Украинские националисты - за Микророссию

Наш колумнист — известный историк и публицист попытался понять — откуда у нынешнего Киева страстное желание называть себя Россией. А Россию — Московией Верховная Рада Украины всерьез рассматривает законопроект о переименовании Россию в «Московию». А тех, кто впредь на Украине назовет Россию «Россией» предложено штрафовать. Ну а следующим шагом, видимо, будет попытка переименовать уже Украину в «Россию»... Эти потуги - плод все той же фантастической больной картины мира в которой «древние укры» выкапывают Черное море, истый славянин казак Мамай борется с удмурто-монголом Иваном, а легионы Бандеры освобождают Европу от Сталина и Гитлера. Иными словами, плод воинствующего невежества. Раскорячившись между двумя непримиримыми концепциями: «Украина и есть та самая Древняя Русь» и «Украина - не Россия», незалежные депутаты пытаются отобрать имя у нашей страны. Доказать, что Россия это не Русь – невозможно. Еще в далеком 1347 году византийский император Иоанн Кантакузин именовал Московского князя Симеона Гордого, сына Ивана Калиты, «мегас рикс пасис Росиас». То есть даже не князем, а «королем всей России». Примерно в то же время византийцы именовали князей Галицкой Руси, на преемство с которой претендует Украина, владыками «Микророссии». Название Московского государства «Великой Россией» идет непрерывно с момента его зарождения, а вот про галичанскую Микророссию скоро вовсе забыли. В облагороженном виде слова «Малая Русь» воскресли в конце XVI века, когда борец против церковной агрессии католиков - унии Иоанн Вишенский противопоставил «Великую Русь», где крепко стоит православие, и «Малую Русь», где истинная вера страдает и преследуется. Это слово взял на вооружение Богдан Хмельницкий и так «Черкасия» и польская Окраина («украина») превратилась в Малую Русь или Малороссию. Но Великой Россией всегда считалась Москва и никак иначе. Титул «великого князя всея Руси» подразумевал права московских государей на русские земли, находившиеся под властью Великого Княжества Литовского и Польши, и уже Иван III начал за них войну. Воссоединение в 1514 году Смоленска, взятого войсками Василия III, стало громким общеевропейским событием, вызвавшим резонанс, сходный с резонансом возвращения 500 лет спустя Крыма. Польско-Литовское государство начало против России настоящую пропагандистскую войну, пытаясь убедить Европу в том, что Москва не имеет никакого права называться «Русью». В 1517 году в Кракове вышел «Трактат о двух Сарматиях» Матвея Меховского, в котором последовательно проведена идея, что «Руссия» — это Галиция со столицей во Львове, находящаяся под властью польского короля. Наряду с нею в Европейской Сарматии расположены «Литва», к которой Меховский отнес Новгород, Псков и Смоленск, и «Московия». Но выдержать последовательно линию «Московия это не Руссия» не удалось даже Меховскому: «В Московии одна речь и один язык, именно русский или славянский, во всех княжествах. Так, даже вогулы и жители Вятки — русские и говорят по-русски» Тогдашние правила европейской политкорректности были не слабее нынешних. И всем западным авторам начали навязывать слово «Московия» практически принудительно. Его ставили даже в названиях тех книг, где внутри употреблялось только слово «Россия». Самым авторитетным трактатом по внутреннему устройству России было сочинение дипломата Священной Римской Империи барона Сигизмунда Герберштейна. Неоднократно бывавший в России и ведший переговоры лично с Василием III Герберштейн тоже пошел на уступку польской пропаганде и опубликовал своё сочинение под заглавием: «Записки о Московии Сигизмунда вольного барона в Герберштейне. Весьма краткое описание Руссии и Московии, которая ныне состоит ее столицей…» Как видим, уступка Герберштейна схеме Меховского зашла недалеко — он немедленно сделал оговорку, что Московия это столица Руссии. Окончательно с мифом о «Московии» покончил находившийся несколько лет на русской службе капитан-наемник Жак Маржерет, издавший в Париже в 1607 году «Состояние Российской Империи и Великого Герцогства Московского» — свои записки о начале смутного времени: «Ошибочно называть их московитами, а не русскими, как делаем не только мы, живущие в отдалении, но и более близкие их соседи. Сами они, когда их спрашивают, какой они нации, отвечают: Russac, т. е. русские, а если их спрашивают, откуда, они отвечают: is Moscova — из Москвы, Вологды, Рязани или других городов… Московитами могут называться жители всего лишь одного города». Так что даже в Европе польская пропагандистская байка про «московитов», которые не русские, в конечном счете не прокатила. В России же говорилось о России, Российском Царстве, и Московском государстве. «Московией» наши предки свою страну никогда и не называли. Если украинские депутаты непременно хотят переименоваться, то могу дать им подсказку. Славного имени «Малороссия» то, что создал Майдан, явно не заслужило. Пусть диктатура русофобского галицийского национализма возьмет свое исходное имя: «Микророссия». И так и пишут на картах.