США и Россия не должны действовать бездумно
Поводом для этого общего замечания стали заявления администрации Обамы и задуманные ею политические шаги. К первым относятся утверждения, высказывавшиеся министром обороны США Эштоном Картером в ряде случаев в феврале 2016 года о том, что Россия из-за своих агрессивных действий является главнейшей угрозой безопасности США, и что планы США противодействовать этому являются сигналом, направленным на сдерживание России от любой дальнейшей агрессии.
Первого февраля 2016 года администрация Обамы объявила о существенном изменении политики, согласно которому в бюджете на 2017 финансовый год в своей заявке она значительно увеличит суммы, предназначенные на военные расходы в Центральной и Восточной Европе — с 789 миллионов долларов до 3,4 миллиарда долларов. В результате США разместят на этих территориях военную технику, и в регионе на ротационной основе будет дислоцирована готовая к бою бронетанковая бригада. Это будет означать расширение военного присутствия сил США на территории стран-союзниц по НАТО, готовых ответить на агрессию России.
Эта политика США идет в ногу с декларацией, принятой 5 сентября 2014 года на саммите НАТО в Уэльсе, в которой была выражена озабоченность в связи с «агрессивными действиями России на Украине, которые в корне изменили наше представление о Европе, как о единой, свободной и мирной».
НАТО была создана для защиты Европы от сталинского Советского Союза, но с тех пор, как в 1991 году «империя зла» исчезла, альянс, по сути, реальной функции не выполняет. Мировая общественность по праву осуждает Россию за аннексию Крыма в 2014 году и за поддержку пророссийских сепаратистов на востоке Украины. Нет оправдания и бомбовым ударам, которые нанесла Россия 15 февраля по больницам и школам в различных районах Сирии, контролируемых силами повстанцев — ударам, в результате которых погибло не менее 20 человек, а многие были ранены.
Однако какими бы отвратительными ни были действия России, они сами по себе не представляют угрозы для Западной Европы, не говоря уже о США. Таким же образом патрулирование российских подводных лодок или военные маневры у западных границ России не свидетельствуют о возможном начале третьей мировой войны.
Для американской политики имеют значение три фактора. Первый состоит в том, что, несмотря на политические разногласия между Россией и США по Сирии и по другим вопросам, вероятность того, что между странами возникнет прямая военная конфронтация, исключена. Столь же невероятен и конфликт со странами НАТО, хотя по вполне понятным причинам Румыния, Польша и страны Балтии опасаются страны, которая вторгалась в Грузию, фактически аннексировала Абхазию и Южную Осетию, а также нарушала воздушное пространство НАТО.
Второй фактор, о котором обычно забывают или на который не обращают внимания — это Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией Североатлантического договора и Российской Федерацией от 27 мая 1997 года, подписанный президентом России Борисом Ельциным, президентом США Биллом Клинтоном и лидерами 15 других стран НАТО. Согласно этому документу, две стороны не считают себя противниками и намерены наполнить конкретным содержанием общее обязательство по созданию стабильной, мирной и неделимой Европы. Стороны согласились не размещать многочисленные контингенты войск вдоль границ России со странами НАТО.
Третьим фактором является то, что многие страны НАТО вряд ли будут участвовать или же вообще не способны участвовать в каких-либо серьезных операциях. В качестве условия предполагается, что страны НАТО будут отчислять на оборонные нужды 2% от своих ВВП, но в 2015 году это сделали только пять стран (США, выделившие 3,6%, Великобритания, Польша, Греция и Эстония).
Теперь уже совершенно ясно, что президент Владимир Путин не только является умелым политиком, который консолидировал свою авторитарную власть в России, использую различные методы — в том числе путем подавления критики. Его главная цель состоит в том, чтобы сделать Россию крупным игроком на политической сцене на Ближнем Востоке, а также на международной политической арене в целом. Москва хочет сидеть за одним столом с Вашингтоном на равных — и по возможности один на один.
Путину удалось довести до сведения мировой общественности как минимум две вещи. Одна из них, актуальная на сегодняшний день — это необходимость признать, что действия России в Крыму и в других регионах Украины необратимы и отмене не подлежат.
Второе, что должен учесть Запад — это то, что такие важные вопросы, как уничтожение ИГИЛ, урегулирование гражданской войны в Сирии, будущее сирийского президента Башара Асада, регулирование невиданных многомиллионных миграционных потоков с Ближнего Востока или улаживание отношений с Турцией, которая 24 ноября 2015 года сбила российский военный самолет, не могут решаться без участия России. Британский министр обороны Филип Хэммонд заявил: «В мире есть только один человек, который может положить конец этой гражданской войне в Сирии одним телефонным звонком — это господин Путин».
