Тройная ставка. Урок Ялты-1945: Запад не сможет признать лидерство Москвы

«После успешного завершения войны против наших нынешних врагов в мире произойдут изменения, ко-торые можно сопоставить за последние 1500 лет только с падением Рима...»

Это строки из памятки для американской делегации, отправляющейся в Ялту на конференцию трёх союзных держав — СССР, Великобритании и США, которая начала свою работу 80 лет назад, 4 февраля 1945 года. Они практически дословно повторяют выкладки Комитета начальников штабов, предоставленные Рузвельту, где президенту рекомендуется соблюдать величайшую осторожность и осмотрительность в отношениях с Советским Союзом, что вполне естественно. Именно СССР тогда не просто мог претендовать на роль Нового Рима, то есть гаранта мира, но фактически уже и был им.

«Большая тройка», или «Союз великих держав», — мы настолько привыкли так называть трёх главных союзников по антигитлеровской коалиции, что редко задумываемся, каким разным было их величие. Да, альянс был странным — капиталистическая республика, парламентская монархия и социалистическое государство. Но эти противоречия — ерунда по сравнению с тем, что эти державы представляли собой по своей сути.

Трое в «лодке»

США — государство-подросток, от горшка два вершка. Вчерашняя периферия, ворвавшаяся в клуб великих держав. Классический нувориш — хапнул много, но рассчитывает хапнуть ещё.

Великобритания — государство-старик. Колониальная империя старого типа, ещё относительно могучая, но теряющая влияние и реальную власть и рассчитывающая удержать хоть крохи того, что осталось.

Советский Союз — государство-парадокс. Своего рода киборг — тысячелетняя Россия, перепрошитая новым, самым прогрессивным программным обеспечением. Этот уникальный сплав традиции и инноваций не только позволил выстоять в смертельной схватке, но и одержать впечатляющую победу. Которая, кстати, уже в феврале 1945-го была видна невооружённым глазом — части РККА стоят у ворот Берлина, в то время как англо-американские войска ещё не вышли к Рейну.

Ту, прежнюю, Россию Запад не понимал и боялся. Советского Союза это касалось вдвойне. В марте 1945 года писатель Уиттекер Чемберс опубликовал в еженедельнике Time рассказ «Призраки на крыше», где дух императора Николая II, подслушивающий за ходом Ялтинской конференции, восхищается лидером СССР: «Какая государственная мудрость! Какая дальновидность! Какая мощь! Мы не знали ничего подобного с тех пор, как мой предок, Пётр Великий, прорубил окно в Европу... Сталин снова сделал Россию великой!»

Тут, конечно, было чего испугаться. СССР тогда действительно мог почти всё. Но вот чего он хотел? Существует вульгарная точка зрения, что Крымская конференция представляла собой пиршество трёх сильнейших хищников, которые, дескать, делили мир на сферы влияния, а СССР в этом «забеге» оказался лидером, подмял под себя пол-Европы и на штыках принёс туда социализм. Недаром же Генри Киссинджер впоследствии сказал: «Ялта стала символом позора с точки зрения формирования облика послевоенного мира».

Но в чём же состоял позор? В том, что Восточную Европу «насильно загнали в социализм»? Вот прямо так-таки и насильно? Между прочим, в апреле 1945 года Лейбористская партия Великобритании выдвигает программу «Лицом к будущему», где заявляет: «Наша конечная цель — создание в Британии социалистического общества». А спустя несколько месяцев побеждает на выборах и приступает к национализации английской промышленности. Неужели и туда «дотянулся проклятый Сталин»? Сколько же советских дивизий было тогда в Лондоне?

Ни одной. У советского лидера в Ялте были две главные цели. Первая — восстановление справедливости. То есть установление довоенных границ на западе и возврат того, что было утрачено после нападения Японии в 1904 году на востоке. Вторая — обеспечение безопасности этих самых границ, что, кстати, отмечал и советник посольства США в СССР, будущий «архитектор холодной войны» Джордж Кеннан: «Безопасность является их главным мотивом. Они очень обеспокоены и подозрительны по этому поводу». Словом, претензии СССР никак нельзя назвать чрезмерными. Во всяком случае там, где затрагивались его собственные интересы. Что же до остального...

«75% решений — наши»

В том-то всё и дело, что «Большая тройка» в Ялте мир не делила, а строила. Строила на новых принципах, которые исключали бы саму возможность новой глобальной войны. Именно для этого ещё до создания Устава ООН в Ялте приняли решение, что главным органом будущей структуры станет Совет безопасности с пятью постоянными членами, которые имеют право вето. А какую роль сыграл СССР в строительстве нового мира, прекрасно иллюстрирует письмо заместителя наркома иностранных дел Ивана Майского своей коллеге, дипломату Александре Коллонтай: «На Крымской конференции было очень интересно. Основные впечатления сводятся к тому, что наше влияние вообще и влияние Сталина лично чрезвычайно велики. Решения Конференции на 75% — наши...»

Позор с точки зрения Запада был именно в этом. К тому моменту уже полвека, а если считать от Крымской войны 1853–1856 годов, когда нам угрожала вся Европа, — почти 100 лет, коллективный Запад доминировал на планете. Всё это время у России пытались отнять победы, втянуть в свои войны, сыграть на её поражениях, в конце концов, расчленить и ликвидировать путём интервенции 1918–1922 годов. И каков результат? Пожалуйста — обновлённая Россия фактически диктует свою волю Западу.

Такое не прощается. «Русским варварам» обязательно нужно было отомстить. Но как, если они, во-первых, союзники, а во-вторых, почти ничего не хотят для себя?

Ход изящный и подлый

«Почти» — потому что кое-что в Ялте всё-таки делили. Во-первых, проводили границы зон оккупации нацистской Германии, во-вторых, решали, кому сколько причитается репараций и в чём именно они будут выражаться. И решили, что основной формой репараций будут «изъятия из национального богатства Германии — оборудование, станки, суда, подвижной состав...»

Принцип, согласно которому репарации каждому участнику пойдут из его зоны оккупации, ещё не был установлен. Но подразумевался. И потому был найден ход невероятно изящный и подлый одновременно. Выполняя «союзнические обязательства», англо-американские ВВС 13 февраля, сразу после окончания Ялтинской конференции, нанесли серию жесточайших бомбовых ударов по Дрездену — этой жемчужине Восточной Германии, одному из её главных промышленных центров. Рурскую область, не менее важную для немецкого ВПК, союзники так не утюжили — берегли для себя. А вот по советской зоне оккупации почему бы и не отбомбиться? Это же так красиво — гибель до 200 тыс. человек в огненном смерче, разрушение того, что могло по репарациям достаться «русским варварам», да ещё и прекрасная перспектива — СССР придётся взять все эти руины на баланс и восстанавливать после войны...