Российские фермеры призывают увеличить субсидии на зерно и молоко, чтобы избежать массового банкротства мелких хозяйств
Об этом в ходе круглого стола на тему «Обсуждение вопросов по подготовке доклада Уполномоченного при Президенте России по защите прав предпринимателей 2023 по разделу «Сельское хозяйство, переработка сельскохозяйственной продукции» заявил общественный омбудсмен по вопросам сельского хозяйства, президент Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России Владимир Плотников.
«Небольшие сельхозтоваропроизводители сегодня оказались в очень сложном положении, – отметил он. – Мы рапортуем о рекордных урожаях, а доходы у них упали. Почему? Потому что в конце 2022 и начале 2023 года резко снизились закупочные цены на зерно, зернобобовые и масличные культуры. В отдельных регионах закупочные цены на зерновые сейчас опустились до 7,5 рублей за кг при себестоимости 9-11 рублей за кг.
Продавать зерно на экспорт сложно, поскольку экспортные пошлины установлены высокие. А интервенционные зерновые закупки (для регулирования рыночных цен) проблему полностью не снимают, их объем не превышает 3 млн. тонн при общем объеме урожая более 150 млн. тонн».
«На рынке остается большое количество нереализованной продукции, – подтвердила председатель Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов Тамбовской области Татьяна Передерий. – А не реализована она только по одной причине – очень низкие закупочные цены. Отдавать продукцию ниже себестоимости производители не желают. И чем меньше хозяйство, тем более скромная у него рентабельность.
Конечно, правительство выдает некоторые субсидии. На тонну реализованного зерна – 2000 рублей. Но достается она далеко не всем. Многим фермерам не удается получить субсидию, потому что у них нет штатного бухгалтера, некому подготовить документы, помочь разобраться в тонкостях информационной системы ГИС Зерно.
На наш взгляд, нужно установить по всей стране единые для всех субъектов условия получении субсидии. Прозрачные, понятные для всех. Чтобы фермеры могли заполнять простые формы. И было бы проще, если бы субсидии выдавал единый федеральный центр, а не регионы.
«Резко снизились закупочные цены и на сырое молоко, – продолжил Владимир Плотников. – При выросших ценах на топливо, электроэнергию, запасные части рентабельность малых молочных ферм стремится к нулю. Требуется государственное регулирование: закупочные интервенции на молочную продукцию длительного хранения, активное развитие экспорта, субсидирование владельцев малых молочных ферм в виде повышенной субсидии на литр молока или на голову скота».
«Еще недавно цена на молоко была 19 рублей за литр, сегодня уже 12-14, – сообщил исполнительный директор Союза крестьянских (фермерских) формирований Алтайского края Александр Вайс. – Нужно признать, что в стране в настоящий момент переизбыток молока. Проблема связана с перенасыщенностью рынка большими закупаемыми объемами пальмового масла, с которым крупным переработчикам работать выгоднее. И переработчики готовы вовсе отказаться от закупки молока в личных подсобных хозяйствах. Это приведет к тому, что хозяева вырежут скот и не вернутся к этому вопросу. Даже сельскохозяйственный потребительский кооператив, имея собственную переработку, из-за отсутствия спроса также вынужден хранить значительной объем продукции в запасах».
Глава крестьянского-фермерского хозяйства «Ника» Татьяна Трегубова отметила проблему нарастающего количества банкротств КФХ.
«После того, как 1 октября прошлого года перестал действовать мораторий на банкротство, каждый день приходят на почту сообщения – продается изъятая у хозяйств техника и земля, – рассказала она. – Давайте вернем мораторий хотя бы на год, до нового урожая.
У нас в Ростовской области количество фермерских хозяйство сократилось в два раза – с 14 до 7 тысяч. Пустых деревень, в которых не осталось жителей, было 33, сейчас уже 67. А в тех, где люди еще остались, ходить по улицам страшно. Потому что зияют заброшенные дома, в которых никто не живет и никто уже не вернется.
Да, крупные холдинги работают более прогрессивно. Но если мы не остановим разорение мелких хозяйств, то российская деревня вымрет, и восстановить ее будет невозможно».