«Я не готов уродовать музыку»: Слава КПСС, Мизулина и рэперы - о массовой цензуре песен в России

Один зацензурил 15 треков "на всякий случай", другой просто удалил песни из интернета. С площадок исчезли альбомы "Агаты Кристи", а Мизулина говорит, что она тут вообще ни при чем. Закон о запрете пропаганды веществ в музыке вступил в силу - и зацепил всех подряд.Что происходит в жизни артистов С 1 марта в России действует закон, запрещающий пропаганду меняющих сознание веществ в песнях. Причем под запрет попадают не только прямые упоминания "запрещенки", но и метафоры, намеки, ироничные формулировки и даже визуальные образы в клипах, если их можно трактовать как пропаганду. Стриминговые платформы начали массово чистить каталоги и требовать от артистов менять тексты, чтобы не попасть под ответственность. Реакции у всех исполнителей разные - от философского спокойствия до откровенной злости. Рэпер Lovv66, например, коротко написал в соцсетях, что его музыка уже заменена на цензурные версии, но слова фанаты и так знают: "Искусство никогда не было и не будет свободным". Его коллега Friendly Thug поблагодарил тех, кто успел послушать оригиналы, и пообещал бороться где получится. Исполнитель Aikko рассказал, что ему зацензурили около 15 треков, причем большую часть - просто на всякий случай, а не потому, что там реально что-то было: За что они так с музыкой-то бл***? В кино и сериалах они такие: "Мы покажем весь мрак, все в подробностях покажем, чтобы люди сами догадались, что им это не надо", а в музыке сейчас, чтобы вы понимали, любое упоминание, даже метафорическое, даже в негативном ключе - это статья. Рэпер Слава КПСС, который был в жюри шоу "Успех" вместе с Филиппом Киркоровым, заметил, что слова сами по себе не бывают плохими или хорошими - смысл только в контексте, а запрет слов он назвал абсурдом. Он добавил, что интернет пока на месте, и все можно найти за пару минут. В его юности для этого приходилось идти на рынок за кассетой. Блогер Plohoy Paren высказался жестче остальных. По его словам, слушать то, что сейчас осталось на площадках, невозможно: "Грустно, что все вот так. Уважаю своих слушателей из СНГ, но я просто не готов уродовать музыку, простите. Творчество должно жить такое, какое оно есть". "Агата Кристи" тоже попала Под раздачу попал не только рэп. С площадок также удалили альбомы "Агаты Кристи" - "Декаданс", "Ураган", где также обнаружили намеки на запрещенные вещества и расценили это как пропаганду. Ситуация настолько массовая, что комментариями с жалобами завалили даже соцсети главы Лиги безопасного интернета Екатерину Мизулину. Одна из слушательниц написала ей: "Екатерина Мизулина, что вообще происходит? Заблокировали больше половины моего плейлиста. Моих любимых исполнителей просто удаляют, я бы еще поняла, если бы песни были новые, но им больше 12 лет". Мизулина ответила, что Лига безопасного интернета к этому отношения не имеет, а вопросы надо задавать площадкам и лейблам. Что будет дальше? Вообще, это не какая-то уникальная ситуация для российской истории. Параллели напрашиваются сами собой, ведь еще при Николае I в России был настоящий "литературный фронт": с одной стороны писатели и журналисты, с другой - цензурные органы и политическая полиция. Поэтам тогда приходилось видоизменять свои произведения, придумывая различные иносказания, некоторые публиковались под псевдонимами или за границей, а кто-то распространял сочинения подпольно. Раньше были поэты, теперь рэперы. И уже видно, что современный рынок начинает перестраиваться. Исполнитель Kizaru, к примеру, удалил песни с российских площадок, но часть остается на зарубежных в оригинальном виде. Кто-то, скорее всего, будет намеренно усложнять тексты и прятать смыслы. По сути, именно так работала поэзия во все времена, когда цензура давила. Самые непримиримые, наверное, будут искать обходные пути распространения музыки такой, какой она была задумана изначально: может быть, даже физические носители - диски, флешки или прямые продажи на концертах. Примерно так все и работало в 90-х, до эпохи стримингов.