Проблемой для политики США и гармоничных отношений является то, как правильно реагировать на растущую роль России. С одной стороны, Россия проявляет свою значительную силу разными неприемлемыми способами. Она продает Ирану (помимо ядерных реакторов) свои зенитно-ракетные комплексы С-300 и другие виды современных вооружений, осуществляет поставки оружия в Египет, оказывает военную поддержку режиму сирийского президента Асада, находится в дружеских отношениях с террористической организацией «Хезболла», а также создает Евразийский экономический союз, бросая вызов европейским экономическим организациям.
С другой стороны, Россия во многих отношениях играла и положительную роль. Она участвовала в договорах о контроле над вооружениями и договоре о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1); взаимодействовала с США в ликвидации запасов химического оружия Асада; взаимодействовала с США против Талибана в Афганистане, планировала или вела речь об авиаударах по позициям ИГИЛ, а также на встрече Международной группы поддержки Сирии, проходившей в Мюнхене 11-12 февраля 2016 года, согласилась на частичное прекращение боевых действий в этой гражданской войне.
При всем желании ограничить влияние России на Ближнем Востоке было бы слишком утверждать или считать, что она непременно является врагом. У США должны быть другие приоритеты. Администрация Обамы должна признать Россию как принципиально важного игрока в решении по-настоящему первоочередных задач: разгром и уничтожение ИГИЛ, борьба с исламским терроризмом, политическое урегулирование и стабилизация обстановки в Сирии независимо от разногласий в отношении судьбы Асада, а также практическое и надежное решение ошеломительного миграционного кризиса, разразившийся в Европе.
Американские и западные лидеры, формируя свою политику в отношении России, должны учитывать исторический опыт. Никто не одобрит современный вариант Крымской войны 1853-1856 годов, в которой Россию выставили в качестве противника Великобритании, Франции и Османской империи.
Прежде всего, следует помнить события, приведшие к началу Первой мировой войны, и они не должны повториться. США и Россия не должны пребывать в сомнамбулическом состоянии и действовать бездумно подобно европейским странам накануне войны 1914 года. Историки до сих пор спорят о причинах войны и о том, какая страна и какие политические в этом виновны — если таковые вообще имеются. Но все это служит предостережением. Неверные приоритеты во внешней политике в непростой международной обстановке, нежелание признавать изменившуюся расстановку сил, а также неумеренная или агрессивная реакция на расхождение во взглядах не должны привести к катастрофической развязке.
Эта политика США идет в ногу с декларацией, принятой 5 сентября 2014 года на саммите НАТО в Уэльсе, в которой была выражена озабоченность в связи с «агрессивными действиями России на Украине, которые в корне изменили наше представление о Европе, как о единой, свободной и мирной».
НАТО была создана для защиты Европы от сталинского Советского Союза, но с тех пор, как в 1991 году «империя зла» исчезла, альянс, по сути, реальной функции не выполняет. Мировая общественность по праву осуждает Россию за аннексию Крыма в 2014 году и за поддержку пророссийских сепаратистов на востоке Украины. Нет оправдания и бомбовым ударам, которые нанесла Россия 15 февраля по больницам и школам в различных районах Сирии, контролируемых силами повстанцев — ударам, в результате которых погибло не менее 20 человек, а многие были ранены.
Однако какими бы отвратительными ни были действия России, они сами по себе не представляют угрозы для Западной Европы, не говоря уже о США. Таким же образом патрулирование российских подводных лодок или военные маневры у западных границ России не свидетельствуют о возможном начале третьей мировой войны.
Для американской политики имеют значение три фактора. Первый состоит в том, что, несмотря на политические разногласия между Россией и США по Сирии и по другим вопросам, вероятность того, что между странами возникнет прямая военная конфронтация, исключена. Столь же невероятен и конфликт со странами НАТО, хотя по вполне понятным причинам Румыния, Польша и страны Балтии опасаются страны, которая вторгалась в Грузию, фактически аннексировала Абхазию и Южную Осетию, а также нарушала воздушное пространство НАТО.
