«С развёрнутыми знамёнами и штандартами»
Элитная часть, которой командовали Л.-гв. полковники Василий Скляров (в 1921—1924) и Георгиевский кавалер Константин Зерщиков (в 1924—1937), входила в состав Кубанской казачьей дивизии генерал-майора Виктора Зборовского — Георгиевского кавалера и ещё одного старого конвойца. После его ранения в 1916 году о нём с заботливой теплотой упоминали в своей переписке император Николай II и императрица Александра Фёдоровна.
Сначала казаки Склярова занимались сбором трофеев на местах бывших боев в южной Сербии и несли погранслужбу в районе Загреба по линии венгерской границы. Осенью 1922 года к дивизиону на время была присоединена Л.-гв. Терская сотня из расформированного Конвоя Главнокомандующего Русской армией генерал-лейтенанта барона Петра Врангеля. В 1922—1924 годах гвардейцы работали на строительстве железных дорог Топчидер — Мала Крсна, Ормож — Лютомер, на сахарном заводе в Белом Монастыре в Баранье. При этом особое внимание уделялось сохранению обмундирования, внешнего вида и традиций, систематически велись занятия по тактике и строевой подготовке. Зимой 1924 года генерал Врангель объединил Гвардейский Кубанский дивизион и Л.-гв. Терскую сотню в дивизион Л.-гв. Кубанских и Терской сотен. Затем чины дивизиона стояли на работах и базировались в районе Белого Монастыря и Белище. Здесь они занимали обустроенные казармы с электрическим освещением, библиотекой и собраниями, поддерживая в местах расквартирования чистоту и порядок.
По состоянию на 1 мая 1924 года дивизион насчитывал 209 чинов, в том числе 26 офицеров, 3 чиновника и 180 казаков. Они оказывали регулярную помощь нуждающимся соотечественникам и местным жителям, пострадавшим от наводнения, поддерживали русский госпиталь в Панчево. С 26 августа 1928 года в дивизионе хранились 12 знамён и штандартов кубанских полков и отдельных батальонов. К концу 1920-х годов личный состав дивизиона сократился до 112 чинов, так как часть казаков перешла на беженское положение в связи с поиском индивидуального заработка и личным трудоустройством, но остальные упорно сохраняли и берегли свою часть.
Вниманию читателей предлагается письмо, написанное 14 июля 1935 года командиром дивизиона, Л.-гв. полковником Константином Зерщиковым (1887−1951), отличившимся на полях сражений Великой войны, баронессе Марии Врангель (1858−1944), которая поддерживала переписку со многими офицерами покойного сына. Кубанская дивизия Зборовского прекратила существование, но Гвардейский дивизион, оставшийся последним осколком старой русской армии и Гвардии, продолжал нести службу, хотя надежды на возвращение на родину и свержение большевистской власти становились всё более призрачными. Подобных печальных переживаний Константин Фёдорович и не скрывал, о чём свидетельствует тональность письма, но вместе с тем штаб-офицер явно гордился, что его гвардейцы по-прежнему производят впечатление на югославов своей выправкой и достоинством. Будущего предвидеть ещё никто не мог…
Настоящий источник хранится в микрофильмированной коллекции баронессы Марии Дмитриевны Врангель (1856−1944) в собрании Гуверовского архива Стэндфордского университета (Hoover Institution Archives, Stanford University (HIA). Vrangel M. D. Collection. Reel 16. Box 14. Folder 31).
Автор — кандидат исторических наук