«Меня мошенники не обманут никогда!»: объясняем, почему это не так и почему не нужно травить пострадавших
В России бум телефонных мошенничеств: по данным Сбербанка, в 2024 году у россиян похитили около 250–300 млрд рублей. Одной из самых больших сумм, которую преступникам удалось выманить у жертвы, МВД называет почти 180 млн рублей.
Обманывают пенсионеров, студентов, маленьких детей – это хотя бы понятно и более или менее предсказуемо. Обманывают ученых, журналистов, чиновников и даже банковских работников. Уж эти-то могли бы догадаться, недоумевает общественность.
Казалось бы, люди пострадали от действия преступников, некоторые не только потеряли деньги, но и под влиянием мошенников совершили поджоги, нападения, и теперь им грозят реальные тюремные сроки. Пожалейте их, посочувствуйте и выдохните: на этот раз беда обошла меня и моих близких стороной.
Но жертвы почему-то совершенно не вызывают жалости у окружающих. Публикации на эту тему обязательно сопровождаются многочисленными комментариями. Вот лишь некоторые из них.
«Не каждый попадается. Меня, например, на такую ерунду не развести. Я никому не называю свои карты и пины, не даю и не перечисляю денег и не беру кредиты! Не понимаю, в каких розовых очках надо жить, чтоб вестись на эту чушь!»
«Ничего к потерпевшим не испытываю, никакого сочувствия. Слово «доверчивые» воспринимается как ослиная тупость! Особенно непонятны действия пенсионеров – к старости люди вроде бы должны быть мудрее. Бараны и есть бараны. А людей с большими деньгами тем более не жалко. Не обеднеют».
«Чего пугаться «звонков из якобы ФСБ»? Если не виновны, то бояться нечего. Мне звонили и следователи, и по вацапу «Госуслуги». Я честный человек. Послала и теперь с неизвестных номеров звонки трубку не беру. А тех, кто берет, не понимаю». О том, правда ли можно гарантированно избежать участия в мошеннических схемах и о том, почему так осуждают и травят пострадавших, мы поговорили с экспертами. Ответы вас удивят.
Любого человека можно заставить делать то, что хочет мошенник
Так ли правы читатели, негодуя и презирая тех, кто попался на крючок злоумышленников? Специалисты по безопасности считают, что у каждого при желании можно найти слабое место и триггерную точку, нажав на которую, легко заставить любого, даже самого здравомыслящего человека, делать что угодно. Уже много раз было сказано, что универсальное оружие мошенников – страх. На нем они умело играют, то представляясь следователями силовых структур, то угрожая потерей денег и свободы, а то говоря о том, что ваш близкий попал в беду.
«Страх является идеальным триггером, который фиксирует внимание. Затем у жертвы вызывают искусственный интерес и подводят к совместным действиям с аферистами», – объясняет член президиума Свердловской областной гильдии адвокатов Сергей Колосовский. Ранее он имел опыт работы оперативником, участия в допросах, а не так давно лично пообщался с мошенниками и мог проанализировать беседу исходя из собственного опыта.
Колосовский объясняет, что существует определенная психологическая партитура разговора, по которой практически любого человека, не имеющего специальной подготовки, можно побудить к определенным действиям. Естественно, некоторых людей обмануть проще, других – сложнее, но это всего лишь вопрос квалификации мошенника.
«Первым элементом данной техники является вовлечение в диалог. Как только человек втянулся, стал отвечать на вопросы – он сделал первый шаг к статусу потерпевшего. Когда выстроился стабильный диалог, в него интегрируются элементы, побуждающие у собеседника желание что-то сделать. Желание, основанное на страхе, заботе о близких, жадности и даже патриотизме. Человека постепенно понуждают к действиям – сначала простейшим, потом более сложным, но заканчивается это всегда пустым банковским счетом», – предупреждает Колосовский. Он уверен: само по себе знание о том, что по телефону нельзя сообщать никакую финансовую информацию, называть пинкоды, данные карты и прочие сведения, никак не защищает потенциальных жертв. «Однажды будет выдумана продвинутая мошенническая схема, в которой звонящий сразу будет говорить: «Да, я понимаю, вы думаете, что я мошенник», но при этом предложит такое объяснение своих действий, что вы ему поверите».
Мошенник хочет, чтобы вы постоянно ему отвечали
Недавно Сергею Колосовскому позвонили мошенники. На примере этой беседы он подробно рассказывает о приемах, с помощью которых «следователь ФСБ Колесников» пытался обмануть потенциальную жертву.
