Это что за остановка? Это город Сталинштадт

Ничего святого

После 9 марта 1953 года было, казалось, неизбежно увековечивание памяти Сталина в СССР и в просоветских социалистических странах. Точно так же, как это было по всем советским республикам вскоре после кончины Ленина.

Но оказалось, что новые названия в честь Сталина в марте 1953 состоялись только в Китае, Польше и ГДР... Впрочем, сталинских названий, состоявшихся при жизни Сталина в топонимике СССР и почти всех стран – его союзников, и без того было с избытком.

Но кончина Сталина и столь масштабные, хотя и скоротечные траурные мероприятия предполагали вроде бы новые переименования. Тем не менее…

Болеслав Берут, признанный лидер послевоенной Польши, прибыв в Москву 6 марта, на встрече с Президиумом ЦК КПСС предложил организовать совместно с СССР в память о Сталине серию мероприятий в его стране. Увязав их «с воссоединением исконных польских земель в 1945 году».

По мнению Б. Берута, такие мероприятия «укрепят польско-советскую дружбу и напомнят о роли Советского Союза в восстановлении польских исторических границ». Советская сторона обещала подумать, но конкретного ответа из Москвы так и не последовало.
Столь странное поведение советского руководства отмечали и представители других соцстран. Как отмечал первый посол ГДР в СССР (в 1949–1954 гг.) Рудольф Аппельт,


Тот же запрос, по свидетельству немецкого коммуниста, «был направлен во второй половине марта от центральных комитетов компартий наших стран в ЦК КПСС. Ответа тоже не последовало. Обращало на себя внимание, что в СССР после 5 марта 1953 г. ни один объект не был назван в память о Сталине».

Весьма характерно и то, что уже в апреле – июле 1953 года примерно в 20 малых городах и почти в 60 населенных пунктах СССР были устранены памятники и бюсты Сталина. В большинстве случаев, якобы с целью реставрации.

А люди поймут...

То была проверка реакции населения на такие акции. Реакция же ограничилась лишь считанными запросами в местные партийные органы, откровенно проигнорировавшие эти запросы.

Словом, неспроста уже с 16–18 марта в советских СМИ – явно по команде «сверху» – прекратились упоминания о Сталине – вплоть до низвержения Берии в июле 1953. Разве что присутствовали названия сталинских городов в СССР, да и то с краткими информационными сообщениями о производственных успехах тамошних трудящихся…

Всё же в Польше и ГДР уже в середине марта 1953 года по инициативе их властей состоялись переименования в честь Сталина. Крупнейший центр польской углепромышленности и химпрома Катовице 17 марта был переименован в Сталиногруд. В решении местной администрации отмечалось, что


В тот период, напомним, во главе ПОРП и ПНР были стойкие последователи сталинской политики Болеслав Берут и Казимеж Мияль. Резонно предположить, что переименованием Катовице в Сталиногруд Варшава забрасывала пробный шар в Москву. Но никакой официальной реакции в Москве не последовало: было лишь краткое сообщение в центральных советских СМИ об этом переименовании.

Немецкая пунктуальность

Считается, что в ГДР только Хемниц переименовали в Карл-Маркс-штадт, и даже песню про него спели. Но что касается ГДР, здесь поступили так же, как в Польше: под переименование была определена первая крупная гэдээровская новостройка – реконструированный г. Айзенхюттенштадт на Одере.


Это там с помощью в СССР в 1950–1951 гг. был построен крупный металлургический комбинат, а 18 марта сам город был переименован в Сталинштадт. Примерно с теми же обоснованиями, что и со Сталиногрудом. Точнее, сначала было постановление правительства ГДР, а 1 мая 1953 года состоялось официальное переименование Айзенхюттенштадта в Сталинштадт.

На церемонии присвоения новому городу нового имени присутствовали тогдашние руководители ГДР Отто Гротеволь и Вальтер Ульбрихт. Как видно, и в Восточном Берлине в период с 14 марта по 30 апреля 1953 года ожидали какой-либо реакции Москвы на упомянутое решение.

Но и в этом случае в Москве ограничились краткими сообщениями в советских СМИ.


…Польский Сталиногруд «продержался» недолго – до 19 октября 1956 года – напомним, в разгар событий в Польше, едва не повторивших венгерские в тот же период. Зато Сталинштадт, включая там же центральный проспект Сталина, не переименовывали вплоть до 12 ноября 1961 года.

И это, несмотря на всё более частые «просьбы» Москвы, начиная с 1956 года насчёт десталинизации Айзенхюттенштадта, руководство ГДР не спешило их выполнять. Тогдашние восточногерманские власти (как и румынские, северо-корейские) кулуарно выражали недовольство столь разнузданной антисталинской истерией в СССР.

В Берлине, как и в Бухаресте, да мало ли где ещё, резонно полагали, что такая, с позволения сказать, антисталинская «линия» обязательно негативно скажется на внутриполитической стабильности СССР, на авторитете КПСС и приведёт к расколу мирового коммунистического движения.

А подпоркой такой позиции была, напомним, антихрущевская официальная позиция КНР и Албании. Но военно-политическая и экономическая зависимость ГДР от СССР не позволила Восточной Германии долго сопротивляться десталинизации.

Словом, вполне можно согласиться с временным поверенным Югославии в СССР в 1952–1954 гг. И. Джуричем:

Время ещё не рассудило

Тем временем многие экономические и общественные объекты в марте 1953 года были названы в честь Сталина только в Албании – в дополнение к городу Сталин на юге Албании, который носил это имя с 1949. Просуществовав с такими названиями до конца 1990 года.


Что касается КНР, при жизни Сталина улицы его имени были поименованы и сохраняются на северо-востоке Китая: в Харбине, Люйшуне (Порт-Артур), Даляни (Дальнем), Цзилине, в центрально-китайском Наньцзе, в Урумчи, Кульдже (провинция Синьцзян на Западе Китая). А в послесталинский период 15 марта 1953 года в память о Сталине началось в Харбине сооружение Парка Сталина.

Через пять месяцев он был торжественно открыт в присутствии посла СССР и первых руководящих лиц страны, но без участия Мао Цзэдуна. Это один из крупнейших парков в мире – свыше 15 кв. км к настоящему времени.


Сталинское название парка не меняется, но характерно, что здесь нет ни памятника, ни бюста, ни портрета Сталина. Его портрет в траурной рамке был там только на церемонии открытия парка…