Девяностые: Мы были молоды, любили свою профессию и не жаловались на жизнь

          Старшее поколение горожан, наверняка, помнит девяностые: бесконечные очереди, пустые прилавки, талоны на все… Помнят старожилы и деревянные двухэтажные корпуса городской больницы напротив нынешнего здания судебно-медицинской экспертизы, где располагались отделения гинекологии. Моя сегодняшняя героиня, операционная медсестра Якутской республиканской клинической больницы, отличник здравоохранения России Ильзина Капитонова вспоминает девяностые.

— Начало моей профессиональной деятельности совпало с кризисом в стране, зарплату задерживали по полгода, но мы были молоды, любили свою профессию и никогда не жаловались, — вспоминает Ильзина Ильинична то время.

Осенью 1993 года Ильзина была принята медсестрой в первое гинекологическое отделение, которым заведовала врач  высшей категории, отличник здравоохранения республики Альбина Алексеевна Аргунова.

— Приняли меня хорошо. Старшей медсестрой была медсестра  высшей квалификационной категории, отличник здравоохранения республики Паутова Валентина Даниловна. Врачами работали Санникова А.И., Рукавишникова М.В., медсестрой физиокабинета — Чемезова Н.К.,  медсестрами — Киреева С.В., Потапова Г.А., Миклашевич Т.Ф., Васильева С.З., сестрой- хозяйкой — Третьякова Г.И.,  санитаркой — Станкевич Л.Я. Сначала меня поставили медсестрой в малую операционную.

Все новенькие медсестры проходили через «малую», это было своего рода «боевое крещение».

— Работать было тяжело, скорая за скорой привозили женщин, нередко в тяжелом состоянии. Медсестра должна была выполнять функцию медсестры приемного покоя, помогать врачу оказывать хирургическую помощь, проводить стерилизацию инструментов. Потом меня перевели палатной, а позже процедурной медсестрой. Послеоперационные больные лечились тогда в течение месяца, обезболивали промедолом, который назначался каждый час в течение суток, вели строгий учет.  Работала на посту в вечернее время, в процедурной – днем. Инъекций и капельниц  было очень много, антибиотики назначали по четыре – шесть раз в сутки.

В 1997 году ловкую, грамотную медсестру перевели в операционные медсестры. Форс-мажором в гинекологии трудно кого-то удивить, в такой ситуации нужны были проверенные люди. Потому, наверное, хорошими специалистами дорожили.  

— Мне повезло работать с ветеранами отделения, моими наставниками были очень опытные операционные медсестры Прокопова Н.С., Сосунова Л.И., Будкова Н.Н.. Старшей операционной медсестрой была Третьякова Елена Васильевна. Операций было много, и плановых, и экстренных, особенно много было гнойно-септических.

Операционная медсестра – универсал, она может встать у операционного стола любого профиля и спокойно отработать от начала операции до конца. От ее профессионализма зависит многое.

— Своей реанимации в отделении не было. Врач-анестезиолог и медсестра-анестезистка приходили на операции из отделения хирургии, которое находилось в здании, где сейчас размещается онкологический диспансер. Сейчас даже трудно себе представить, что каждый раз, зимой и летом, в экстренных ситуациях им приходилось прибегать из другого здания.

— В операционной и сейчас медсестрам тяжело работается, а в условиях девяностых и условий-то нормальных для работы не было…     

— Да, вот недавно вспоминала, как работалось тогда. Как все было непросто! Перед операцией, например, обжигали спиртом эмалированный тазик, туда наливали кипяченую воду, в этом тазу медсестры и хирурги обрабатывали руки перед операцией. Шовным материалом в основном были кетгут и хлопчатобумажные нитки. Обычные швейные хлопчатобумажные нитки  мы получали в больших мотках, замачивали в 95% этиловом спирте, потом, переодевшись во все стерильное, перематывали этот большой моток во множество маленьких и затем стерилизовали эти мотки в паровом автоклаве. Кетгут получали в стеклянной ампуле, который перед началом операции заворачивали в салфетку и ломали зажимом. Резиновые перчатки после использования замачивали в хлорке, а потом споласкивали и сушили. После сушки вытирали насухо, пудрили тальком, заворачивали в хлопчатобумажную ткань, чтобы резина не слиплась, и стерилизовали в паровом автоклаве. Использованные халаты и операционное белье после операций замачивали в хлорке и стирали сами операционные медсестры.

         Гинекология не раз переезжала из корпуса в корпус, пока не обосновалась в Перинатальном центре. Условия были разными, работа медсестер всегда была тяжелой, все держалось на честности и добросовестности, на верности профессии.