Внесистемное возвращение: Трусова может стать героиней вселенского масштаба, но для этого ей мало просто хотеть выиграть
Александра Игнатова всерьёз намерена вернуться на лёд и побороться за золото Олимпийских игр в 2030 году. Если слова не разойдутся с делом, то фигуристке придётся не только восстанавливать элементы ультра-си, но и прибавлять в выразительности, которой она никогда не отличалась, особенно в сравнении с Камилой Валиевой. Немаловажно и то, захочет ли Этери Тутберидзе бросать на подготовку своей воспитанницы все силы, ведь в конечном счёте выиграет от этого в большей степени спортсменка.
Желание Александры Игнатовой вернуться в спорт, подготовиться к Олимпийским играм‑2030 и побороться там за олимпийское золото вызывает искреннее восхищение. Другой вопрос — сумеет ли она реализовать задуманное? Не станет ли намерение всего лишь очередной пиар‑акцией, на которые так падок современный спорт?
Если большой спорт по‑прежнему не отпускает Сашу, не проще ли было возобновить тренировки раньше, отложив рождение ребёнка на совсем уж послеспортивные времена? Ведь в 2024‑м сама Трусова (ещё не успевшая выйти замуж и сменить фамилию), приступая к тренировкам в академии Евгения Плющенко, не исключала, что сумеет подготовиться к контрольным прокатам. Между строк тогда читалось: а значит, и к сезону в целом. Однако вряд ли возвращение в тот момент могло оказаться реальным.
История женского одиночного катания в нашей стране за последние десять лет неумолима: все без исключения топовые фигуристки школы Этери Тутберидзе становились продуктом крайне ограниченного срока действия. И все они оставляли спорт не потому, что не хотели продолжать кататься, а потому, что ресурс был исчерпан.
Изменить эту ситуацию способна лишь тотальная перезагрузка. Появление у Саши (уже Игнатовой) ребёнка стало именно таким фактором, делающим её возвращение на большой лёд вполне реальным.
Это не редкость: в циклических видах спорта, где физические нагрузки даже превышают требования фигурного катания, материнство нередко становится катализатором для возобновления карьеры. Это давно и хорошо всем известно, поэтому в тех же лыжах или биатлоне уход той или иной подопечной в декрет не вызывает ни малейшего беспокойства у тренеров. Более того, в спорт такие атлетки возвращаются, гораздо чётче понимая, чего и зачем хотят добиться.
Сложнокоординационные виды — другая история, но и здесь подобных примеров хватает. За время отсутствия на соревнованиях Трусова успела отдохнуть, попробовать себя в ряде различных занятий, восстановить форму после родов и принять решение о возвращении в борьбу за медали.
Но зачем ей это надо?
Вероятно, причина в том, что в своей прошлой жизни, несмотря на множество самых разнообразных рекордных достижений, Саша так и не одержала ни одной по‑настоящему значимой победы. В отсутствие крупных титулов сохранять ауру спортивного величия становится невозможно. А вот продлить свой спортивный век вполне реально.
Теоретически у Игнатовой есть всё для восстановления прежних кондиций: её физические параметры существенно не изменились, а значит, возвращение четверных прыжков может оказаться вполне выполнимой задачей. Но обеспечит ли это лидерство в женском одиночном катании?
Чтобы реально рассчитывать на успех, одних квадов Игнатовой может оказаться недостаточно — особенно с учётом возможных изменений правил и критериев оценки элементов. Саша никогда не отличалась такой же выразительностью на льду, как Камила Валиева в доолимпийский период. Она не единственная, кто владеет элементами ультра‑си, поэтому с самого начала ей потребуются тщательно продуманные уникальные программы, способные максимально раскрыть вторую оценку.
Для Тутберидзе же Игнатова может стать совершенно особым вызовом. Когда‑то совсем юная Саша стала главной фигурой в том, что касалось сложности прыжков, и тем самым запустила внутри группы тотальную гонку за четверными. Сейчас она способна стать у своего тренера первой спортсменкой, чья карьера может оказаться длительной и успешной.
Другой вопрос: захочет ли тренерский штаб бросить на её подготовку все силы? Это ведь только на первый взгляд кажется, что работа со взрослым спортсменом может быть конвейерной, а результат может быть достигнут за счёт жёсткой конкуренции. В юниорском возрасте такой подход вполне может работать, но пример олимпийского чемпиона Нейтана Чена или двукратного чемпиона мира Ильи Малинина говорит о том, что подготовка человека, претендующего на золото Игр, — кропотливейший, а главное, сугубо индивидуальный процесс. Не говоря уже о том, что любой взрослый спортсмен (и особенно — знающий себе цену) — это всегда очень непростой характер.
Но главную проблему я вижу даже не в этом. Возвращение Игнатовой способно создать довольно сложную психологическую ситуацию для Тутберидзе. Ведь как ни крути, все предыдущие достижения учениц, начиная с Юлии Липницкой, работали прежде всего на величие тренера. Если Игнатова сумеет реализовать ту мечту, ради которой возвращается в спорт, и действительно выиграет Олимпиаду, она станет героиней поистине вселенского масштаба, главным действующим лицом грандиозной спортивной истории. Она, а не тренеры, которым предстоит вести её к результату.
Психологически с подобной ситуацией не справился даже великий Станислав Жук: он отказался продолжать работу с Ириной Родниной и Александром Зайцевым, признавшись ей: «Ну, сделаю я вашу пару, и что? Все скажут, что это не Жук, а Роднина…»
Но сейчас, когда Игнатовой только предстоит преодолеть все видимые и невидимые препятствия на своём пути, стоит признать: история с её возвращением может оказаться невероятно интересной миру фигурного катания в целом. Не так часто в спорте появляются личности, способные в одночасье влюбить в себя планету. А ведь именно это Саша сделала в Пекине — пусть и ценой не только уникального проката, но и колоссального внутреннего надрыва. Забыть столь яркие эмоции крайне сложно, даже если ты совсем не фанат фигурного катания. Потому и хочется, чтобы у Саши хватило сил довести историю до конца.