Пособие на нищету: депутат Тетаз рассказал, как устроена бедность в Аргентине
Экономист Мартин Тетаз рассказал ФАН, почему забота государства не помогает аргентинцам вырваться из бедности.
МВФ опубликовал прогнозы экономического роста Аргентины в 2023 год. Перспективы выглядят плачевно: рост ВВП ожидается не более 0,2%. Причины — рекордная засуха, социальная нестабильность в стране в преддверии президентских выборов и, конечно же, государственная политика по сдерживанию доллара. По результатам апрельского исследования WEO, безработица вырастет с 7% до 7,6%, а средний показатель инфляции в 2023 не опустится ниже 98,6%.
Уже в первую неделю апреля цены на продукты питания в среднем выросли на 2,5%. Как ни странно, лидируют цитрусовые (8,3%), сахар и подсластители (5,7%), а также свежие макаронные изделия (4,9%). Государственная программа «Справедливые цены» призвана уравновешивать подобные скачки, характерные для частных лавок и бакалейных магазинов: в супермаркетах подорожание на эти и другие продукты не может превышать отметку 3,2%. Проблема в том, что часть из 50 000 наименований по фиксированным ценам из супермаркетов исчезла, потому что хозяевам просто невыгодно хранить и продавать их.
Результатом является значительное ухудшение уровня жизни в стране. На сегодняшний день из 46,2 миллионов аргентинцев 18,8 млн (39,2%) находятся за чертой бедности, а 3,8 млн (8,1%) — в ситуации крайней нищеты. При этом самой незащищенной категорией, ожидаемо, стали дети младше 14 лет (54,2%).
Столь неприятные для Аргентины данные специальному корреспонденту международной редакции Федерального агентства новостей прокомментировал Мартин Тетаз — депутат от партии «Гражданский союз радикалов» (UCR или просто «радикалы»), преподаватель высшей школы, оппозиционный экономист и популярный медийный персонаж.
ФАН: В конце марта Национальный институт статистики и переписи (INDEC) обнародовал данные, согласно которым за чертой бедности в Аргентине оказалось 39,2% населения. Из них 8,1% официально признаны нищими. Что это значит на практике?
Мартин Тетаз: Диагностируется покупательная способность представителей разных слоёв населения, так называемая потребительская корзина. Далеко не все могут позволить себе тратить деньги на фрукты и овощи, а также качественную белковую пищу…
По некоторым прогнозам — и с учетом имеющейся конъюнктуры — в 2023 году эти цифры могут вырасти еще больше, и доля бедных увеличится до 42-43%. Наиболее критична ситуация в северных провинциях.
— Как такое возможно в стране, которая постоянно проводит активную политику социальной защиты своих граждан?
— Тут надо понимать, что индексирование зарплат ожидаемо распространяется только на «белые» зарплаты тех, кто трудоустроен официально. Работодатели на «черном» и «сером» рынке труда совсем не стремятся быть «в тренде». Поэтому если зарплаты официально занятых граждан в 2022 выросли в среднем на 95,8%, то у всех остальных — всего на 65,4%... и с моей точки зрения, эта цифра завышена.
Помимо этого, в связи с требованиями МВФ по выплате внешнего долга, социальные программы сокращаются. Сейчас правительству предстоит пересмотреть 160 тысяч планов по субсидиям. Например, на прошлой неделе министр социального развития Виктория Толоса Пас объявила о сокращении финансового вспоможения безработным в рамках программы Nexo. Речь идет о доплатах в размере половины минимальной зарплаты — это около 35 тыс. аргентинских песо (13,3 тыс. рублей) — а также регулярных выплатах матерям-одиночкам.
К сожалению, в стране сложилась такая ситуация, что для поддержания минимального благосостояния многим теперь выгодно не работать, а получать субсидии — в рамках одной или сразу нескольких социальных программ… Это отнюдь не стимулирует занятость и экономический рост на макроуровне.
— То есть в дополнение ко всем остальным имеется проблема на уровне менталитета?
— Это один из факторов. Однако Аргентина уже давно утратила внятную модель экономического развития, и основная причина в том, что жесткому налогообложению подвергается экспорт. Чем выше налоги, тем меньше объем экспорта. Чем меньше объем экспорта, тем дороже доллар. И тем ниже в итоге реальные зарплаты.
Опять же, ввиду сокращения экспорта, каждые пять лет «выстреливает» кризис платежного баланса на уровне страны. И что важно, этот механизм срабатывает вследствие мер, которые принимает непосредственно правительство. За последние 75 лет в Аргентине случилось уже 15 подобных кризисов.
Что касается обнищания населения, то эти процессы для многих людей имеют необратимый характер: к экономическому дну идет огромное количество граждан, которые оттуда уже никогда не поднимутся.
Если бы Аргентина нормально экспортировала и экспортеры не испытывали бы такого налогового давления, то вместо 100 миллиардов, которые поступают на сегодняшний день в казну от продажи нашей продукции за рубежом, можно было бы рассчитывать на 200 миллиардов. И тогда бедных тоже было бы вполовину меньше. Или даже больше, чем вполовину.
— Влияют ли на количество бедных экстра-экономические факторы? Например, Аргентина — одна из немногих стран, где бесплатное образование на всех уровнях доступно всем, но при этом по официальным данным среднюю школу заканчивает всего 75% учащихся? По результатам последней переписи населения 650 тысяч детей в возрасте до 17 лет каким-то образом оказались за бортом системы образования.
— У школьного образования три основных проблемы. Во-первых, многие дети бросают школу именно потому, что им нужно работать и помогать своим семьям. Подростки 14-15 лет выходят на неофициальный рынок труда, где выступают в качестве неквалифицированной рабочей силы. К этому следует добавить такие факторы, как насилие в семье, употребление наркотиков… Из-за проблем с поведением их попросту отчисляют из школ.
Во-вторых, школы работают с перебоями, потому что из-за частых забастовок отменяются уроки, да и качество преподавательского состава весьма неудовлетворительно. Многие институты по подготовке учителей средних школ недостаточно хорошо контролируются государством.
И в-третьих, в Аргентине — как и во всем мире — практикуется образовательная модель времен индустриальной революции. Устаревшая модель. В условиях «новой экономики» эта схема не работает. Так что, мы сталкиваемся еще и с функциональной недостаточностью. В Италии, Испании, Великобритании — та же проблема. Образовательный процесс не отвечает требованиям окружающей действительности, и дети из него выпадают.
Так или иначе, на региональном уровне Аргентина позитивно выделяется по качеству своих специалистов. В сравнении с Чили, Перу, Боливией, и даже с Бразилией, наши профессионалы в среднем гораздо более подготовлены. Это подтверждается высоким экспортом услуг, основанных на знаниях и использовании технологий. У нас активно распространены так называемые «наукограды». Вот, например, когда приезжал ваш Виталий Бутерин, создатель криптовалюты Etherium, он отметил наличие благоприятной технологической экосистемы в нашей стране.
Проблема в том, что эта экосистема слишком фрагментирована, потому что встроена в формальную модель занятности… То есть, доступ к ней имеет только половина населения.