Казахстан, Кыргызстан, Россия: нашествия саранчи обусловлены не только переменой климата
Энтузиасты от науки предлагают обратить прожорливого вредителя в питательную белковую еду
По данным профильных ведомств (февраль с.г.), летом 2025 года более чем в двух десятках российских регионов, многие из которых расположены в приграничье с Казахстаном, ожидается нашествие саранчи. В зоне максимального риска данного природного катаклизма числятся Краснодарский, Ставропольский и Алтайский края, Астраханская, Иркутская, Самарская, Оренбургская, Волгоградская, Саратовская, Ульяновская, Челябинская и Новосибирская области, а также Дагестан, Ингушетия, Татарстан, Хакасия, Якутия, Чувашия, Чечня, Башкирия, Калмыкия. В 2024 году таких регионов было на треть меньше – 14.
Немаловажно, что в 2025 г. наиболее высокий уровень вероятного ущерба ожидается на сопредельных с Казахстаном территориях, а также в примыкающей к ним Калмыкии и на степном севере Дагестана. Отмечается, что в этом году от вредителей придется обработать на 100-120 тыс. га сельхозпочв больше, чем в 2024-м, причём наиболее актуально это будет опять-таки для приграничных с Казахстаном регионов.
Соответственно, в зоне наибольшего риска в Казахстане на текущий год – почти все соседние с РФ области и южно-казахстанская Туркестанская область. В минувшем году поля Казахстана стали объектом беспрецедентных по масштабам атакам саранчи. Чтобы предотвратить бедствие, аграрии страны должны были обработать площади в 3,1 млн га. В предвидении нового сельхозсезона аграрии страны увеличили количество специальной техники в 2 раза. Кроме того, для доступности приобретения и использования наземной опрыскивающей техники и беспилотников сельхозпроизводителям и поставщикам услуг по химическим обработкам возмещается 25% от стоимости приобретаемой техники. Для этого в правила инвестиционного субсидирования Министерства сельского хозяйства уже внесены соответствующие изменения. Как отметил вице-министр сельского хозяйства РК Ермек Кенжеханулы, если в 2024 г. для химобработки полей было использовано 247 единиц, то в 2025-м планируется почти в 2 раза больше – 443 единицы. В их числе - 46 агродронов, которые министерство закупило для региональных подразделений РГП «Фитосанитария», плюс семь обследовательских БПЛА.
Актуальна проблема и для Кыргызстана: «Мы никогда ранее не сталкивались с такими огромными площадями распространения саранчи, как в этом году, – рассказывает начальник Джалил-Абадского областного управления химизации, защиты и карантина растений Минсельхоза КР Кайратбек Садыков. – В четырёх районах области саранча поразила более 26 тысяч гектаров земли». Пастбища покрыла саранча марокканского и итальянского видов и, если в позапрошлом году саранча поразила вдвое меньше земли, то в 2024-м масштабы борьбы с прожорливыми пришельцами отнимает куда больше времени и сил. Предыдущее крупной нашествие пожирателя посевов наблюдалось в 2020 году, одновременно с пандемией ковида. Увеличение ареала распространения этих насекомых аграрии республики объясняют глобальным изменением климата.
В свою очередь, директор правления Союза органического земледелия РФ Сергей Коршунов оценивает ситуацию с нескрываемой тревогой: «Конечно, всё предусмотреть невозможно. Будем решать по ситуации. У государства достаточно средств для противостояния угрозам – правда, не до всех они дойдут (выделено ВПА). Наименее защищены мелкие и средние компании, которые не страхуют посевы». Но следует учитывать и то, что, по имеющейся информации, страхование посевов компенсирует фактически не более трети общей суммы ущерба посевам от природных эксцессов...
Среди причин регулярных нашествий полчищ вредителей, наблюдаемых отнюдь не первое десятилетие, можно указать как на природно-климатические условия, так и на бессрочные последствия небезызвестной целинной кампании середины 1950-х – начала 1960-х гг. в ряде регионов РСФСР и Казахской ССР, проводившейся со значительным ущербом для местных экосистем. Применяемые при распашке целинных земель методы дают долгосрочные последствия в виде максимально резких колебаний местных климатических условий, удлинения периода засух и суховеев, эрозии почв.
