В театре Камала показали «Ашик-Кериб» – ориенталистскую притчу-мюзикл о любви без слов
В театре имени Галиасгара Камала состоялась премьера спектакля «Ашик-Кериб» режиссера Сергея Землянского по мотивам сказки Михаила Лермонтова.
Подробно о сюжете сказки, работе в формате «wordless-спектакля» и том, как этот проект попал к нему, Сергей Землянский рассказал на обсуждении, которое прошло в театре Камала в феврале.
Если говорить кратко, «Ашик-Кериб» – это сказка о нищем музыканте из Тифлиса (Равиль Батыров / Ильсаф Назипов), который влюбляется в красавицу Магуль-Мегери (Лейсан Гатауллина / Айгуль Шакурова). Чтобы жениться на ней, ему нужны деньги, и он отправляется «на заработки». В долгих странствиях ашуг чуть не умирает, а потом и вовсе забывает про цель своего путешествия. К любимой его возвращает чудо.
О том, что спектакль Землянского опирается прежде всего на текст Лермонтова, а не дастана, эпоса или просто народной сказки, говорится в театральной брошюре и на афише театра. Действительно, здесь присутствуют, например, золотое блюдце, сестра поэта-ашуга и Хадерилиаз-покровитель (святой Георгий) – узнаваемые элементы произведения классика русской литературы. Но после просмотра становится ясно – это достаточно вольная интерпретация. Достаточно упомянуть хотя бы образ некой высшей силы, который воплотил на сцене Ильдар Хайруллин (на афише его роль подписана как «карт» /«старец»).
Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»
У сказки Лермонтова есть еще одна обработка – кинематографическая, созданная режиссерами Сергеем Параджановым и Давидом Абашидзе. В 1988 году они выпустили фильм «Ашик-Кериб», посвятив его уже умершему на тот момент Андрею Тарковскому (для Параджанова эта картина стала последней завершенной работой). Кино получилось невероятно поэтичным, а в фокусе истории была не пара влюбленных, а поэт-ашуг, который постиг искусство игры на саазе, спустился в преисподнюю, подобно Орфею, и вернулся домой. Можно предположить, что такое прочтение сказки было бы намного ближе самому Лермонтову, чем история счастливой любви в декорациях сказочного Востока.
Поэтому работу Землянского можно назвать самостоятельной театральной обработкой народного сюжета, который Лермонтов сделал более заметной частью мировой литературы.
«Я хотел сделать [спектакль] именно про любовь двух людей, которые переживают разные трудности», – рассказал корреспонденту «Татар-информа» Сергей Землянский.
Режиссер обратился к жанру притчи, и, как подобает притче, «Ашик-Кериб» Землянского – это замкнутая система образов. Замкнута она вплоть до того, что здесь нет лишних героев или событий: у Кериба только мать, у Магуль только отец – вместе они образуют дуэт родителей; на чувства Куршуд-бека к сестре ашуга тоже указывают в самом начале – чтобы не было недосказанности. В спектакле в целом нет ничего лишнего – всё работает, как слаженный механизм.
Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»
Любопытно, что режиссер на том же обсуждении говорил об отсутствии задачи передать «красоту религии», иначе, по его словам, он за спектакль бы даже не брался, но каждое появление «чуда» (от чуда рождения до спасения) – это отдельное событие. Браки заключаются на небесах, и «старец» освящает союз двух героев в своем белоснежном шатре в присутствии родителей.
Подготовка шла с конца января – около двух месяцев. По словам режиссера, спектакль создавался «путем этюдных вещей», то есть, видимо, сначала готовились отдельные номера и массовые сцены, которые потом «склеивались» в одно большое непрерывное повествование. Каждый отдельный подсюжет – это живой и изобретательный хореографический образ.
Сценография довольно минималистична. Помимо пышных, дорогих костюмов и обилия разнообразных тканей, все пространство обрисовывается через освещение и видеопроекции.
«Специфика спектаклей без слов диктует, что должен быть виден актер, должны быть видны руки, глаза, эмоции. Поэтому нельзя из загромождать, их нужно поддерживать», – объяснил корреспонденту «Татар-информа» художник-постановщик спектакля Максим Обрезков.
Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»
Недавно современное прочтение магии Востока (разумеется, с использованием фильтров, созданных в свое время Фрэнком Гербертом) подарил людям франкоканадский режиссер Дени Вильнев в своей «Дюне». Образы, музыка, атмосфера – удивительно, но всё это ощущается и здесь.
«Есть, есть. Интуитивно, может, кто-то вдохновлялся и приносил [в спектакль]. В целом, видимо, так и сложилось», – ответил Обрезков на вопрос корреспондента о влиянии образов «Дюны» на их постановку «Ашик-Кериба».
Весь «визуальный контент», который зритель видит в «Ашик-Керибе», был создан командой Землянского. Это были художник-постановщик Максим Обрезков, художник по свету Александр Сиваев, видеохудожник Ася Мухина.
«На самом деле от визуального и звукового сопровождения спектакля очень многое зависит. Это полноценные герои спектакля, через которых мы воспринимаем историю – так как у нас нет текста и слов, мы воспринимаем звук», – уверен Землянский.
Музыкальное сопровождение было создано специально для данного спектакля композитором Павлом Аникиным. Звучание, которым Аникин наделил этот мир, завораживает: ритмичное, современное и очень насыщенное. В отдельных сценах, например, когда ашуг поступает на службу к халафскому хану, звучит даже рэп на татарском языке, и это один из сильных моментов спектакля – поэт забывает себя, свою цель и свое призвание. У этой музыки есть свой характер.
Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»
«Спектакль получился очень медитативным. Наше время – гонки и постоянный бег, и часто мы не можем просто остановиться, вдохнуть и спокойно выдохнуть, сконцентрироваться на здесь и сейчас», – считает режиссер.
Это красивый и яркий спектакль, который к тому же быстро погружает в действие и не отпускает – медитативность, действительно, ощущается очень сильно. Здесь много впечатляющих моментов – например, то же появление святого Георгия. Еще очень умилительны дети в роли маленьких Ашик-Кериба и Магуль-Мегери.
Для подготовки к просмотру Землянский рекомендовал прочитать сказку Лермонтова, благо она занимает всего десять страниц, хотя, по мнению режиссера, не стоит увлекаться разбором смыслов. Но есть и текст либретто, которое написал Андрей Щеткин.
«Я думаю, нужно идти с открытым сердцем, а не пытаться разобраться или понять. Нужно наоборот – открыться и слушать, смотреть и впитывать эмоции, чувства и переживания, которые происходят на сцене», – уверен Землянский.
Увидеть притчу о любви красавицы и поэта можно будет в эти выходные, а также 24 и 25 апреля в театре Камала.