Борислав Струлёв: сыграю Баха для шахтёров на глубине 350 метров

С 27 февраля по 7 марта в Белгороде пройдёт пятый, юбилейный фестиваль Belgorodmusicfest «Борислав Струлёв и друзья», который ежегодно собирает на своей сцене весь цвет классической и джазовой музыки. Движущая сила фестиваля, вдохновитель и автор музыкальной концепции — Борислав Струлёв — один из первых музыкантов, начавших исполнять джаз на виолончели. АиФ.ru встретился с Бориславом, который живёт и работает между Нью-Йорком и Москвой, также номинирован на премию «Человек года русскоязычной Америки».

АиФ.ru: Борислав, вы выросли в музыкальной семье. Вы понимали с раннего детства, что ваш путь — это музыка, или хотели посвятить себя другому?

Борислав Струлёв: Да, я родился в семье музыкантов, и с самых ранних лет мой путь был определён, конечно же, я должен был продолжить семейные традиции. Мой дедушка был другом Соловьёва-Седого и часто выступал вместе с ним, также он исполнял премьеру оперы Прокофьева «Война и мир». В нашем доме постоянно толпились студенты-музыканты, и царила атмосфера мини-консерватории. Бабушка была концертмейстером и играла с моим дедом, а в Киеве ей удалось поиграть в четыре руки с королём пианистов Владимиром Горовицом. Отец с первых дней пел в хоре Минина. А мать была моим концертмейстером и, как говорят в спорте, тренером с первых музыкальных шагов. С ней мы объездили полмира, и когда я играю с ней — это полное взаимопонимание и настоящее чудо! Ещё у меня есть мечта записать что-то вместе с моим легендарным дядей — Олегом Анофриевым, голос которого звучит в «Бременских музыкантах».

— Говорят, у вас есть бриллиантовая виолончель? Звук у неё особенный?

— Вы знаете, иногда для больших сцен или тв-шоу я предпочитаю электровиолончель, но поскольку она не имеет обечаек и выглядит пустовато, я придумал своё ноу-хау. В зависимости от программы, я играю с разными «вставками», и да, один вариант я называю «cello diamonds»! То есть это как бы «одежда» для электровиолончели из бриллиантов. У Майкла Джексона была сияющая белая перчатка, а у меня сияет виолончель.

— Можно ли понять с раннего детства, что человек талантлив и его ждёт успех?

— Талант проявляется с самых ранних лет, это действительно так. Главное, заметить его и развить. А вот успех — дело очень странное и непредсказуемое... Успех успеху рознь. В мировой истории достаточно полярных примеров. От печальной кончины Моцарта до мега успешных композиторов при жизни. И порой думаешь, что важнее? Оставить яркий след, подобный комете, и быстро сгореть, но при этом потрясти человечество на века или вписаться в обыденный круговорот и долго, счастливо заниматься любимым делом? А после твоего ухода всё твоё искусство незаметно уйдёт за тобой, и никто даже не вспомнит.

— Есть какие-то яркие школьные воспоминания? Какие у вас были отношения с учителями?

— Я очень благодарен всем своим учителям, которые терпеливо и мудро пытались держать меня в своих «суровых» руках. Было много всяких забавных и в то же время знаковых моментов. К примеру, они часто делали мне замечание: «Только не делай мне тут «Шафрана»! Имелся в виду слишком яркий переход или вибрато, свойственные виолончелисту Даниилу Шафрану. Прошло много лет, имена многих успешных музыкантов канули в лету, а Даниила Шафрана и по сей день слушаешь и знаешь, да, это артист, да, это уникум!

— Вы бывали во многих уголках мира, играли в разных концертных залах и не только. Есть ли место, которое произвело на вас неизгладимое впечатление?

— Ну конечно, для каждого музыканта есть свои «знаковые» сцены, на которые до тебя выходили «боги и цари»! Это и Большой зал Консерватории, и Большой театр, и Карнеги-холл и Музикферайн. Выступая на таких площадках, ты чувствуешь ауру и харизму тех великих музыкантов, которые выступали здесь, это окрыляет! Ещё одной особенной площадкой для меня станет шахта на глубине 350 метров в городе Губкине, куда я спущусь 3 марта, чтобы сыграть виолончельные сюиты Баха для шахтёров. Это будет для меня уникальным музыкальным опытом и глубоким переживанием.

