В России впервые применили персонализированную вакцину от рака: что это значит
В России впервые ввели персонализированную мРНК-вакцину от меланомы первому пациенту. Об этом сообщили в пресс-службе Минздрава.
Как уточнили в ведомстве, в НМИЦ радиологии впервые в реальной клинической практике использовали персонализированную противоопухолевую мРНК-вакцину «Неоонковак». Этот препарат был создан специалистами центра имени Гамалеи и НМИЦ онкологии имени Блохина. Разрешение на его применение министерство выдало еще в начале декабря.
По словам научного руководителя центра Гамалеи Александра Гинцбурга, на доклиническом этапе, во время исследований на животных, отечественная разработка показала очень высокие результаты. Эффективность по исчезновению основного опухолевого очага, как утверждалось, достигала 100%, а по метастазам — 90%.
Что будет дальше
Новые методы лечения онкологических заболеваний планируют включить в программу государственных гарантий бесплатной медицинской помощи уже в 2026 году. Это означает, что пациенты с онкологией смогут получать такое лечение бесплатно по системе ОМС.
Речь идет не только о мРНК-вакцинах, но и о пептидном препарате «Онкопепт», а также о клеточной иммунотерапии с использованием генетически модифицированных компонентов.
В пояснительной записке к документу говорится, что перечень высокотехнологичной медицинской помощи будет дополнен новыми персонализированными методами лечения онкобольных.
В чем суть «Неоонковака»
Разработка создана на платформе матричной РНК специалистами НИЦЭМ имени Гамалеи совместно с НМИЦ онкологии имени Блохина и НМИЦ радиологии Минздрава России. Препарат будут изготавливать индивидуально под каждого пациента.
«Она будет использоваться у больных меланомой кожи в адъювантном режиме, то есть в комбинированной терапии в рамках созданного в нашем центре научного протокола. Решение о включении пациентов в научный протокол будет принимать врачебный консилиум», — заявил директор НМИЦ онкологии имени Блохина, академик РАН Иван Стилиди.
Такое же разрешение получил и НМИЦ радиологии имени Герцена.
Как работает персонализированная вакцина
Лечение начинается с биопсии. После этого в лаборатории проводится генетический анализ тканей, специалисты выявляют мутации и на их основе создают индивидуальную мРНК. Уже готовый препарат вводят пациенту, чтобы запустить иммунный ответ против опухоли и метастазов.
В НМИЦ радиологии пояснили, что вакцина создается с учетом индивидуального генетического профиля опухоли. Благодаря этому иммунную систему можно «обучить» распознавать и уничтожать именно опухолевые клетки.
На первом этапе препарат планируют применять у взрослых пациентов с неоперабельной или метастатической меланомой кожи в сочетании с иммунотерапией. Также не исключается использование вакцины после операции, чтобы снизить риск рецидива.
Почему начали именно с меланомы
Выбор меланомы для старта не случаен. Эксперты ранее объясняли, что клетки этого вида рака, особенно если заболевание вызвано воздействием ультрафиолета, содержат большое количество мутаций. Именно поэтому они считаются удобной мишенью для иммунотерапии.
Кроме того, у многих пациентов с распространенной формой меланомы развивается устойчивость к уже существующим способам лечения. В будущем эту же технологию рассчитывают использовать и при других онкологических заболеваниях, в том числе при раке легкого и почки.
Министр здравоохранения Михаил Мурашко говорил, что первые пациенты смогут получить вакцину уже в начале 2026 года.
Не профилактика, а лечение
Первый заместитель председателя комитета Госдумы по охране здоровья Леонид Огуль положительно оценил появление такой вакцины в системе ОМС.
«Это большой прорыв, как и все, что сегодня делается для помощи онкопациентам. Однако все технические вопросы, которые наверняка интересуют читателей, появятся в официальной информации от министерства здравоохранения», — сказал он в беседе с Москва 24.
Депутат также обратил внимание, что рост числа онкологических диагнозов связан в первую очередь не только с распространенностью болезни, но и с более ранним выявлением. По его словам, диспансеризация и скрининги позволяют обнаруживать рак на ранних стадиях, а значит, и шанс на излечение становится выше.
«Что касается статистики: онкология стала более распространена, но прежде всего за счет выявляемости ранних стадий. Диспансеризация и скрининги позволяют находить заболевание на первых этапах, а значит, процент излечимости растет. Сегодня рак — это не приговор», — подчеркнул Огуль.
