«Укрорай»: Российские оппозиционеры оказались не нужны даже русофобам
Предательство не окупилось
На первый взгляд майданная Украина представлялась сущим раем на земле. Внезапно оказалось, что есть место, где российскую оппозицию и ее высказывания иногда воспринимают всерьез и даже предоставляют эфир на популярных каналах. Где можно говорить то же самое, что и дома, но при этом никто не смеется, ведущие уважительно именуют говорящего «экспертом» или даже «советником президента Украины», а футболки с призывами «вернуть Крым» или покаяться в чем-нибудь лишь усиливают одобрение окружающих.
Такое благоприятствие породило достаточное число меметичных заявлений: «для организма полезнее даже быть нищим в Киеве, чем главным редактором в Москве» от экс-замредактора МК Айдера Муджабаева; «мы — русскоязычные украинские патриоты» от Евгения Киселева; «уехать на Украину сегодня хотят многие вменяемые люди, думающие о будущем своих детей» от члена движения «Майдан без границ» Валерия Отставных и др.
С точки зрения идеологического спроса и предложения российские оппозиционеры и украинские власти пришли к безусловному консенсусу, составив определенную информационную экосистему. Официальные заявления Минобороны и Генштаба Украины о разбитых «бурятских дивизиях», применении тактического ядерного оружия в сражениях за Донецк и поголовной любви к Украине в Крыму подкреплялись сообщениями «российских экспертов» вроде Славы Рабиновича или Саши Сотника, согласно которым побежденная гением украинских генералов Россия со дня на день начнет просить у Киева пощады, Владимир Путин достоверно умер уже не менее трех раз, а количество потерь «российских войск» в сражениях с непобедимой армией Украины измеряется десятками и сотнями тысяч.
Сложно сказать, кто на кого ссылался больше. Однако достаточно быстро выяснилось, что кроме морального удовлетворения кооперация с украинскими властями не приносит оппозиционерам никаких материальных благ за редкими исключениями, лишь подтверждающими правило. Высшее же руководство Украины, безусловно приветствуя любую критику в адрес РФ, платить за нее вовсе не планирует, равно как и признавать «российских экспертов» своими согражданами.
Как сообщают украинские СМИ, активный оппозиционер из Нижнего Новгорода Алексей Ветров, заслуженный участник «Болотной» и организатор многочисленных митингов «в поддержку Украины», бежал в Незалежную сразу после воссоединения Крыма с РФ. С первых дней пребывания он подал документы в миграционную службу.
«Я был уверен, что после Майдана на Украине начнется стремительный процесс демократизации и изменений», — поясняет он. В миграционной службе ответили отказом, оппозиционер подал в суд, предоставив копии протоколов о задержаниях на митингах, об административных нарушениях, «а также отчеты Transparency International о ситуации со свободой слова в России и преследовании общественных активистов».
Суд резонно рассудил, что огромное количество справок о том, что человек является злостным нарушителем общественного порядка и отчаянно сопротивлялся сотрудникам правоохранительных органов, не лучшая рекомендация для получения гражданства. На Украине этого добра хватает. На данный момент оппозиционер дошел в тяжбах до Верховного суда, за которым только инстанции ООН.
История Ветрова типична. Хотя бывают и более неожиданные ситуации. 10 декабря в Киеве арестована московская оппозиционерка Анастасия Леонова. Ей грозит 15 лет заключения с конфискацией по подозрению в террористической деятельности запрещенного решением суда РФ «Правого сектора», у руководства которого как раз начались трудности во взаимоотношениях с Петром Порошенко.
Несмотря на обещания Порошенко о льготах при получении гражданства «поддерживающим Украину» людям, на практике это реализовано не было.
Случаи предоставления украинского гражданства или хотя бы статуса беженца на Украине единичны и всякий раз становятся сюжетом дня. Наиболее известной «новоукраинкой» является Мария Гайдар, в России сотрудничавшая с Борисом Немцовым, Алексеем Навальным и другими оппозиционерами, а на Украине вошедшая в команду Михаила Саакашвили.
Всего, по данным Государственной миграционной службы Украины, за 2014 год туда перебрались 130 российских граждан. Из них статус гражданина или беженца получили трое. В 2015 году с просьбой о предоставлении убежища обратились 86 граждан РФ, и лишь четверым оно было предоставлено.
Застрявшие на Украине оппозиционеры возвращаться в Россию не хотят. Для этого имеются основания: в ходе ритуальной демонстрации преданности идеалам Майдана многие из них делали заявления, после которых на родине их как минимум будут считать ненадежными и неприятными людьми.
«Украинская правда» излагает судьбу некоего Юрия Грузинова, «горячего сторонника Майдана». Который, как он сам сообщает, «проходил кордон "Беркута", показывая свой российский паспорт, со словами: "Пацаны, я свой!"» Российский паспорт он также предъявлял и тогда, когда шел «в Мариинский парк в разведку». Учитывая то, что многие экс-сотрудники украинского «Беркута» теперь несут службу в Крыму и других регионах РФ, шанс повстречать обманутого им сотрудника у Грузинова есть.
Известного «защитника Химкинского леса» Павла Шехтмана в Киеве аналогично считают опасным хулиганом и тоже не спешат легализовать. Хотя Шехтман полагал, что пылкого осуждения России будет достаточно для решения всех вопросов.
«Разумное государство, находящееся в состоянии войны, дает убежище тем беженцам, которые осуждают режим врага. Более того, помогает им организовать работу против противника», — возмущён Шехтман.
Все дальше на Запад
Украина переполнена различными журналистами, политологами, экспертами, аналитиками, активистами и даже экс-президентами бывших республик СССР и становится постоянным пристанищем для самых невостребованных российских оппозиционеров. Остальные предпочитают двигаться дальше, на Запад. Владелица бизнеса по торговле одеждой Екатерина Мальдон, переехав на Украину после митингов в ее поддержку, в конце концов оказалась в Германии.
Раньше всех, в 2012 году РФ покинули, опасаясь ареста по «болотному делу», активист «Другой России» Алексей Девяткин и его супруга-журналистка Дженни Курпен. Пожив на Украине год и предсказуемо получив отказ в предоставлении убежища, они отправились в Финляндию, где добились статуса беженцев.
Это дома поступки оппозиционеров считались верхом внесистемности и радикализма, способствуя получению грантов от спонсоров. На Украине, в условиях «конкуренции» с парламентариями, могущими ударить ногой в голову генерала СБУ в ходе брифинга, или с экс-президентом Грузии Саакашвили, перебрасывающимся стаканами с министром внутренних дел, беглецы недотягивали даже до уровня среднестатистического обывателя. К тому же все чаще им приходится сталкиваться с тем, что хоть и «против Путина», но они остаются представителями России, что затрудняет диалог с той средой, в которую они так стремились.
Хотя, конечно, они никогда не признают, что на территории современной Украины могут иметь место какие-то ущемления по национальному признаку.