Глава "Руспродсоюза" объяснил, почему ...
Самый эффективный способ стабилизации и снижения цен - увеличение объемов производства при ограничении роста стоимости ресурсов. Спрос на товары повседневного спроса сейчас замедлился, в том числе из-за дорогих кредитов. При этом качество отечественных продуктов за последние годы заметно выросло. Об этом в интервью "Российской газете" рассказал исполнительный директор Ассоциации производителей и поставщиков продовольственных товаров "Руспродсоюз" Дмитрий Востриков.
Производство многих продуктов в России снижается в этом году, по данным Росстата. С чем это связано, на ваш взгляд? Мы стали меньше есть?
Дмитрий Востриков: Замедление темпов роста продаж товаров повседневного спроса в этом году связано с переходом потребителей к более сберегательной модели после высоких темпов роста прошлого года. Инфляция, рост цен на ЖКХ снижают покупательскую способность населения. На динамику спроса продолжат влиять дорогие потребительские кредиты и высокий доход по вкладам в банках.
Периодически цены подскакивают то на яйца, то на картофель, то на сливочное масло. Кроме неурожая и сезонности, чем это еще вызвано?
Дмитрий Востриков: В АПК инвесторы ищут доходные направления, и высокие цены стимулируют расширение производства, как и наоборот. Поэтому мы видим после высоких цен на картофель или яйцо расширение предложения, что затем это ведет к падению цен и логичному снижению посевов или количеству кур несушек. Так, волнами, периодически история повторяется, усугубляясь природными факторами или заболеваниями.
Сегодня мы можем видеть яйцо по 40 руб. за десяток, и это при себестоимости 60 руб. за десяток. Необходимы поиск технологий длительного хранения и развитие промпереработки в долго хранящиеся продукты или инструменты стабилизации рентабельности производителей. Искусственное сдерживание цен тут не поможет.
В условиях роста себестоимости как изменилось качество продуктов за последние несколько лет? Глава Россельхознадзора, например, указывал на большую долю фальсификата в молочной продукции.
Дмитрий Востриков: На наш взгляд, качество продукции в целом улучшилось. Можно отметить позитивные сдвиги, связанные с ужесточением контроля за качеством и безопасностью продукции. Внедрение современных стандартов, таких как система ХАССП (концепция управления производством на предприятии по производству продуктов. - Прим. "РГ"), а также активная деятельность Роспотребнадзора и Роскачества способствуют снижению доли фальсифицированной и некачественной продукции на рынке. Производители все чаще используют современные технологии контроля качества, что положительно сказывается на потребительских свойствах товаров.
Если говорить о молочной продукции, то фальсификат - это, как правило, использование растительных жиров вместо заявленных молочных. При этом, когда производитель использует в составе пальмовое масло и честно указывает это, такой продукт не является фальсификатом. Товары с заменителями молочного жира дешевле, доступны для потребителей и распространены во всех странах мира. Важно, чтобы они не прикрывались молочными названиями, брендами и честно писали о своем составе в маркировке.
Более того, качественные растительные жиры безвредны. Позиция противников того же пальмового масла не основана на официальных исследованиях, что в том числе подтверждается распространением использования пальмового масла в детском питании в качестве заменителя материнского молока еще во времена СССР.
Негативное отношение к нему вызвано именно фальсификацией им животных жиров в молочных продуктах. Однако последние исследования Роскачества показывают, что эта практика уходит в прошлое. Доля такого фальсификата в 2024 году на рынке составила всего 5%.
В связи с ростом цен власти регулярно придумывают разные способы их регулирования. Последний - фиксированный диапазон цен. Как вам этот вариант? Если не это, то что поможет? Например, действенный ли инструмент добровольные соглашения между производителями и сетями?
Дмитрий Востриков: На конкурентных рынках ценообразование определяется соотношением спроса и предложения. В ситуации здоровой конкуренции отдельные игроки не могут произвольно завысить цены, так как это приводит к сокращению товарооборота и, соответственно, доходности.
При этом рынок динамичен, и факторы, оказывающие влияние на цены (стоимость сырья, логистики, курсовая динамика и т.п.), могут меняться достаточно оперативно. В результате отпускная цена, на которую производитель согласился при иной рыночной конъюнктуре и которую нельзя поменять, может привести к убыткам, что чревато банкротствами пищевых предприятий, дефицитом продукции и еще большим ростом цен.
