Бензин на российских АЗС дорожает вдвое быстрее инфляции: при чем тут ближневосточный кризис
Бензин в России — вот ведь сюрприз!— опять подорожал: во вторник, 10 марта, биржевые котировки АИ-92 и премиального АИ-95 подскочили, соответственно, на 1,44% и 1,45%, до 62 тысяч и 66 тысяч рублей за тонну. С учетом того, что одновременно на мировом рынке нефти наблюдается совершенно невероятное по интенсивности ценовое ралли, возникает вопрос: а есть ли (и насколько велика) взаимосвязь между двумя процессами — внутрироссийским и планетарным? Фото: Наталия Губернаторова тестовый баннер под заглавное изображение
Схожую динамику продемонстрировало летнее и межсезонное дизельное топливо. Первый вид прибавил в стоимости 1,96% (до 60,5 тысяч рублей за тонну), второй — 1% (до 60,6 тысяч). Между тем, как уверяют представители Федеральной антимонопольной службы (ФАС), рост котировок вполне укладывается в параметры инфляции. В этой связи стоит напомнить, что в период с 1 января по 10 февраля текущего года оптовая цена АИ-92 увеличилась на 7,3% — с 54 тысяч до 58 тысяч рублей за тонну. А за прошлый год — на 10,64%, то есть, заметно выше уровня официальной инфляции, составившей 5,59%.
Факторы, которые сегодня разгоняют цены, очевидны. Прежде всего, это повышение с нового года НДС с 20% до 22%, это индексация акцизов на бензин и дизель на 5,1%, это сохраняющиеся производственные проблемы на НПЗ из-за атак беспилотников. Но можно ли в этот ряд добавить бурный рост мировых цен на нефть и нефтепродукты, спровоцированный текущей ситуацией на Ближнем Востоке, прекращением судоходства в Ормузском проливе?
«Биржевой скачок в РФ 10 марта непосредственно связан с событиями в регионе Персидского залива, — говорит глава сети дилерских центров «Альянс тракс» Алексей Иванов. — Напомню контекст: с конца февраля мировые цены на нефть прошли путь от примерно $70 до пиковых $118–119 за баррель Brent 9 марта. Российский Urals в отдельные моменты поднимался до $103 и впервые за долгое время торговался с премией к эталону. Основная причина — блокада Ормузского пролива, через который проходит около 20% мирового морского экспорта нефти. Россия — экспортер энергоносителей, поэтому глобальная конъюнктура автоматически давит на внутренний оптовый рынок: нефтяникам становится выгоднее продавать за рубеж, чем внутри страны. Именно эта логика и разогнала у нас биржевые котировки бензина».
Однако от биржи до автозаправки — неблизкий путь. В отличие от Европы или США, для России не характерна прямая трансляция нефтяных котировок в стоимость бензина для конечного потребителя. Главные внутренние факторы роста розничных цен сейчас другие: повышение акцизов, НДС, высокая ключевая ставка, увеличение зарплатного фонда на НПЗ — словом, общий инфляционный фон. Ключевым буфером между мировым рынком и российской АЗС выступает демпферный механизм. Схема простая, напоминает собеседник «365NEWS»: когда экспортные цены выгоднее внутренних, государство компенсирует нефтяникам часть разницы, чтобы топливо не уходило целиком на экспорт.
Действующий президентский указ закрепил мораторий на обнуление этих выплат до мая 2026 года — то есть, компании получают субсидию даже при высоком биржевом разогреве. Чем выше цены на внешних рынках, тем больше демпферные выплаты, и тем меньше у нефтяников стимула поднимать ценник для отечественного покупателя. Если этого окажется недостаточно, у правительства есть и более жесткий инструмент — запрет на экспорт бензина, который уже применялся в 2023–2024 годах. Пока до этого далеко, но инструмент наготове, резюмирует Иванов. Биржевой рост — это сигнал рынка, а не приговор для розницы.
«Происходящее сегодня на торгах в России — это прямое эхо событий вокруг Ирана, в частности, удара по нефтеперерабатывающим объектам в Тегеране, — рассуждает глава финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев. — Причем нынешние 62 тысячи рублей за тонну АИ-92 отнюдь не рекорд: еще в октябре 2025 года этот самый востребованный автовладельцами сорт торговался выше 71 тысячи рублей за тонну. Ключевой вопрос в том, насколько ближневосточный шок вообще способен раскачать внутренний рынок. Прямой связи между мировой нефтяной ценой и ценником на наших АЗС нет. Действует демпферный механизм: государство компенсирует нефтяникам разницу между экспортным паритетом и внутренней индикативной ценой (в 2026 году по АИ-92 она установлена в Налоговом кодексе на уровне 62 300 рублей за тонну).
Если нефть дорожает, то растут и демпферные выплаты, гасящие стимул гнать бензин за рубеж. Есть и второй предохранитель: запрет на экспорт, действующий с середины 2025 года и продленный до марта 2026-го. Если цены в РФ начнут разгоняться, правительство, вероятно, снова прибегнет к этой мере, физически отрезав отечественный рынок от внешних».
Розничная стоимость бензина в России за последние 12 месяцев уже выросла на 11,6% — с 58,71 до 65,63 рубля за литр, по данным Росстата на конец января 2026 года. Это вдвое быстрее официальной инфляции. Причины вовсе не в Иране — они чисто внутренние, отмечает Астафьев: индексация акцизов, новая ставка НДС, незапланированные ремонты на НПЗ. Именно это давление формировало цену на АЗС весь прошлый год и продолжит формировать в этом. На умеренном росте нефтяных котировок демпфер справится — он для того и создавался. Серьезный геополитический шок с устойчивой нефтью выше $120–130 — уже иная история, но пока об этом говорить преждевременно.