению, не знают ни х.. и слушать не умеют, забирай бабку и пошла отсюда на х..!!!!!
Я почти вскочил из-за стола и тут на весь приемник раздался крик. Я даже представить себе не мог, что у "мышки" есть такой командный голос:
- Е….й ты в рот и в уши распрему..бл….им прое..ем злое…им оху..ший пи..юк прое..ш опи…..ший от собственной зломуд….ти, стоишь м…к плешивый, несешь х…ю аж уши вянут, я уже от этой х..ни ох..ла на х.., говори фамилию гнида и не вые….ся сука мохнорылая!!!
Юлька подскочила к хирургу, оттянула на животе штаны, сунула туда свернутый трубочкой "сопроводок" и отпустила резинку. Резинка звонко щелкнула по толстому животу. Хирург икнул и еле слышно пролепетал фамилию. Юлька вызкочила из приемного, громко хлопнув дверью. С потолка посыпалась штукатурка. В приемном воцарилась тишина… Слышно было как шуршит бычок, падая на пол изо рта хирурга…
Я встал из-за стола, обошел превратившегося в соляной столб хирурга и двинулся на выход. Лицо у хирурга было таким, будто он увидел черта или инопланетянина…
На крыльце приемного никого не было. Чуть поодаль стоял мой "РАФ", Виталик сидел за рулем и курил.
- Слышь, чего с Юленькой случилось? Вылетела из приемного, как ошпаренная, прыгнула в "пепелац" и рванули они отсюда как на пожар…
- Хрен его знает, Вит, потом спросим. Поехали…
Ближе к утру мы привезли туда еще одного больного, как раз к хирургу. Хирург сидел грустный в своей смотровой, под глазом у него наливался гигантский фингал… На столе перед ним лежали разорванная на мелкие кусочки золотая цепь и "сопроводок" на мужика с прободной язвой. Фамилия доставившего в "сопроводке" была – Прагин…
В шесть утра я сидел в столовой и заваривал чай. Вошла Юленька.
- Можно я с тобой посижу, чайку попью? Серега меня, как всегда, спать оставил, но не спится чего-то…
- Юленька, ты еще спрашиваешь.
Я заварил вторую кружку и вытащил из кармана шинели пачку печенья.
- Юленька, ну я от тебя не ожидал…
- Чего?
- Как ты хирургов гоняешь, ..ну даешь, блин…
- Ты слышал?
- Я за стойкой сидел, выскочить не успел.
- Ой, только ребятам нашим никому не говори. Ладно?
- Ладно, не скажу.
А я никому и не сказал!
P. S.
Юлия Николаевна Прагина закончила институт, ординатуру и стала врачом – гинекологом. Сейчас работает в крупной клинике, оперирует и иногда дежурит по приемному отделению. Больных принимает без звука, сама каталась. Но не дай Бог ей нахамить. Такое услышите… Желающие есть?