Сначала Колосовскому в телеграме пришло сообщение от «руководителя СМИ», с которым Сергей сотрудничает. Человек уточнил, удобно ли разговаривать. «Тем самым произошла идентификация, что мы знакомы. Далее меня предупредили, что будет звонок из ФСБ, и действительно позвонил неизвестный «капитан», который предсказуемо сообщил, что у некоторых моих коллег есть проблемы с законом и поэтому дело расследует УФСБ. При этом говоривший не знал о том, что я живу в Екатеринбурге, и сообщил, что делом занимается управление по Московской области», – продолжает юрист. В этот момент он понял, что разговаривает с мошенником, но те, кто не знает подобных тонкостей, возможно, поверили бы.
«Своими вопросами собеседник убеждал меня все время отвечать ему «да». «С вами говорил ваш руководитель?» «Да». «Он объяснил вам ситуацию?» «Да», – продолжает Колосовский. Он поясняет, что речь тут не идет о гипнозе или специальных техниках. Некоторые специалисты считают: если человек много раз говорит кому-то «да», ему будет сложно в какой-то момент ответить «нет».
Затем от слов переходят к делу: «Нас никто не подслушивает? Кроме вас в комнате кто-то есть? Сходите и закройте дверь», – продолжает адвокат. Так мошенник добивается от человека выполнения действий. Сначала простых, но, если жертва поддается, значит, ее можно подвести и к более сложным.
«Им важно вовлечь человека в разговор. Неважно, что он отвечает, главное, чтобы отвечал. Потом нужно подвести жертву к развернутым ответам, из них попытаться вытащить побольше личной информации. А потом развернуть полученную информацию против человека, потому что в таком формате опроса люди не помнят, что сами все рассказали о себе пять минут назад, и думают, что собеседник хорошо информирован», – объясняет Колосовский.
С какого-то момента его беседа со «следователем ФСБ» вошла фактически в формат допроса. Давление фальшивого «Колесникова» нарастало – менялся тон и громкость голоса, речь становилась все жестче. Но поскольку Сергей в прошлом имел опыт работы оперуполномоченным, ему было просто интересно наблюдать за происходящим и анализировать, как все это работает. Обычные люди вряд ли выдержат подобный напор. «В какой-то момент я все испортил, не ответив на вопрос «Вы понимаете, что вам грозит до 20 лет лишения свободы?». Говорю: «Да ладно, мы люди сидевшие, перетопчемся». После этого собеседник спросил: «Вы прикалываетесь?», и я честно признался, что да», – вспоминает Сергей Колосовский.
Он говорит, что уже после разоблачения смог немного побеседовать с мошенником. Тот заявил, что путем наращивания команд и нагнетания атмосферы хотел довести свою жертву до снятия денег из банкомата и передачи их курьеру. Причем курьера жалко тоже не было, мол, они одноразовые, набирают по интернету.
Самостоятельно сорваться с крючка невозможно
«Когда жертва вовлечена в совместные действия с преступниками, она уже может не отдавать себе отчета, что творит. Это результат информационно-психологического воздействия, и на каком-то этапе, полагаю, самостоятельно сорваться с крючка уже невозможно, – рассуждает юрист, специалист по криминальной психологии Александр Хаминский. – К тому же преступники общаются по специально разработанным сценариям-скриптам, где прописаны все реакции абонента и разные варианты ответов». У Александра богатый опыт, в числе прочего он является автором методик психологической подготовки личного состава антитеррористических подразделений силовых ведомств и знает многое о различных методиках психологического воздействия.
Хаминский сравнивает происходящее с сеансом психотерапии, только психотерапевт несет для своего клиента пользу и старается использовать позитивные и конструктивные методы, а мошенники делают ставку на деструктивные. «Смотрите, я вам говорю: дважды два равно четыре. Солнце встает на востоке, садится на западе. Маму мы любим? Уважаем учителя? Выстраивается логический ряд из утверждений, на которое каждый нормальный человек ответит «да». Но в какой-то момент в их ряд встраивается явно ложное утверждение: «Надо взорвать банкомат», – объясняет Хаминский.
Александр уточняет, что к моменту, когда звучит роковой приказ, как правило, жертва уже пребывает во взвинченном состоянии. Когда человек раскачан до предела, вброс с ложным утверждением ложится на подготовленную почву. По мнению Хаминского, мошенники в том числе используют разработки спецслужб и могут легко сломать человека.
«Нужно сразу бросать трубку, как только звонящий представляется кем-то из должностных лиц. Потому что реальные сотрудники правоохранительных органов так никогда не делают», – говорит эксперт. Он не советует продолжать разговор даже ради развлечения: технологии не стоят на месте и не факт, что в будущем не будет просчитан и этот вариант общения с потенциальной жертвой. При этом Александр Хаминский уверен, что даже оказанное на жертв воздействие в случае, если кроме потери денег они еще и совершили преступление, не может служить поводом для оправдания. «Есть ряд статей, предусматривающих более мягкую ответственность за совершение преступления по неосторожности. И ряд статей наиболее общественно опасных, когда нет никакой разницы, какая форма вины, умышленная или нет. Никаких смягчающих обстоятельств – заставили, убедили или загипнотизировали, здесь нет и быть не может», – рассуждает он.
