Забастовка младших врачей в Великобритании призвана положить конец политике жесткой экономии
Младшие врачи, такие как я, работающие в Национальной службе здравоохранения Англии (NHS), приняли мучительное решение объявить забастовку на этой неделе по простой причине: ухудшение условий в британской государственной системе здравоохранения означает, что и специалисты, и пациенты не в безопасности. Оба страдают в результате непрекращающихся, безжалостных сокращений заработной платы младшим врачам в реальном времени.
Как и 98 процентов врачей, проголосовавших за забастовку, я тоже буду бастовать — за своих коллег, за своих пациентов и за спасение раненого NHS. Наши просьбы к правительству просты: восстановление зарплаты рационально, а не радикально.
NHS следует отмечать. Это национальное достояние, глубоко вплетенное в ткань британского общества. Даже Маргарет Тэтчер, однажды назвавшая ГСЗ «монолитом социализма», оставила этот институт практически нетронутым за одиннадцать лет своего пребывания у руля Консервативной партии, в течение которых она предприняла нападки на государственные службы и профсоюзы.
Мудро, она слишком хорошо знала, что «Национальная служба здравоохранения — это самое близкое, что есть у англичан, к религии». Спустя семьдесят пять лет после создания NHS эта вера подвергается испытанию. В течение более десяти лет соответствующие заинтересованные стороны, в том числе Министерство здравоохранения и социального обеспечения, Служба санитарного просвещения Англии и Национальная служба здравоохранения Англии/Улучшение, не смогли реализовать стратегию планирования изменений в предложении рабочей силы. Это привело NHS к величайшей катастрофе в ее истории: крупнейшему медицинскому кадровому кризису, с которым когда-либо сталкивалось учреждение, как указано в недавнем межпартийном парламентском отчете.
Позорно, но в Великобритании соотношение врачей и пациентов составляет всего два врача на тысячу человек, что опасно мало по сравнению с другими европейскими странами. Великобритания также тратит всего 2989 фунтов стерлингов (3741 доллар США) на душу населения на здравоохранение, что является вторым самым низким показателем среди всех стран G7. Такие низкие расходы были бы опасны даже в лучшие времена. Но с учетом того, что список ожидания NHS достиг исторического максимума в 7,21 миллиона человек, этот дефицит финансирования медленно наносит ущерб службе. Существует тесная связь, которую часто игнорируют при обсуждении продолжающегося спора, между оплатой труда врачей и нехваткой персонала в NHS.
Новый анализ Британской медицинской ассоциации (BMA) показывает, что младшие врачи в Англии с 2008/9 по 2021/22 годы столкнулись с сокращением заработной платы на 26,1 процента в реальном времени. Младший врач, получивший квалификацию в 2009 году, заработал 47 500 фунтов стерлингов (59 455 долларов США) в сегодняшних деньгах, платя за обучение 1000 фунтов стерлингов (1 251 доллар США) в год. Нынешним выпускникам придется работать в течение пяти лет, чтобы заработать эквивалент, погасив в общей сложности 100 000 фунтов стерлингов долга за обучение, сводя концы с концами в контексте кризиса стоимости жизни, вызванного уровнем инфляции 10,4 процента.
Чтобы представить это в контексте, представьте себе трех врачей с десятилетним, семилетним и годовым опытом работы в операционной, где удаляют аппендикс — одну из тысяч подобных операций, которые проводятся каждый день в Англии. За процедуру, которая длится около часа, они заработают 28 фунтов стерлингов, 24,46 фунтов стерлингов и 14,09 фунтов стерлингов соответственно — всего 66,55 фунтов стерлингов за потенциально спасительную операцию. Понятно, что в контексте десятилетнего сокращения бюджета NHS низкая заработная плата младших врачей подавляет расходы на неотложную медицинскую помощь.
Младших врачей теперь часто просят выполнять роль двух врачей в любой момент времени. Выгорание и стресс на рабочем месте достигли рекордно высокого уровня: 62 процента врачей испытывают на себе последствия невыносимой нагрузки на работе. Пациенты также страдают от эмоционального выгорания, а врачи более чем в два раза чаще совершают медицинские ошибки. И специалисты, и пациенты страдают в результате хронического пренебрежительного отношения правительства к здравоохранению в течение последнего десятилетия. Ущерб от управления хронически недофинансируемой и недоукомплектованной системой здравоохранения, все еще переживающей пандемию COVID-19, проявляется среди младших врачей в наихудшей форме.
Ухудшение условий в NHS вынудило многих врачей покинуть Англию, чтобы работать в странах с системами здравоохранения, которые обеспечивают лучшую компенсацию и условия. Великобритания предоставила Австралии 13 процентов своих врачей общей практики и 22 процента своих специалистов в 2011 году. В период с 2014 по 2016 год число британских врачей, работающих в Австралии и Новой Зеландии, увеличилось на 17 процентов. Эта массовая миграция медиков привела к Великобритания, одна из самых богатых стран мира, страдает от «утечки мозгов», явления, обычно ассоциируемого с развивающимися странами.
