Инвестируй и беги: как стартапы собирают миллионы и исчезают
В погоне за смыслом и деньгами
Российский рынок стартапов долгое время был средой с характером — дерзкой, гибкой, способной удивлять. В стране, где венчур ещё только обретал взрослые черты, а слово «фаундер» произносилось с лёгкой англоязычной экзотикой, всё больше людей начинали верить: да, здесь возможен свой Silicon Valley, только с берёзами и Telegram-каналами вместо гаражей и Стэнфорда. Но у любой культуры есть теневая сторона. Там, где на одном конце шкалы создаются сложные финтех-платформы и deeptech-решения, на другом маскируются проекты, способные впечатлить не только инвестора, но и следователя. Финансовые пирамиды, замаскированные под IT-стартапы, собирают сотни миллионов, красиво исчезают — и оставляют после себя длинные списки пострадавших и уголовные дела по статье 172.2 УК РФ. Это расследование — о трех таких историях. Каждая из них начиналась с презентации, а заканчивалась следствием или судебными разбирательствами.
Treeography: когда зелёный проект вянет до суда
История с проектом Treeography (ранее Maraquia) начиналась с высоких, и даже пафосных, слов. Социальная миссия, экология, благородная идея: посадка деревьев через онлайн-сервис, интеграция с банковскими партнёрами, внимание прессы и даже поддержка на уровне президента. За внешним успехом (4 млн посаженных деревьев, громкие коллаборации с Почта Банком) скрывался медленно тлеющий корпоративный конфликт, в котором идеализм уступил место жесткой имущественной борьбе.
Ключевой эпизод: переход товарного знака Maraquia и основного актива компании на новое юрлицо «Лаборатория леса», которое контролировал муж основательницы сервиса Марии Макаровой. Соавтор проекта, Сергей Ковалёв, обнаружил это внезапно – на страницах сайта проекта, и начал долгий судебный путь, завершившийся в Арбитражном суде Москвы взысканием 137,8 млн рублей в его пользу. Этот случай не попал в поле уголовного преследования, но по конструкции происходящего можно говорить о потенциальных нарушениях законодательства о финансовой отчётности и признаках недобросовестной корпоративной практики.
Эксперты, знакомые с материалами дела, отмечают: если бы Treeography привлекал деньги через открытые продажи или инвестиционные токены, схема могла бы подпасть под действие 172.2 УК РФ. Но даже без этого сумма ущерба — почти 140 млн рублей — делает проект знаковым примером того, как доверие и пафос могут служить обёрткой для банального перераспределения контроля и активов.
Finolog: блокчейн как дымовая завеса
Наиболее резонансный и литературно богатый своей абсурдностью случай связан с проектом Finolog. Это был не просто провал, это был хрестоматийный пример того, как на языке криптовалюты можно оформить мошенническую схему с претензией на философию. Стартап должен был стать «децентрализованной платформой финансирования» с «монетизируемым рейтингом доверия» - лозунгами, которые в 2018 году казались убедительными ровно настолько, насколько сегодня звучат наивно. За витиеватыми обещаниями скрывался технически несостоятельный проект без рабочей модели возврата инвестиций, с искусственной экономикой токенов и полной отсутствием механизмов защиты вкладчиков.
На сцене — Таисия Кудашкина, основательница «Вебсарафана» и неудавшегося сервиса отзывов Tulp, женщина, чья предпринимательская биография уже до старта Finolog напоминала анекдот: фейковый рейтинг Forbes, домены для накрутки репутации за $27 тысяч в месяц, автосписания с пользователей, долги перед подрядчиками и роман с криптосценой. Её партнёр - Михаил Смолянов, бывший глава Мегаплана, человек с не менее запутанным бэкграундом.
Проект вышел на ICO с амбициозной целью привлечь до $20 млн, хотя точные цифры собранных средств так и не были раскрыты. По оценкам участников рынка и критиков, включая журналистов-расследователей, речь может идти о привлечённых суммах от $6 до $30 млн — значительная часть которых так и не была использована по назначению. Особую тревогу вызывали положения white paper, где прописывались схемы размораживания средств по заведомо невыполнимым KPI: стоимость токена должна была вырасти в 50 раз, чтобы команда получила свою долю.
Некоторые инвесторы, распознав признаки мошенничества, обратились с заявлениями в прокуратуру, в том числе в отношении Таисии Кудашкиной как публичного лица и организатора проекта. По информации из открытых источников, Кудашкина была объявлена в федеральный розыск на территории России. В 2023 году она покинула страну, фактически избежав допросов, следственных действий и возможного ареста. Основания для применения статьи 172.2 УК РФ были более чем очевидны: обещание прибыли, отсутствие продукта, сбор средств от широкой публики — и полный крах. Сумма потенциального ущерба для инвесторов, если учитывать весь заявленный hard cap, могла составлять до 1,5 млрд рублей по курсу на момент ICO.
Финико: миллиардная пирамида без блокчейна, но с уголовным делом
В отличие от криптостартапов с модной обёрткой, «Финико» обошлось без токенов, white paper и DAICO — и всё равно стало крупнейшей финансовой пирамидой последних лет. За два года проект собрал около 7 миллиардов рублей от 80 тысяч россиян, обещая «автоматическую генерацию прибыли» через трейдинг криптовалютой. На деле схема сводилась к классическому перераспределению средств между вкладчиками и мотивации за привлечение новых.
В июне 2021 года Центробанк официально признал «Финико» пирамидой. Вскоре её основатель Кирилл Доронин был арестован, а позже против участников было возбуждено уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере (статья 159 УК РФ). Счёт потерпевших пошёл на десятки тысяч.
На фоне скама, замешанного на крипте, история «Финико» выглядит даже проще — но ущерб несопоставимо выше, а уголовная развязка наступила быстрее. Иронично, но у старых схем по-прежнему высокая «эффективность».
Кто в команде: визионеры или визитёры?
Инвесторам остаётся лишь одно: повышать уровень личной ответственности за решения и проверять не только бизнес-модели, но и биографии основателей. Особенно в эпоху, когда «блокчейн» и «децентрализация» могут служить дымовой завесой для весьма централизованного вывода средств. По-настоящему честные инвестиции начинаются там, где проверка проекта идёт задолго до подписания документов. Например, в рамках клуба совместных вложений в международные технологические компании. Здесь тщательно отбирают проекты, обращая внимание не только на цифры, но и на репутацию команды, а среди других участников сделок всегда есть опытные и надёжные фонды.