«Это провокация. Он никому взяток не давал». Боссов «Торпедо» правда посадят на 15 лет? Интервью адвоката

Обвиняют в попытке дачи взятки судье.

«Торпедо» едва вернулось в РПЛ и начало подготовку к сезону, как уже столкнулось с крупными проблемами. В отношении владельца клуба Леонида Соболева и директора Валерия Скородумова возбудили уголовное дело. Они якобы пытались дать взятку одному футбольному судье — ради выгодного «Торпедо» решения. Вчера в офисах и по месту жительства Соболева и Скородумова прошли обыски, обоих доставили в отделение полиции.

Генсек РФС Максим Митрофанов дал поручение департаменту защиты игры по проведению проверки и дальнейшей передаче дела в КДК. «Российский футбольный союз оказывает полную поддержку правоохранительным органам в данном расследовании и уверен, что все виновные будут установлены и привлечены к ответственности», — сообщил Митрофанов.

В «Торпедо» заявили, что операционная деятельность клуба идет по-прежнему, сборы проходят по плану — на них прибыл потенциальный новичок Марио Фернандес. Клуб заявил, что будет сотрудничать со следствием, напомнил о презумпции невиновности и призвал болельщиков к спокойствию и сплоченности.

Адвокат Соболева Александр Добровинский обосновал возбуждение дела тем, что «у «Торпедо» есть серьезные враги» — впрочем, так этих врагов и не назвал.

Есть версия, что обвинения связаны с майским матчем с «Сочи» — его «Торпедо» выиграло 1:0, забив единственный мяч с пенальти (вроде бы чистого), назначенного с помощью ВАР.

Корреспондент Sport24 Борис Королев связался с коллегой Добровинского, адвокатом Андреем Алешкиным.

— В чем обвиняют Соболева?

— По версии следствия, он участвовал в организации процесса переговоров с судьей одного из матчей команды. Якобы он [Соболев] через посредника предлагал ему [арбитру] какие-то денежные средства за судейские решения. Это версия следствия.

— А с вашей стороны как все выглядит?

— По мнению моего подзащитного, он, естественно, никакого участия в переговорах не принимал и никогда с судьями, указанными в обвинении, не встречался. Для него стали неожиданностью вопросы, которые ему задавали.

— Какие действия вы предприняли?

— В силу того, что вчера мы поздно начали процессуальные действия, не стали давать развернутые показания. Пока ограничились статьей 51 [Конституции о том, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников]. В ближайшее время будем понимать, проанализировав больший пласт информации, что в действительности имело место быть, и какие показания нам давать.

Хотел бы заметить: в СМИ появились информация о том, что якобы это могло повлиять на результаты команды. Это не так.

— Версия обвинения схожа с тем, что публикуют СМИ?

— Сторона обвинения утверждает: эти договоренности не состоялись. То есть нет оснований для оспаривания [честности] проведенных игр и их результатов. Это мнение не мое, а следствия.

— На чем основывается доказательная база следствия?

— Они не до конца раскрывают свою позицию. Говорят: это оперативная информация, в свое время предоставим все [сведения] о том, что, якобы, имеются какие-то телефонные переговоры. Соответственно, свои доказательства они предоставят чуть позже.

— Переговоры Соболева? С кем?

— Не могу сказать с кем — потому что эти переговоры не слышал. Слышал, что они есть, но в реальности мы их не видели. По мнению следствия, есть оперативная информация, которая свидетельствует об их наличии.

— Как Леонид отреагировал на происходящее?

— Он сразу был склонен дать максимальные показания, рассказать обо всем.

— О чем именно?

— О строительстве стадиона, о том, какая у него замечательная детская команда (видимо, имеется в виду академия «Торпедо». — Sport24), как он строит храмы. Он пытался быстро и много рассказать о своей деятельности, в том числе благотворительной. О развитии клуба, например.

Но мы его остановили, потому что это не имело отношения к предмету. А еще откровенничать со следствием просто не стали — и эти данные в протокол не попали.

— То есть Леонид готов сотрудничать со следствием?

— Он максимально открыт, готов рассказать все, что знает. Но от Соболева хотят конкретных показаний, которые он просто дать не может. Его пытаются вывести на то, что он знает каких-то судей, которые нечисты на руку. Его просят назвать этих судей.

Это провокация чистой воды, потому что Леонид не знает и никогда не контактировал с этими судьями.

— Точно?

— Он не организатор всех мероприятий — не назначает судью на игру. Леонид не обладает компетенцией, необходимой для того, чтобы в реальности знать какую-либо информацию. Соболев не погружен в оперативные вещи. Он глобально развивает команду, строит стадион. У него просто нет информации, которую от него хотят получить.

— На какой исход дела рассчитываете?

— Не могу раскрывать тактику защиты: вас могут читать и наши оппоненты. У нас сильная команда, которую возглавляет адвокат Добровинский. Наша главная задача — сделать так, чтобы мера пресечения, которую планируют избрать в отношении нашего подзащитного, была, как минимум, не арестом, а более мягкой.

— Это какая?

— Мы будем выстраивать защиту так, чтобы Леонида отпустили.

— Много разговоров о возможном наказании вплоть до 15 лет. Это правда?

— Это неправильная квалификация. Ему не вменяют статью 290 (получение взятки. — Sport24). Леонид никому взятки не давал и ничего не брал. Ему вменяют 184 статью (оказание противоправного влияния на результат официального спортивного соревнования. — Sport24), а в СМИ ее перепутали с 290 статьей (первым о деле сообщил РБК, позже издание уточнило, что речь идет о другой статье. — Sport24).

— И какое там максимальное наказание?

— До 7 лет.

— Когда будет известно о мере пресечения?

— Как мы полагаем, мера пресечения будет избрана завтра в виду ограниченности сроков. 48 часов истекают, поэтому уже завтра ожидаем меру пресечения.