Наиболее эффективным способом стабилизации и снижения цен, на наш взгляд, является стимулирование увеличения объемов производства и снижение/ограничение роста стоимости ресурсов, используемых в производственном процессе, таких как финансовые ресурсы, энергия, логистика, сырье и т.д.
Если государство полагает, что определенные группы населения нуждаются в особой поддержке, то помощь им должна быть адресной.
В рамках договора покупатель и поставщик, учитывая структуру расходов предприятия, могут разработать формулу корректировки цен, привязанную к ключевым факторам, влияющим на себестоимость, принимая во внимание региональные особенности и специфику производственных процессов. Важно, чтобы это было результатом договоренности между компаниями, а не предписанным сверху решением.
Определение ценового диапазона для всей товаропроводящей сети через ценовую комиссию, учитывая географическое разнообразие и климатические зоны нашей страны, может привести к ошибкам и искажению рыночного ценообразования, что ставит под угрозу наполненность полок магазинов.
А чем вам не нравится проект о "русской полке" (предполагает установление минимальной квоты российской продукции в магазинах)? Ведь свою продукцию надо продвигать.
Дмитрий Востриков: Этот законопроект направлен на поддержку отечественных производителей и облегчение для них "доступа к полке", и мы его поддерживаем. Как показало успешное преодоление санкционных кризисов российскими поставщиками, производственные мощности отечественных предприятий позволяют при необходимости нарастить объемы выпуска и заместить выпадающие объемы продукции иностранных поставщиков.
Но далеко не все российские производители, особенно небольшие, обладают необходимой рыночной силой, чтобы попасть на полку крупнейшего канала сбыта - федеральных торговых сетей. Реализация проекта даст таким участникам рынка "путевку в жизнь".
Однако выбор в пользу того или иного товара в итоге будет делать потребитель, голосуя своим кошельком. Именно от самого продукта - его вкусовых, ценовых и прочих характеристик - будет зависеть, насколько успешно он будет продаваться и каким образом в итоге инициатива отразится на динамике продаж той или иной категории в отечественных сетях.
Производители периодически жалуются на высокие торговые наценки на их продукцию. А сети говорят, что на базовые продукты держат отрицательную наценку. Где правда?
Дмитрий Востриков: Чтобы ответить на ваш вопрос, достаточно проанализировать разницу между средними оптовыми ценами на ту или иную категорию и средними ценами в рознице. Товары, о которых розничная торговля традиционно отчитывается по минимальной/отрицательной наценке, это, как правило, одна позиция из нескольких десятков других в категории, поэтому на реальную статистику это сильно не влияет.
Хотя закон о маркетплейсах (платформенной экономике) уже принят, о нем не утихают споры. В нынешнем виде что он изменит?
Дмитрий Востриков: Во-первых, закон признал маркетплейсы посредниками, что по сути правильно. В этой парадигме учтены предложения о недискриминационном доступе к платформам, стабильности условий оферт на 45 дней с закреплением в договоре условий взаимодействия и взаиморасчетов, предоставления актов сверки. Цифровые платформы получили обязанность проверки контрагента и наличия разрешительной документации на товар. По требованию поставщика должны быть раскрыты принципы формирования рейтингов и ранжирования товаров в результатах выдачи.
Многие предложения бизнеса законодатели услышали, в том числе о том, что поставщик имеет возможность установить минимальную цену реализации товара и подтвердить готовность участия в акциях, которые проводятся за его счет.
Но из-за признания цифровых платформ посредниками возникает логичный вопрос: почему маркетплейс, к которому не переходит право на товар, может влиять на цену реализуемого через него товара? Когда есть риск разрушить всю систему ценообразования как в онлайн, так и в традиционной торговле, не имеет значения, за чей счет (поставщика или цифровой платформы) скидка. В результате мы получаем схему, когда в начале борьбы за рынок происходит демпинг, а затем, в условиях отсутствия конкуренции, необоснованно высокие цены.
По нашему мнению, цифровым платформам, как посредникам, необходимо запретить устанавливать/предлагать скидки на товары и услуги, которые им не принадлежат. Если они признаны, по сути, логистическим оператором товаропроводящей цепочки поставок, то они не должны влиять на ценообразование.