Правда в том, что Соединенному Королевству не удается удержать и привлечь «лучших и умнейших» на международной арене. Национальная служба здравоохранения конкурирует с международными системами здравоохранения за мировой рынок медицинского труда. Не сумев победить в этом соревновании, Великобритания стала свидетелем исхода талантливых клиницистов, ученых и лидеров здравоохранения в другие страны, которые предлагают более прибыльную работу с бонусом в виде более комфортного образа жизни.
Оплата и условия труда — не единственные факторы, но они, безусловно, являются наиболее важными с большим отрывом, вынуждая многих врачей уходить с работы в NHS и переезжать за границу, чтобы выполнять ту же работу в новой системе здравоохранения. Из-за халатности правительства Великобритания просто не поспевает, и это должно беспокоить всех нас.
Миграция тысяч врачей из NHS — то, что медицинские работники в просторечии стали называть «дрекситом» — имела катастрофические долгосрочные последствия для службы. Согласно одному исследованию 2021 года, 89,7 процента врачей, уволившихся из NHS, сделали это из-за неудовлетворенности заработной платой, при этом подавляющее большинство из них сообщили, что удовлетворены своей зарплатой за границей. Еще одна проблема, отмеченная в этом же исследовании, заключается в том, что выгорание сыграло роль в мотивации врачей покинуть NHS. В 89,2% случаев это «выгорание» разрешалось, когда они начинали обучаться за границей.
Поскольку медицина в Великобритании становится относительно непривлекательной и непривлекательной перспективой, можем ли мы обвинять врачей в том, что они ищут лучшие перспективы в других местах? Прямо сейчас это не составляет труда — и этот факт неприемлем для любого правительства, от которого нужно убегать.
Решение о забастовке дается нелегко, но британская общественность должна быть уверена в том, что забастовки младших врачей безопасны и законны. Систематический обзор международного исследования не обнаружил никаких доказательств того, что забастовки младших врачей оказывают какое-либо влияние на смертность пациентов в больницах.
Мы признаем нарушение, вызванное четырехдневной забастовкой амбулаторных процедур, и сочувствуем нашим пострадавшим пациентам. Тем не менее, я умоляю вас спросить, что более хаотично: четырехдневная забастовка врачей, борющихся за лучшую и безопасную NHS, или тринадцать лет бесхозяйственности NHS, ведущей к бесчисленным задержкам и опасностям для пациентов? Этот беспорядок стоит у дверей сменяющих друг друга консервативных правительств.
Зимой британцы увидели вращающуюся дверь несправедливости, когда пациенты томились в коридорах, отчаянно умоляя о койке, которая когда-то существовала, если бы не безжалостные сокращения бюджета NHS. Душераздирающая статистика о том, что задержки в отделениях неотложной помощи вызывают до пятисот смертей в неделю, не стала неожиданностью для таких медицинских работников, как я, — настолько ужасной стала ситуация.
Из 125 больничных фондов в Англии только три достигли стандарта лечения 85 процентов пациентов в течение двух месяцев после срочного направления — число опасно ниже целевого показателя из-за хронической нехватки персонала. Операции, отмененные из-за забастовок младших врачей, меркнут по сравнению с тремястами тысячами операций, отмененными за последние три года из-за хронической нехватки кадров.
Правда, от которой даже министр здравоохранения и социального обеспечения Великобритании Стив Барклай не может убежать, заключается в том, что требование оплаты младшего врача имеет не только здравый смысл, но и экономический смысл. Расходы NHS на агентства местоблюстителей в прошлом году выросли на 20%: это симптом хронического кадрового кризиса. В общей сложности было потрачено впустую 500 миллионов фунтов стерлингов на оплату этих «посредников». Национальная служба здравоохранения тратит 3 миллиарда фунтов стерлингов, чтобы восполнить пробел, в то время как устранение давней нехватки врачей с восстановлением справедливой заработной платы обойдется всего в 1,03 миллиарда фунтов стерлингов. Было бы безрассудством со стороны правительства и Барклая отвергнуть это.
Врачи и их пациенты должны объединиться против опасностей некомпетентности правительства, которые привели нас к хроническому кадровому кризису, назревавшему годами. Это реальная опасность. Победа для врачей — это победа для наших пациентов — восстановление того, что мы потеряли из-за нашей любимой NHS. Наконец, тем министрам, которые аплодируют нам на протяжении всей пандемии: я умоляю вас засунуть руки в карманы, чтобы восстановить нашу зарплату и вместо этого защитить наших пациентов.
источник: jacobin.com