У экспертов пока остаются вопросы
Онколог и гематолог Михаил Ласков отметил, что на сегодня данных об эффективности вакцины недостаточно, чтобы делать окончательные выводы.
«Пока о вакцине известно не больше, чем есть информации в пресс-релизах. В медицине стандартная практика — публикация данных по каждой фазе испытаний (первой, второй, третьей). Здесь же профессиональное сообщество пока не видело таких отчетов», — подчеркнул эксперт.
Специалист отдельно пояснил, что в привычном понимании вакцина — это средство профилактики, как прививка от гриппа или вируса папилломы человека. В онкологии же чаще говорят о лечебных вакцинах, которые используют уже после постановки диагноза.
«В привычном понимании вакцина — это профилактическая мера, как прививка от гриппа или ВПЧ, предотвращающая заболевание. В онкологии же чаще говорят о лечебных вариантах, которые применяются уже у пациентов с диагнозом. Но о том, насколько эффективна данная конкретная вакцина, пока нет достоверной информации», — отметил Ласков.
Почему тема вызывает такой интерес
Член Общественного совета по защите прав пациентов при Росздравнадзоре Алексей Старченко напомнил, что вакцины от рака разрабатываются не только в России, но и в других странах.
«Сам механизм привлекателен и заключается в введении антигена, на который организм вырабатывает антитела, способные атаковать опухоль. Однако сложность в том, что опухоли индивидуальны и постоянно меняются, поэтому подобрать универсальный антиген крайне трудно», — подчеркнул он.
По его словам, персонализированные противораковые вакцины создавались и раньше: у пациента брали образец опухоли, выделяли антиген, а затем разрабатывали индивидуальный препарат. Но препаратов для действительно широкого применения до сих пор не существовало.
Старченко считает, что российская разработка претендует на особый статус именно потому, что заявлена как более массовое и универсальное решение.
«Она направлена не против конкретной опухоли, а, судя по сообщениям, пытается решить задачу шире, что пока не удавалось никому. Если клинические исследования российской вакцины подтвердят ее эффективность, она, скорее всего, будет действовать не против всех видов рака, а против определенных. Ее включение в систему ОМС станет прогрессивным шагом и даст пациентам дополнительный шанс на выздоровление», — заявил он.
Что это значит для лечения рака в целом
Старченко также напомнил, что первая, вторая и третья стадии заболевания сегодня считаются потенциально излечимыми. По его словам, сочетание разных методов лечения и персонализированный подход дают пациентам реальный шанс.
«Первая, вторая и третья „А“ стадии сегодня считаются потенциально излечимыми. Комбинация методов и индивидуальный подход дают надежду каждому пациенту. При четвертой (метастатической) стадии, когда есть отдаленные метастазы, говорить о полном излечении сложно — процент крайне низок. Но здесь на помощь приходит таргетная терапия. Она воздействует на информационные механизмы внутри опухолевых клеток, блокируя их бесконечное деление», — пояснил эксперт.
Член Общественного совета добавил, что таргетные препараты стоят дорого, однако позволяют контролировать течение болезни, продлевая жизнь на годы и улучшая ее качество. По его словам, в России уже действует национальный проект, направленный на снижение одногодичной летальности — показателя смертности в течение первого года после выявления запущенной опухоли.
«Таргетная терапия помогает пациентам пережить этот рубеж, переводя их на второй, третий, четвертый годы жизни», — добавил он.
Почему по-прежнему важна ранняя диагностика
В качестве главного инструмента раннего выявления онкологии эксперт назвал диспансеризацию в системе ОМС. Она включает исследования, которые помогают заподозрить болезнь на ранней стадии. Среди них анализ кала на скрытую кровь, флюорография, обследование на ПСА для мужчин, а с недавнего времени — и тестирование на гепатит С как фактор риска гепатоцеллюлярной карциномы.
По словам Старченко, при малейших подозрениях человека направляют к онкологу. При этом самодиагностика тоже имеет значение, особенно если речь идет о раке молочной железы.
«При подозрениях пациент направляется к онкологу. Самодиагностика тоже важна, особенно для рака молочной железы. Женщинам необходимо регулярно проводить самостоятельное обследование и при обнаружении уплотнений сразу обращаться к врачу», — пояснил он.
Однако не каждую опухоль можно заметить самостоятельно. Именно поэтому регулярная диспансеризация и внимательное отношение к изменениям в организме остаются главным оружием против поздней диагностики.
Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере MAX.