Валентин Молдавский: «Первое ощущение после проигранного боя: лучше бы я сдох»

Бывший временный чемпион Bellator в тяжелом весе Валентин Молдавский (11-3) ответил на вопросы о своем поражении в реванше с Линтоном Вэсселлом (23-8), о реакции Федора на это и о том, кто сейчас лучший российский тяжеловес в ММА. — Можете с чем‑то сравнить поражение, именно по эмоциям? — Да со смертью… Первое ощущение после проигранного боя: лучше бы я сдох. Как бы это ни звучало, но типа такого. Тем более в бою, который ты точно должен был выигрывать. Чем тяжело это поражение — у меня таких ни разу не было. В любительских ММА я проиграл один раз Магомеду Анкалаеву раздельным решением — один судья отдал мне. С Бэйдером хоть и единогласное решение, но тоже могли мне отдать. А тут — не прикопаешься. — Иногда кажется, что утро после боя получается даже хуже, чем момент, когда сразу объявляют результат. Потому что в клетке еще есть адреналин и эмоции, а утром приходит чистое осознание. — Нет, осознание сразу приходит. И есть ощущение нереальности происходящего. Это же всегда такая мысль: когда с тобой что‑то плохое происходит, ты думаешь, что это не с тобой. В этот момент самое большое желание, чтобы все‑таки дали подраться дальше. Тем более у меня же так и получилось: меня «обрубили», а я встал и не понял, почему остановили бой. Думал, что все нормально и можно дальше драться. Но так часто бывает у людей, которых «потушили», — они думают, что ничего не произошло — Кто сейчас лучший российский тяжеловес? — Если смотреть по рейтингам – наверное, Сергей Павлович. Он объективно ближе всех к титулу UFC, но, опять же, Толя Малыхин — двойной чемпион One FC, тоже хорошо. А если брать набор навыков, то, наверное, я бы выделил Александра Волкова и Анатолия Малыхина. Толя борется, в ударке прибавил, хорошо дышит, и он достаточно универсальный. А Волков, хоть и считается, что борьба не самая сильная у него, но понятно, что он универсальный боец. Я бы выделил их. — Как Федор Емельяненко отреагировал на ваш бой? — Он к таким поражениям по‑своему относится: если бы меня весь бой «возили» и было бы понятно, что я проиграл, потому что мне чего‑то не хватало как спортсмену, — это одно. А тут пропущенный удар. К таким моментам у него отношение, что надо сделать выводы и готовиться дальше. Да, ты допустил ошибку в моменте, но по бою вроде бы все шло нормально. В целом, конечно, Федор не обрадовался. — А в какой момент вы созвонились? — Мы были с Вадимом в США и набрали ему. — Я был одним из двух журналистов, кто приехал встречать Федора в аэропорт после боя с Бэйдером. Он поблагодарил за встречу, но отказался говорить. И мы уже месяц вообще ничего о нем не знаем. Как он? — Думаю, что он закончил карьеру, и, наверное, закончил со всеми интервью и со всем остальным, пошел на покой. Мы лично пока не виделись. Но увидимся. — Как вы думаете, он тренируется сейчас? Может спарринговать? — Думаю, что он с семьей время проводит. У него бой был совсем недавно, зачем ему спарринговать? Но надеюсь, что в каких‑то подготовках будет участвовать, постоит...