— Вы создавали музыку для фильмов, расскажите, в чём особенность работы над музыкальным настроением картины?

— Я обожаю процесс создания музыки для кино! Ты сидишь в наушниках, перед твоим взором пробегают кадры из фильма, и тебе надо записать живую импровизацию — это просто невероятно! Композитор задаёт тебе тональность, ритм, динамику, а дальше ты уже сам себе Спилберг, и тебе надо додумать и создать саундтрек... Мне посчастливилось работать с Люком Бессоном, я участвовал в создании саундтрека к его фильму «Турбулентность», это был уникальный опыт.

— Вас по праву можно считать человеком мира. Расскажите о различиях публики в разных странах?

— Вы знаете, мне кажется, что самое главное — артисту не терять себя и делать то, к чему стремится душа, то, ради чего ты рождён. А публика, если увидит и почувствует, что это по-настоящему, потянется к тебе всем сердцем, пойдёт за тобой, где бы это ни было!

— Были какие-то забавные случаи в гастрольной практике?

— Конечно! К примеру, был забавный случай с моим сольным концертом на севере Китая. Выхожу на сцену играть Рахманинова, а там полный зал — родители и китайские детишки. Шумно, разговоры, видно, я первый виолончелист, которого они видели в своей жизни, но надо играть. С собой у меня была фотография, где я стою во фраке вместе с пандой. Недолго думая, я поставил на экран это фото и сказал: «Этот панда сказал мне по секрету, что дети в Китае очень любят виолончель и классическую музыку». После того как залу перевели это, воцарилась идеальная тишина. «Можно играть, ура!» — подумал я.

— Вы проводите фестиваль в Белгороде. Когда вы приступаете к работе над ним, у вас в голове уже есть определённая концепция или же это импровизация?

— Когда я задумываю очередной фестиваль, я всегда стремлюсь представить максимальное количество жанров и показать моих гениальных друзей-музыкантов из разных стран мира. В программе Belgorodmusicfest всегда есть великая классика, джаз, опера, балет, кроссовер и многое другое. Иногда бывает так, что мне хочется пригласить того или иного артиста на свой фестиваль, но они уже заняты в это время. В таких случаях я не отказываюсь от идей, а просто зову их в следующем сезоне.

— Кто в этом году выступит на фестивале?

— Для юбилейного фестиваля я постарался особенно! Зрителей ждёт весь цвет мировой культуры, насколько это возможно в рамках нескольких дней. На сцену белгородского фестиваля выйдут: солист Мариинского театра и Метрополитен-опера, лауреат премии «Грэмми», обладатель звания «Лучший бас мира» — Ильдар Абдразаков; легендарный скрипач, педагог и композитор — Альберт Марков; блистательный скрипач — «живой Паганини» из США — Александр Марков; аккордеонист-виртуоз из Венгрии — Орос Золтан; лауреат первых премий на Международном конкурсе пианистов Joanna Hodges и Международного конкурса пианистов William Kapell — Тиан Джиан (Китай); обладатель первой премии на Международном конкурсе дирижёров имени Георга Шолти во Франкфурте — Хосе Луис Гомез (Испания); протеже легендарного Дэйва Брубека, лицо компании Sony, известный пианист — Eldar (США); артисты звукозаписывающей компании Deutsche Grammophon, ансамбль «Янушка» (Австрия) с завораживающим звучанием и многие другие.

— Кто помогает вам делать фестиваль?

— Прежде всего, я хотел бы выразить благодарность Евгению Степановичу Савченко — губернатору Белгородской области, он всегда старается присутствовать на наших концертах начиная с самого первого года проведения фестиваля. Большое человеческое спасибо Митрополиту Старооскольскому и Белгородскому Иоанну за благословение и за его музыку, которую я часто исполняю. Ну и конечно же, спасибо Фонду поддержки классической музыки в Белгороде. А ещё я хотел бы выразить благодарность всем артистам, которые выходили на сцену моего фестиваля, и зрителям, которые каждый раз оказывают такой горячий приём. Ради этого всё и делается.