Смерть Раиси нанесла серьезный, но не сокрушительный удар по политической системе Ирана, пишет Forum 24. Президент не является главной фигурой в стране. Есть духовный лидер — Али Хаменеи. И все же Иран ждет некая нестабильность и внутренние распри, считает автор статьи. В четвертом часу по нашему времени, через 16 часов после сообщения о фатальном крушении вертолета, спасатели добрались до места аварии в горах на северо-западе Ирана. С кадров, сделанных с воздуха, понятно, что при крушении вертолета произошел взрыв, который вряд ли кто-то смог пережить. Тем не менее некоторые иранские источники утверждают, что семье президента Раиси, который вместе с министром иностранных дел находился на борту, его смерть достоверно подтвердили несколькими часами ранее. Официальная версия такова. Характер местности, сложные погодные условия (снег и густой туман) плюс недостаточное оснащение поисковых команд и спасателей привели к значительным проволочкам в ходе спасательной операции. Только к утру место аварии в провинции Восточный Азербайджан было обнаружено с помощью тепловизоров с большой высоты благодаря заимствованному турецкому поисковому дрону типа Bayraktar Akinci. Потом прошло еще несколько часов, прежде чем спасатели без альпинистского снаряжения (!) сумели добраться до этого места приблизительно на полпути между горным монастырем Пир Дауд и медным рудником Сунгун. Потом малые поисковые дроны с тепловизорами обнаружили на северо-западной стороне хребта тело президента, уже охладевшее. Ибрахим Раиси, глава светской ветви иранского аппарата управления и кандидат на следующего духовного лидера теократического режима (рахбар), как и все остальные, кто находился на борту, объявлены погибшими. Помимо министра иностранных дел, о котором упоминалось выше, в авиакатастрофе погиб губернатор провинции Восточный Азербайджан Малик Рахмати, имам города Табриз Мохаммед Али Але-Хашем, два охранника и два пилота. Президентские полномочия перешли к министру внутренних дел, бригадному генералу Ахмаду Вахиди. Согласно иранской конституции, новые президентские выборы состоятся через 50 дней. Завершилась карьера по иранским меркам "умеренного" исламского консерватора, который в конце 80-х годов, будучи членом Комиссии смерти, в ходе пятиминутных формальных процессов осудил на казнь тысячи политических заключенных. Из всех представителей режима на руках этого человека было больше всего крови. Вскоре после объявления об аварии по всему Ирану начались спонтанные празднования, в том числе танцы и фейерверки. По-видимому, именно мнимая популярность Раиси заставила европейского комиссара по кризисному менеджменту Янеза Ленарчича публично выразить солидарность с иранским режимом, а ЕС подключила орбитальную систему Copernicus для поисков потерянного вертолета. Обстоятельства аварии Хотя иранский режим вкладывает миллиарды долларов в вооружения, ядерную программу и помощь вооруженных прокси-формирований по всему Ближнему Востоку, двое представителей правительства с сопровождением в роковой день летели на старом вертолете типа Bell 412 45-летней давности. Этот факт перекрывает предположения о вероятном намеренном ударе по Раиси весьма вероятным вариантом спонтанного технического сбоя. Однако в смерти Раиси заинтересованы могли быть многие. Для антирежимной оппозиции и подавленных реформистов он был предателем и преступником. Убежденным религиозным консерваторам, в том числе Хаменеи, которые ему отказали в титуле "аятолла", несмотря на все заслуги, Раиси казался человеком не достойным стать следующим верховным духовным лидером. Наконец, нельзя исключать вмешательства израильских спецслужб как вероятной мести за апрельский удар, нанесенный сотнями иранских ракет и дронов. Во главе иранского теократического режима на самом деле стоит не макет президента, которого изображал Раиси, а высший духовный лидер. С 1989 года по настоящее время этот пост занимает 85-летний аятолла Али Хаменеи. После его смерти прогнозируется жестокая борьба за эту позицию. Одним из ожидаемых кандидатов был как раз погибший президент. Еще один, даже более сомнительный, кандидат — 67-летний Алирез Арафи, член Совета стражей революции. Также среди вероятных кандидатов упоминался средний сын Хаменеи Мотжаба, координирующий добровольную милицию басиджей. До смерти Раиси предполагалось, что на фоне борьбы президента с Арафи Мотжаба Хаменеи будет на третьих ролях. Уже в первые часы после аварии появились предположения о вертолете, на котором летели Раиси и другие иранские руководители. Авиационный эксперт Бабак Тагхваи констатировал, что полет на вертолете Bell 412 с аэродрома Мехрабад не является чем-то из ряда вон выходящим, так как все полеты с участием президента осуществляются именно на таких машинах. И то, что для безопасности формального главы государства не выделили более современные вертолеты, говорит лишь о положении президента в иранской иерархии власти, а не о злом умысле против Раиси. С другой стороны, явно проваленная спасательная операция наводит на мысль о двух других вариантах. Во-первых, после крушения президентского вертолета кто-то мог умышленно вмешаться и задерживал спасательную операцию до тех пор, пока пассажиры точно не погибли. Второй вариант намного более правдоподобен. Летчики перед крушением, например, успели сообщить наземным службам, что происходит, и, задерживая спасательные работы, режим пытался выиграть время для смягчения политического эффекта от катастрофы. Призрак нестабильности Восторг простых иранцев от кончины президента, несомненно, стал для режима важным уроком. Это "пробная" демонстрация того, что будет, когда и серьезно больной аятолла Хаменеи покинет этот мир, освободив куда более важное кресло, чем то, какое прежде занимал Раиси. Репрессивный аппарат, который до сих пор занимался в основном подавлением протестов за права женщин, вскоре получит ряд новых задач. Ожидаются массовые уличные демонстрации против режима, и, как всегда в прошлом, важнейшую роль тут сыграют отряды басиджей, подконтрольные молодому Хаменеи. Уже один этот факт повысит его прежде небольшие шансы занять трон после отца. Кроме того, теперь он остался единственным серьезным конкурентом члена Совета стражей Арафи. Обнажилась вся хрупкость режима, и он еще сильнее будет давить на иранских реформистов, которые ранее выступали за постепенную нормализацию отношений с Западом, обороняться еще решительнее. Политика Раиси предполагала сотрудничество с Россией и Китаем, смертельную вражду с Израилем и отказ от любых ограничений для иранской ядерной программы, и изменений тут точно ждать не приходится. Так что благостные надежды на либерализацию Ирана, которые часть американской Демократической партии лелеяла еще со времен Обамы, после крушения президентского вертолета выглядят еще более несбыточными, чем прежде. Автор: Карел Долейши (Karel Dolejší) Источник