Фраза «Сами виноваты» дает лишь иллюзию контроля
Собственно, примерно так же думают и большинство наших граждан, считающих, что именно с ними такого никогда не может произойти. Но только ли уверенность в собственной непогрешимости движет людьми, безусловно осуждающими глупость жертв?
Как оказалось, теми, кто оставляет комментарии «Со мной такого никогда не случится», зачастую тоже движет психологическая защита, известная как иллюзия контроля. Это касается не только телефонных мошенничеств, а вообще любых преступлений. Например, женщин, ставших жертвой насильников, часто осуждают: значит, вела себя как-то не так.
«Этот механизм помогает поддерживать ощущение предсказуемости мира: если несчастье происходит только с тем, кто якобы совершил ошибку, значит, можно избежать подобных ситуаций, соблюдая определенные правила. Такая вера снижает тревожность, но одновременно ведет к упрощенной и несправедливой интерпретации чужого опыта», – объясняет Юлия Басова, психолог, эксперт по нейроотличиям. Басова специализируется на адаптации рабочей среды для людей с разными типами мышления.
Помимо иллюзии контроля значимую роль в таком восприятии играет страх уязвимости. Сложно признать, что несчастья могут случиться с любым, независимо от его действий, – это подрывает ощущение безопасности. «Чтобы сохранить эмоциональную дистанцию, человек выбирает осуждение вместо сочувствия. За подобными словами скрывается не жестокость, а глубинное беспокойство за собственную незащищенность», – предполагает Басова.
Подобное восприятие также может быть связано и с когнитивными искажениями психики. «Это фундаментальная ошибка, когда человек склонен приписывать определенные действия людям в связи с их личными характеристиками. Например, умный поступает так и поэтому не попадается, а глупый – иначе, и поэтому его обманывают. Когда мы сталкиваемся с чем-то, что не в состоянии контролировать, мы охотно навешиваем ярлыки, забывая, что человек попадает в беду не потому, что он плохой или глупый, а потому что мошенники используют профессиональные схемы обмана. Увы, людям проще думать, что неприятности случаются только с теми, кто этого заслужил в силу своих неправильных качеств. Но себя-то мы к таким не причисляем, поэтому и не оцениваем реально существующую опасность, а осуждаем тех, кто пострадал, и обвиняем жертву, чтобы не бояться самим», – объясняет клинический психолог и судебный эксперт Елена Асланова.
Просвещение все-таки может помочь
К сожалению, наша сегодняшняя действительность очень часто не дает повода для оптимизма. Очевидно, что мошенники пока остаются с нами, а их схемы совершенствуются и подстраиваются под новые ситуации. Эта война так просто не закончится, а значит, будут и новые жертвы, и новые злобные комментарии?
Что же делать, чтобы не обвинять других в их бедах? Как научиться сочувствию и милосердию? Этому нам, вероятно, лишь предстоит учиться. А вот о том, что делать, если вы заметили по отношению к себе или к своим близким признаки некой манипуляции, – это может быть не только телефонное мошенничество, но и вовлечение в преступную цепочку, например предложение стать дроппером, то есть посредником между преступникам и жертвой при передаче денег, – стоит задуматься уже сейчас.
Простые советы дает Юрий Линдре, эксперт по вопросам международного регулирования ИИ и сквозных технологий, АНО «Центр компетенций по глобальной ИТ-кооперации», посол Ассоциации ИИ ЮАР в России.
Как действовать, если заметили признаки манипуляции?
– Открыто обсудить ситуацию. Если есть подозрение, что близкий человек может быть вовлечен в преступную схему, важно начать открытый разговор, не обвиняя, но показывая свою обеспокоенность. Доверительная беседа может вовремя помочь раскрыть правду.
– Обратиться за помощью к специалистам. Если ситуация требует срочного вмешательства, можно обратиться за консультацией к юристу или правоохранительным органам. Они, по идее, помогут понять, как лучше действовать в таких случаях и какие шаги предпринять для защиты.
– Просвещение и предупреждение. Важно доводить информацию о рисках, связанных с участием в «серых» и незаконных схемах, и рассказывать о том, как манипуляции могут привести к уголовной ответственности. Чем раньше будет начата профилактическая работа, тем меньше вероятность того, что человек встанет на скользкую дорожку.
Коллажи Татьяны СОКОЛОВОЙ
Запись «Меня мошенники не обманут никогда!»: объясняем, почему это не так и почему не нужно травить пострадавших впервые появилась Милосердие.ru.