Второй фактор, о котором обычно забывают или на который не обращают внимания — это Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией Североатлантического договора и Российской Федерацией от 27 мая 1997 года, подписанный президентом России Борисом Ельциным, президентом США Биллом Клинтоном и лидерами 15 других стран НАТО. Согласно этому документу, две стороны не считают себя противниками и намерены наполнить конкретным содержанием общее обязательство по созданию стабильной, мирной и неделимой Европы. Стороны согласились не размещать многочисленные контингенты войск вдоль границ России со странами НАТО.
Третьим фактором является то, что многие страны НАТО вряд ли будут участвовать или же вообще не способны участвовать в каких-либо серьезных операциях. В качестве условия предполагается, что страны НАТО будут отчислять на оборонные нужды 2% от своих ВВП, но в 2015 году это сделали только пять стран (США, выделившие 3,6%, Великобритания, Польша, Греция и Эстония).
Теперь уже совершенно ясно, что президент Владимир Путин не только является умелым политиком, который консолидировал свою авторитарную власть в России, использую различные методы — в том числе путем подавления критики. Его главная цель состоит в том, чтобы сделать Россию крупным игроком на политической сцене на Ближнем Востоке, а также на международной политической арене в целом. Москва хочет сидеть за одним столом с Вашингтоном на равных — и по возможности один на один.
Путину удалось довести до сведения мировой общественности как минимум две вещи. Одна из них, актуальная на сегодняшний день — это необходимость признать, что действия России в Крыму и в других регионах Украины необратимы и отмене не подлежат.
Второе, что должен учесть Запад — это то, что такие важные вопросы, как уничтожение ИГИЛ, урегулирование гражданской войны в Сирии, будущее сирийского президента Башара Асада, регулирование невиданных многомиллионных миграционных потоков с Ближнего Востока или улаживание отношений с Турцией, которая 24 ноября 2015 года сбила российский военный самолет, не могут решаться без участия России. Британский министр обороны Филип Хэммонд заявил: «В мире есть только один человек, который может положить конец этой гражданской войне в Сирии одним телефонным звонком — это господин Путин».
Проблемой для политики США и гармоничных отношений является то, как правильно реагировать на растущую роль России. С одной стороны, Россия проявляет свою значительную силу разными неприемлемыми способами. Она продает Ирану (помимо ядерных реакторов) свои зенитно-ракетные комплексы С-300 и другие виды современных вооружений, осуществляет поставки оружия в Египет, оказывает военную поддержку режиму сирийского президента Асада, находится в дружеских отношениях с террористической организацией «Хезболла», а также создает Евразийский экономический союз, бросая вызов европейским экономическим организациям.
С другой стороны, Россия во многих отношениях играла и положительную роль. Она участвовала в договорах о контроле над вооружениями и договоре о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1); взаимодействовала с США в ликвидации запасов химического оружия Асада; взаимодействовала с США против Талибана в Афганистане, планировала или вела речь об авиаударах по позициям ИГИЛ, а также на встрече Международной группы поддержки Сирии, проходившей в Мюнхене 11-12 февраля 2016 года, согласилась на частичное прекращение боевых действий в этой гражданской войне.
При всем желании ограничить влияние России на Ближнем Востоке было бы слишком утверждать или считать, что она непременно является врагом. У США должны быть другие приоритеты. Администрация Обамы должна признать Россию как принципиально важного игрока в решении по-настоящему первоочередных задач: разгром и уничтожение ИГИЛ, борьба с исламским терроризмом, политическое урегулирование и стабилизация обстановки в Сирии независимо от разногласий в отношении судьбы Асада, а также практическое и надежное решение ошеломительного миграционного кризиса, разразившийся в Европе.
Американские и западные лидеры, формируя свою политику в отношении России, должны учитывать исторический опыт. Никто не одобрит современный вариант Крымской войны 1853-1856 годов, в которой Россию выставили в качестве противника Великобритании, Франции и Османской империи.
Прежде всего, следует помнить события, приведшие к началу Первой мировой войны, и они не должны повториться. США и Россия не должны пребывать в сомнамбулическом состоянии и действовать бездумно подобно европейским странам накануне войны 1914 года. Историки до сих пор спорят о причинах войны и о том, какая страна и какие политические в этом виновны — если таковые вообще имеются. Но все это служит предостережением. Неверные приоритеты во внешней политике в непростой международной обстановке, нежелание признавать изменившуюся расстановку сил, а также неумеренная или агрессивная реакция на расхождение во взглядах не должны привести к катастрофической развязке.
Майкл Кертис (Michael Curtis)
Фото: AP Photo, Carolyn Kaster