Поворот на Запад. Как изменятся отношения РФ и Казахстана после победы Токаева

Накануне в Казахстане прошли внеочередные президентские выборы, исход которых был очевиден с самого начала: уверенную победу одержал действующий глава республики Касым-Жомарт Токаев, заручившийся поддержкой 81,31% граждан. Остальные участники гонки набрали менее 4%, так и не сумев составить ему особой конкуренции.

Праздновать свой триумф казахстанский лидер начал еще до объявления официальных результатов, но тут уже было не до суеверий — экзитполы показали его неоспоримое превосходство над соперниками. Не скрывая своей радости, Токаев выразил уверенность, что прошедшая избирательная кампания войдет в историю страны.

«Конечно, мы ждем официальных итогов выборов. Тем не менее уже можно сказать, что народ выразил убедительное доверие мне как президенту и всем вам», — подчеркнул он, выступая перед членами предвыборного штаба.

Теперь основная интрига состоит в том, куда новоиспеченный президент, уже анонсировавший кардинальные изменения в экономике и политическом устройстве страны, поведет Астану. Эксперты полагают, что Казахстан начнет постепенно уходить из-под влияния России, поскольку у него появился реальный шанс стать лидером на евразийском пространстве при посредничестве Китая, Турции и Запада. Но так ли все просто?

Идея провести в Казахстане досрочные выборы принадлежит самому Токаеву, который в конце сентября подписал соответствующий указ сразу после принятия поправок в Конституцию. Новая редакция основного закона положила начало построению чуждой для республики политической системы, на протяжении 29 лет находившейся под единоличным контролем «лидера нации» Нурсултана Назарбаева и его клана.

Преемник Елбасы решил увеличить срок президентских полномочий с пяти до семи лет, но в то же время запретил переизбрание, сократил «президентскую квоту» в сенате с 15 до 10 депутатов, а также лишил главу государства права состоять в партиях, а его близких родственников — возможности занимать политические должности и руководящие посты в госструктурах.

Столь радикальные реформы стали ответом Токаева на январские события этого года, когда Алматы и еще 11 регионов республики охватили массовые протесты: изначально местные жители возмутились высокими ценами на сжиженный газ, но затем начали требовать отставки правительства и запуска политических реформ. В результате тех беспорядков погибли 230 человек.

Сам президент назвал демонстрации «заговором силовиков и их пособников», которых не устраивала проводимая в последние годы «модернизация и трансформация». В этом смысле концепция «Нового Казахстана», которую предлагает Токаев, призвана преодолеть причины январского кризиса — клановость в политике и экономике, сильное социальное неравенство и чрезмерную зависимость от иностранных инвесторов, считает политолог Алексей Дзермант.

«Идея справедливости будет лежать в основе каждого нашего решения, каждого нашего действия, — пообещал Токаев в конце октября, представляя свою предвыборную программу. — Мы исходим из того, что нашим главным богатством и конкурентным преимуществом являются люди».

Несмотря на амбициозные планы Токаева переделать вертикаль власти, предвыборная кампания прошла, на удивление, почти незаметно: в стране не проводилось ни многотысячных митингов, ни концертов в поддержку того или иного кандидата, не было на улицах и агитаторов, назойливо раздающих листовки.

Возможно, власти опасались повторения известных событий, либо же все еще проще — действующий президент и без того оставался главным фаворитом гонки, поэтому не было смысла выделять на это лишние средства.

Едва заметную конкуренцию Токаеву составили малоизвестные фигуры, каждая из которых набрала менее 4% голосов: кандидат от Национального альянса профессиональных социальных работников Каракат Абден, член Общенациональной социал-демократической партии Нурлан Ауесбаев, выдвиженец от политсилы «Ауыл» Жигули Дайрабаев, член Содружества профсоюзов Казахстана «Аманат» Мейрам Кажыкен, а также Салтанат Турсынбекова от объединения «Қазақ аналары — дәстүрге жол».

При этом наибольшей популярностью у жителей Казахстана после Токаева пользовался кандидат «против всех» — этот вариант выбрали 5,8% избирателей. Такая графа появилась в бюллетене впервые с 2004 года, причем инициатором нововведения стал нынешний лидер. По мнению экспертов, власти хотели таким образом измерить степень протестности в обществе.

«Вот так и оказался кандидат Против Всех второй по популярности. Это ясно показывает плебесцитарный характер выборов», — написал в Telegram-канале политолог Сергей Марков.

В то же время результаты голосования продемонстрировали, что с отбором кандидатов «для легитимации “победы” Токаева» у его штаба явно вышел «большой конфуз», полагает политолог Максим Жаров. По его словам, когда на выборах второе место занимает графа «против всех», это значит, что с демократией в стране «что-то не ладно».

Однако победивший Токаев сохраняет оптимизм, утверждая, что гонка прошла в соответствии с законом, и всем кандидатам в президенты были предоставлены «равные возможности». С этим не согласились авторы Telegram-канала «Медиатехнолог», напомнившие, что ни у одного из потенциальных конкурентов не было никакой возможности подготовиться к досрочным выборам и провести нормальную кампанию из-за сжатых сроков.

Впрочем, кто станет у руля Казахстана — не так важно, ведь в любом случае это будет осуществляться под экономическим и политическим «протекторатом Китая» и «миноритарным голосом Кремля», полагают в «Образе будущего». Другого мнения придерживается обозреватель ЪFM Дмитрий Дризе, убежденный, что теперь у Астаны есть шанс стать лидером на евразийском пространстве при поддержке Пекина, Турции и Запада.

«Россия по-прежнему называется стратегическим партнером, тем не менее, всем все ясно — Казахстан уходит из-под российского влияния. И процесс этот является необратимым. Есть еще экономическая зависимость, однако поставлена задача ее как можно быстрее преодолеть. И то, что она будет решена, сомневаться не приходится, учитывая пул инвесторов-помощников», — рассуждает эксперт.

Дризе не исключил, что в действиях Токаева после выборов добавится еще больше «жестокости» в отношении «большого соседа». Но не стоит забывать о параллельном импорте, который «тоже никуда не делся», напомнили в Telegram-канале "Кромъ Летописец". Вызывает сомнения и декларируемая действующим главой республики политика многовекторности, указал Дзермант.

«Из одного из инициаторов и центров евразийской интеграции он [Казахстан — прим. ред.] превращается в открытый всем ветрам перекресток с непонятным вектором движения. <…> Вектор — это именно направление движения, если вы одновременно двигаетесь в разные стороны, вас может разорвать», — объяснил политолог.

Замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин в беседе с «Политикой Сегодня» выразил уверенность, что Казахстану такая проблема не грозит, поскольку резкие повороты в сторону Запада, России или Китая сейчас не целесообразны и не в характере Токаева, который является «осторожным и аккуратным» управленцем.

«Они будут действительно стараться проводить многовекторную политику. <…> С одной стороны, Казахстан находится в очень сильной зависимости от США, так как основные отрасли его экономики выкуплены американскими и англо-голландскими компаниями. С другой — у него реальное геополитическое положение между Россией и Китаем», — подчеркнул собеседник издания, добавив, что казахстанцы боятся усиления влияния китайцев в республике.

Ранее президент РФ Владимир Путин поздравил Токаева с победой на выборах, выразив надежду, что Москва и Астана продолжат совершенствовать стратегические отношения. Со словами поддержки к новоизбранному лидеру обратился и председатель КНР Си Цзиньпин. Он отметил, что под руководством Токаева Казахстан «продвинется вперед по пути строительства Нового Казахстана».