Не следует забывать и о «захоронениях» части урожаев пшеницы и ячменя по причине хронического дефицита в целинных регионах стационарных и передвижных хранилищ, перерабатывающих мощностей, перевозочных средств). Впоследствии именно эти «захоронения», хотя и в меньшем объеме продолжавшиеся в 1960-х – первой половине 1970-х гг., стали благоприятной питательной средой для саранчи и других сельскохозяйственных вредителей, тем более что многие такие объекты мутировали, сохраняя тем самым разнообразную питательную среду для всех видов вредных насекомых, что, в свою очередь, облегчалось прекращением после 1954-55 гг. почвозащитных агролесопосадок и их почти повсеместной вырубкой в целинных регионах.
Обусловившие означенными и смежными факторами саранчевые нашествия, по данным российских областных станций защиты растений, проявились уже в конце 1950-х – середине 1960-х гг. и позже во всех соседних с Казахстаном регионах РСФСР. В этой связи, примечательна информация данной станции в Саратовской области: «...как правило, в процессе борьбы с саранчой целинные земли не затрагиваются. Это связано еще и с высокой стоимостью инсектицидов. Как правило, меры принимаются в срочном порядке, поэтому никаких предварительных экологических экспертиз не проводится, а ущерб, уже нанесенный природе, не оценивается».
По информации аналогичной Волгоградской станции, «...в середине 1960-х годов отмечена вспышка итальянского пруса (разновидность саранчи. – Прим. ВПА). А в 1984 году саранчовые достигали такой численности, что без защитных работ снизить их количество было невозможно». По данным той же станции Омской области, «...очаговое размножение саранчовых наблюдалось в 1963-64, 1967, 1985, 1989, 1997 гг.».
Характерна информации той же станции в Наурзумском заповеднике (Костанайская область Казахстана вблизи границы с РФ): «...В южных районах области (как Наурзумский, Камышинский) очаги саранчи были всегда и при благоприятных погодных условиях давали мощные вспышки, как, например, в 1978-79 годах. Основными местами выплода саранчи стали депрессивные местные озёра. Засушливые годы предшествуют всем вспышкам численности саранчи. Но в отличие от конца 70-х гг., нет в области сети станций защиты растений, которые отслеживали и прогнозировали бы размножение вредителей».
…Интересно, но то ли в шутку, то ли всерьёз в некоторых казахстанских СМИ появились весьма экстравагантные предложения решения проблемы вредных насекомых в духе некоторых новомодных тенденций. Конечно же, речь идёт об употреблении саранчи в пищу, что, позволит не бояться её нашествий, превращая их в дополнительный источник дохода, в том числе экспортного. Казахстанский Национальный аграрный научно-образовательный центр (НАНОЦ) провёл исследование совместно с немецкими учеными, показавшее возможность сбора и парализации саранчи с помощью специальных устройств. По слова главы НАНОЦ Бауржана Касенова, безопасность потребления саранчи подтверждена исследованиями Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО). Дескать, как и другие жучки-паучки, она является незаменимым белком, содержащим жиры и микроэлементы. Ожидается, что к 2026 году рынок съедобных насекомых превысит 1,5 миллиарда долларов. Казахстан планирует поставлять саранчу в страны, где она популярна, например, в Таиланд, а возможно – и не только туда…
Словом, всё как в незабвенной комедии «Кавказская пленница»: «Кто нам мешает – тот нам поможет!» Остаётся только самая малость – выяснить соответствие заявленных грандиозных планов реальным условиям местности, включая способность национальной промышленности производить в необходимом количестве вышеупомянутые устройства и технологии, призванные способствовать превращению зловредного вредителя в некий полезный продукт, который предстоит ещё и впарить доверчивым гражданам…
Алексей Балиев