Ограничения на помощь сдерживают американцев

Я любил свое детство. Мой отец много работал и работал на двух работах, а мама оставалась дома со мной и сестрой. У нас был хороший дом и образ жизни среднего класса. Я никогда даже не думал о бедности и борьбе.

Но когда мои родители развелись, у меня внезапно возникло очень близкое отношение к бедности. Моя мама не училась в колледже и не могла заменить зарплату моему отцу. Тем временем в старшей школе у ​​меня начались проблемы, и мне поставили диагноз параноидальная шизофрения.

Мы справились, потому что у нас была Medicaid, жилищные ваучеры и талоны на питание. И с моим диагнозом я смог получить социальное страхование по инвалидности. Но теперь, когда я взрослый, я хочу жить независимо, а SSDI недостаточно.

В конце концов мне удалось получить степень бакалавра. Но из-за серьезного характера моей инвалидности мои возможности трудоустройства ограничены. И что еще более усложняет ситуацию, если я начну зарабатывать «слишком много» — даже если на самом деле этого недостаточно, чтобы сводить концы с концами — я потеряю пособие и окажусь беднее, чем был раньше.

Что бы я ни делал, кажется, я застрял — с тех пор, как мои родители развелись, когда я был ребенком, я был в «системе». Каким бы благословением ни была эта помощь, она может во многом зависеть от прихотей тех, кто находится у власти, принимая решения о финансировании и праве на жизненно важную помощь.

Прямо сейчас, например, член палаты представителей Гленн Томпсон (республиканец от Пенсильвании) — председатель Комитета по сельскому хозяйству Палаты представителей, в юрисдикции которого находятся продовольственные программы — имеет план сократить SNAP на 30 миллиардов долларов.

Когда я слышу о подобных планах по еще большему сокращению финансирования программ помощи, я чувствую себя безнадежным. Мне бы хотелось, чтобы эти законодатели поняли, как усердно работают такие люди, как я, чтобы поступать правильно, добиваться успеха и отдавать должное — и сколько препятствий их решения ставят на нашем пути.

Система социальной защиты должна более, а не менее чутко реагировать на наши ситуации. Чем больше наши лидеры ограничивают и отказываются от финансирования программ, тем больше нас стигматизируют, загоняют в тупик и делают голодными, бездомными и больными. Дополнительные ограничения держат нас в опасных ситуациях и мешают нам процветать.

Мне пришлось преодолеть больше препятствий, чем многим. Теперь я хочу иметь возможность помогать другим, выйти замуж и родить детей, внести свой вклад в качестве социального работника. Но этот путь кажется недостижимым, пока мое финансовое положение – и угроза потери другой поддержки, которая мне нужна, если я заработаю хоть немного денег – делают мою независимость невозможной.

Итак, я волонтер. Я рассказываю свою историю, чтобы законодатели и члены сообщества могли услышать и понять.

Вот что я хочу, чтобы наши лидеры знали: мы живем и умираем из-за ошибок, которые они совершают. Пожалуйста, уделите приоритетное внимание здоровью и благополучию семей нашей страны, которые просто хотят иметь те же возможности для процветания, что и те, кому посчастливилось избежать многих проблем, которые преподнесла нам жизнь.

Не требуйте, чтобы мы оказались в нищете и без надежды, прежде чем мы сможем получить необходимую нам помощь. Помогите нам достичь того момента, когда мы сможем стать по-настоящему независимыми — тогда мы сможем помочь другим тоже достичь этого.

В тот или иной момент большинству из нас в жизни нужна помощь. Когда законодатели поймут это, нация станет сильнее.