Бастрыкин захлопнул "кормушку" для элиты. Жёстко. "Это вопрос выживания России"

Реакция на инициативу главы СКР Александра Бастрыкина – введения полной конфискации имущества коррупционеров – высветила одно из глубинных противоречий современной России. Речь идёт о конфликте между элитными группами – бенефициарами приватизации и патриотически настроенным большинством общества. Политический обозреватель Царьграда Вадим Сипров – о том, как первые стремятся любой ценой гарантировать контроль над собственностью, а вторые отказываются признавать легитимность обладания тем, что нажито нечестно.

Начну с важной, на мой взгляд, оговорки. Кажется, все прекрасно поняли, что Александр Бастрыкин не имел в виду "мелкую рыбёшку" – рядовых взяточников. Речь шла об ужесточении наказания для тех, кто ворует миллиардами, для тех, чья преступная деятельность срывает исполнение национальных проектов и угрожает государственной безопасности. Бастрыкин предложил конфисковывать имущество у тех, кто прокалывается на одном-двух масштабных коррупционных эпизодах, отбывает сравнительно небольшой срок, а потом возвращается и пользуется всем, что было "нажито непосильным трудом" и до чего не дошли руки у правоохранителей.

Аргументы либеральных критиков деятельности главы СКР не отличаются концептуальной свежестью. Они апеллируют к опыту Китая, где даже расстрелы не искоренили коррупцию, и объявляют неэффективной советскую практику конфискации имущества.

Так, известный адвокат Михаил Барщевский заявляет, что эта мера не дала ничего, кроме нищеты для детей и жён коррупционеров. Ссылаются они и на статью 31 Конвенции ООН против коррупции, предписывающую изымать лишь доходы от преступной деятельности и имущество, использовавшееся при совершении преступлений. Но прежде всего критики указывают на статью 35 Конституции России, гарантирующую право частной собственности. По их логике, конфискация всего имущества может расцениваться как нарушение Основного закона.

Позиция критиков Бастрыкина до боли напоминает пламенный монолог проворовавшегося торгаша из кинофильма "Берегись автомобиля":

Этот тип замахнулся на самое святое, что у нас есть! На Конституцию! В ней записано: "Каждый человек имеет право на личную собственность. Оно охраняется законом".

Однако попробуем взглянуть на проблему шире и не будем превращать право, подобно ветхозаветным законникам, в набор незыблемых догм. В конце концов, право – это живой организм, который развивается под влиянием меняющихся обстоятельств и воли народа; альтернативы такому естественному развитию не существует. И разве не очевидно, что инициативы Бастрыкина полностью соответствуют курсу на суверенизацию страны? Не открою Америки, коррупционная рента – это основной источник материального благополучия компрадорских элит. Причём в любом государстве с ограниченным суверенитетом. Россия, увы, не стала исключением. Стоит напомнить: многие наши законы, включая Конституцию, писались в эпоху большой приватизации и под её задачи. Известно, что в работе над проектом Конституции 1993 года принимали активное участие западные консультанты. Неужели они стали бы создавать основы для формирования национально ориентированной элиты?

Не будем упускать из внимания и личные мотивы критиков. Для либерально настроенных юристов коррумпированные элитные группы, сформировавшиеся в 1990-е годы, –  самый "вкусный" с коммерческой точки зрения сегмент их целевой аудитории. А глава СКР предложил действенный механизм по подрыву материального благополучия этого слоя.

Александр Бастрыкин озвучил то, что думает подавляющее большинство наших граждан: всё, что было нажито незаконно и с использованием высокого положения в обществе, должно быть конфисковано государством и использовано на благо нашей страны. Его заявления прозвучали более чем своевременно: процесс восстановления суверенитета – это вопрос выживания России.

Внутриполитические события последних дней позволяют предположить, что такие сценарии просчитываются. Так, на заседании коллегии ФСБ Владимир Путин обозначил самые заметные риски для нашей государственности, и коррупция и срыв госпрограмм оказались на главных позициях.

Спустя три дня глава государства провёл оперативное совещание с постоянными членами Совбеза, посвящённое укреплению основ конституционного строя. Подробности не разглашаются, однако сам факт, что с основным докладом выступал один из самых последовательных государственников во власти – министр юстиции Константин Чуйченко, даёт основания прогнозировать скорые изменения в правовой сфере. Затем президент провёл рабочую встречу с руководителем Казначейства России Романом Артюхиным – речь шла о совершенствовании контроля за исполнением бюджета. И наконец, свои предложения озвучил Александр Бастрыкин, они вызвали форменный либеральный переполох.

Пока неясно, по какому пути пойдёт верховная власть: проведёт ли правовую реформу, сравнимую по масштабам с изменениями 2020 года, или сделает ставку на "новую опричнину" – "параллельный" управленческий контур для решения задач, с которыми не справляются старые элитные группы, но уже понятно, что кланы коррумпированных "прихватизаторов" лишат экономической базы.