Большая утрата
5 декабря умер академик Евгений Павлович Велихов, физик-теоретик, многолетний вице-президент АН СССР/РАН и директор Курчатовского института, один из инициаторов создания международного термоядерного реактора ИТЭР, борец за мир, Герой Труда, депутат, общественник… В нашей истории он сыграл одну из ключевых ролей: в 1977 году, когда Велихов был у руля «Магнитки» (ФИАЭ, ТРИНИТИ), Троицк получил городской статус.
Чтобы понимать, кем был Евгений Велихов для города, важен простой факт: начальник крупнейшего в Троицке института, вхожий в высокие кабинеты, был по меркам чиновников невероятно молод. 36 лет – когда он возглавил Магнитную лабораторию, 42 года – когда Троицк получил свой статус. Он был на одной волне с сотрудниками наших НИИ. Жил в городе, ездил на «горбатом» запорожце, ходил по грибы, на лыжах, и в Троицке до последних лет было немало людей, которые звали его Женей. Среди них Нина Матвеевна Соротокина. «Весёлый, лёгкого дыхания человек, умный и необычайно доброжелательный – не к кому-то конкретно, а ко всему миру, – вспоминала она. – Необычайно контактный, умел ладить, не держал обиды. И обладал особенностью – поговорив с человеком, создать у него уверенность в своих силах, в том, что нет ничего невозможного».
А вот что Велихов писал о Троицке в автобиографии «Я на валенках поеду в 35-й год»: «В конце 1961 года мы получили двухкомнатную «хрущобу» во вновь построенном в посёлке доме. Это была наша первая собственная квартира. В ванной, совмещённой с туалетом, дровяная колонка, а на кухне – дровяная печка; через щели в полу крыса воровала Васины игрушки. Но всё равно мы были в восторге. Начался наш Пахринский период…»
Вошли в легенды квартирники дома у Велихова на улице Лесной, где можно было услышать Окуджаву, Высоцкого и даже запрещённого Галича. Говорят, тогда делали аудиозаписи, кто знает, может, сохранились плёнки?
Клуб Велихов тоже организовал: это был всеми нами любимый Дом учёных, где также шли концерты, показы редких фильмов, занимались школьные кружки любителей науки…
За относительно короткий срок (директором ФИАЭ он был с 1971 по 1978 год) Велихов сделал невероятно многое. Его сознательный выбор: хороших физиков много, а управленцев в науке – нет. И он в чём-то «наступил на горло» своей научной песне и занялся организацией, причём в подборе людей, умении организовать команды ему не было равных.
Что главное? Институтские дела – лазеры, МГД-генераторы, термояд? Один из первых в СССР детских компьютерных центров «Байтик», троицко-американские обмены? Участие ФИАЭ в ликвидации Чернобыльской аварии? Или всё же городской статус? Всё взаимосвязано. Не будь мегапроектов советской науки, не росло бы так стремительно число научных сотрудников, не строилось бы жильё, инфраструктура, и не возникла бы потребность в статусе города уже в конце 70-х. Повезло, что это понимали тогда все действующие лица. И Совет директоров во главе с академиком Верещагиным (ИФВД), и «муниципалитет», то есть поселковый Совет народных депутатов, который тогда возглавляла Надежда Афанасьева… И, конечно, партийное начальство столицы типа первого секретаря Московского обкома КПСС Василия Конотопа, с которым Велихов уже был знаком. Историю, как Троицк стал городом, мы рассказывали неоднократно.
Есть и много других. Например, про президента США Джо Байдена, который, оказывается, в 1980-х был в Троицке, и Велихов водил его по нашему токамаку. «Приехала мощная делегация Конгресса.
Я помню [..] Д. Байдена и ряд других столь же влиятельных конгрессменов. Мне предложили развлекать гостей, и я целый день показывал термоядерные установки в Институте им. Курчатова и его филиале в Троицке, а вечером принимал их у себя дома», – пишет он в автобиографии.
Последний раз Евгений Павлович побывал в Троицке на 50-летии Дома учёных в декабре 2018 года. В самом начале праздника он обратился к публике: «Мы вспоминали, с чего тут всё начиналось 60 лет назад, первый Дом учёных, который был не в этом замечательном зале, а в каком-то бараке, куда, чтобы прийти, надо было надевать болотные сапоги, и сидели девушки с детьми на руках… Здесь было далеко от властей партийных, московских, поэтому многое было можно.
Я рассчитываю, что придёт новое поколение, которое восстановит город, его славу, его институты».
Говорят, что мы молоды, пока живы наши родители. С уходом Велихова 47-летний Троицк осиротел, и теперь груз лет и обстоятельств кажется ещё тяжелее. Хочется верить, что лучшие времена ещё придут и новые поколения троичан будут помнить отцов города всегда.
Владимир МИЛОВИДОВ,
фото из архива