Чтобы победа Лулы имела значение: предложение о единой палестинской внешней политике

Палестинцы и их сторонники имеют право праздновать победу на выборах левого кандидата в президенты Луиса Инасио Лулы да Силвы во втором туре выборов в Бразилии 30 октября. стратегия.

Лула на протяжении многих лет доказал, что он настоящий друг Палестины и арабских стран.

Например, в 2010 году, будучи президентом, он говорил о своей мечте увидеть «независимую и свободную Палестину» во время визита на оккупированный Западный берег. Он также отказался посетить могилу Теодора Герцля, отца израильской сионистской идеологии. Вместо этого он посетил могилу Ясира Арафата в Рамаллахе.

Позже в том же году правительство Лулы признало Палестину независимым государством в границах 1967 года.

Соперник Лулы, будущий бывший президент Бразилии Жаир Болсонару, является идеологом, который неоднократно заявлял о своей любви к Израилю и пообещал в ноябре 2018 года последовать примеру правительства США в переносе посольства своей страны из Тель-Авива в Иерусалим.

В отличие от других произраильских мировых лидеров, привязанность Болсонару носит идеологический и безоговорочный характер. В интервью 2018 года израильской газете «Исраэль ха-йом» он сказал: «Израиль — суверенное государство… Если вы решите, какая у вас столица, мы последуем за вами. Вы выбираете столицу Израиля, а не другие люди».

В последнем и отчаянном шаге, чтобы заручиться поддержкой бразильских христиан-евангелистов, жена Болсонару, Мишель, надела футболку с израильским флагом. Один только этот жест многое говорит об искаженной повестке дня Болсонару, что характерно для многих сторонников Израиля во всем мире.

Победа Лулы и поражение Болсонару сами по себе являются свидетельством меняющегося мира, в котором лояльность Израилю больше не является гарантом победы на выборах. Это подтвердилось в случае с Дональдом Трампом в США, Лиз Трасс в Великобритании, Скоттом Моррисоном в Австралии, а теперь и в Бразилии.

Израильтяне, похоже, тоже смирились с такой новой, хотя и неприятной реальностью.

В интервью The Times of Israel бразильский ученый Джеймс Грин объяснил, что Израилю надлежит пересмотреть свое отношение к Луле. Грин сказал, что новоизбранного президента не следует рассматривать «как радикала, потому что он им не является, и в этой кампании ему нужно было проявить умеренность на всех уровнях».

Готовность сотрудничать с Лулой, хотя и неохотно, также выразил Клаудио Лоттенберг, президент Бразильской конфедерации израильтян, крупнейшей произраильской еврейской организации страны, который 31 октября выпустил записку, в которой выражалась «постоянная готовность группы к конструктивному и демократический диалог» с Лулой.

Политическая трансформация Бразилии, несомненно, принесет пользу палестинцам, хотя идеологически разнообразная коалиция Лулы затрудняет для него исследование тех же радикальных политических пространств, в которые он рисковал во время своего предыдущего президентства между 2003 и 2011 годами.

Стоит также отметить, что Болсонару был относительно важным игроком в глобальном консервативном ультраправом политическом лагере, который пытался узаконить израильскую оккупацию Палестины. После недавней отмены правительством Австралии принятого в 2018 году решения о признании Иерусалима столицей Израиля поражение Болсонару стало еще одним гвоздем в гроб «сделки века» Трампа.

Да, геополитические изменения имеют решающее значение для будущего Палестины и палестинской борьбы, но без ответственного палестинского руководства, которое может использовать возможности и противостоять растущим вызовам, победа Лулы в лучшем случае может рассматриваться как символическая.

Палестинцы знают о масштабных изменениях, происходящих в регионе и во всем мире. Об этом свидетельствуют неоднократные визиты палестинских политических групп в Москву и встреча президента Палестинской автономии Махмуда Аббаса с президентом России Владимиром Путиным 13 октября в Казахстане. Последняя встреча вызвала гнев Вашингтона, который не способен сколько-нибудь осмысленно наброситься, чтобы не столкнуть палестинцев целиком в российский лагерь.

Палестина также снова становится регионально значимой, если не центральной в арабских делах, как было указано на саммите Лиги арабских государств в Алжире 1-2 ноября.

Однако для того, чтобы все эти динамичные изменения воплотились в ощутимые политические достижения, палестинцы не могут действовать как разрозненные образования.

Есть три основные политические тенденции, которые определяют политические действия Палестины во всем мире:

Во-первых, Палестинская администрация, которая имеет политическую легитимность как законный представитель палестинского народа, но не имеет реальной легитимности среди палестинцев и не имеет дальновидной стратегии.

Во-вторых, палестинские политические группы, которые идеологически разнообразны и, возможно, более популярны среди палестинцев, но не имеют международного признания.

И, наконец, возглавляемая палестинцами международная кампания солидарности, получившая широкое распространение как голос палестинского гражданского общества во всем мире. Хотя последний имеет моральную легитимность, он не является юридически представительным для палестинцев. Кроме того, без единой политической стратегии достижения гражданского общества не могут быть преобразованы, по крайней мере пока, в твердые политические достижения.

Таким образом, хотя все палестинцы празднуют победу Лулы как победу Палестины, нет ни одной организации, которая могла бы в одиночку использовать политические и геополитические изменения, происходящие в Бразилии, в определенный кирпичик коллективной борьбы за справедливость и свободу в Палестине.

Пока палестинцы не пересмотрят свое проблематичное руководство или не сформулируют новый тип руководства посредством массовой мобилизации в самой Палестине, они должны, по крайней мере, попытаться освободить свою внешнеполитическую программу от фракционности, которая определяется эгоцентричным подходом к политике.

Отправной точкой могло бы стать создание переходного, внефракционного политического органа профессиональных палестинцев с консультативной ролью, согласованной всеми политическими группами. Это может осуществляться через Организацию освобождения Палестины (ООП), которая десятилетиями находилась в маргинальном положении со стороны ПА. Основная роль этой организации может быть ограничена рассмотрением многочисленных возможностей, открывающихся на мировой арене, и предоставлением, пусть и номинально, палестинцам возможности высказаться единым голосом.

Для этого, конечно, основные палестинские группы должны иметь достаточно доброй воли, чтобы отложить в сторону свои разногласия ради общего блага; хотя это и нелегкий подвиг, тем не менее, это возможно.