Пантовое хозяйство. В Заводоуковске Тюменской области фермер завел 800 маралов

Это не шутка — юг Тюменской области обживают оленьи стада. В споре за кормовую базу они уверенно конкурируют с местными бурёнками и табунами лошадей. Причиной тому не климатические причуды, а житель Заводоуковска Сергей Шабалин. Лет двадцать назад он зачастил на отдых в алтайские горы, там и прикипел душой к величавым рогачам.

В Республике Алтай мараловодство — основной вид сельского хозяйства, но на юге нефтегазовой области им отродясь не занимались. Сергей Борисович долго сомневался, получится ли у него исправить такое упущение, но всё же решился на эксперимент:

В угодьях жителя Заводоуковска выпасается более восьмисот оленей. Фото: предоставлено Сергеем Шабалиным

– Первую партию в двести голов мы завезли пять лет назад. Очень беспокоились, как они здесь приживутся. Все-таки маралы — не равнинные животные, летом уходящие от гнуса высоко в горы. У нас здесь гнус хоть и не такой, как на Ямале, но тоже есть. Поначалу обрабатывали загоны, изучали заболевших животных — может, мошкара закусала. Следили за адаптацией. Когда убедились, что оленей здесь всё устраивает и они прекрасно себя чувствуют в нашем климате, начали увеличивать поголовье…

Скоро их будут тысячи

Сегодня в угодьях нашего собеседника выпасается более восьмисот оленей. Это лишь начало, считает он. В планах довести поголовье до семи тысяч и создать самое крупное в России стадо. Уже третий год ферма выдает главный продукт мараловодства — панты. Это лечебный продукт, стоящий в одном ряду с женьшенем.

Несмотря на сравнительно небольшой опыт в этой сфере животноводства, тюменские оленеводы отмечают отличную адаптацию горных оленей на сибирской равнине. Есть и свои рекордсмены — один самец «сдал» десять кило рогов, что считается о-оочень хорошим результатом.

Чем отличаются южные оленеводы от северных? Только обувью и транспортом. По тундре в ботинках не побегаешь и на легковушке не погоняешь. Хотя есть и малица, и унты, и снегоход.

– А ведь мы планировали и северных оленей адаптировать к местным условиям, — говорит Сергей Борисович. — Выезжали в экспедицию в Тазовский район, изучали опыт ямальских оленеводов. Наш приезд долго откладывался из-за сильных морозов, потом звонят: «Приезжайте, потеплело». Приезжаем, а там минус 30 на градуснике, вот так оттепель! Но впечатление от поездки осталось самое светлое: уникальная земля и чудесные люди со своим укладом жизни. А больше всего поразили сами олени. Они оказались гораздо меньше, чем я себе представлял, но как-то разбивают толстенный наст и достают из-под снега ягель. На таком подножном корме они должны быть истощенными, а выглядят здоровыми и вполне упитанными. Это чудо-животные!

А ещё лошади, верблюды и…

К сожалению, идею разведения на юге области северных оленей пришлось забраковать: специалисты убедили, что без ягеля они не выживут, а промышленными заготовками этого мха никто не занимается. Хотя сам Сергей Борисович представлял всё по-другому: на пышной южной травке северянам будет и теплее, и сытнее, чем на родине. Оказалось, что ямальские олени более патриотичны, чем алтайские. А ведь опыт животноводства у Шабалина уже не маленький.

Третий год ферма выдает главный продукт мараловодства — панты. Фото: Иван Бычков

– В 2005 году мы увлеклись лошадьми. Первую пробную партию закупили в двести голов, а сегодня у нас уже три табуна, в которых более трех тысяч лошадей. Это для души. В коневодстве мне нравятся сами животные — сильные, свободные. Когда тысячный табун движется, чувствуешь неукротимую энергию. Сам люблю на них покататься или просто походить в табуне, набраться положительных эмоций. Так можно стрессы снимать.

А еще у нашего собеседника есть двадцать пятнистых оленей и верблюды, с которыми связана комичная история. После неудачной попытки наладить торговлю верблюжьей шерстью хозяин отправил их на базу отдыха. Конечно, экзотичные высокие двугорбые животные, покрытые густой шерстью, выглядят красиво. Но пришло время линять, и вид у них стал совсем не ахти. Сравните живую курицу с общипанной в магазине. А отдыхающие начали звонить в инстанции, дескать, спасите бедных животных, они от холода погибают.

Кстати, однажды (тоже для красоты!) оставили одного оленя с рогами, так он, оказавшись среди безрогих собратьев, настолько оборзел, что покоя никому не давал — почувствовал себя вожаком стаи. Пришлось держать наглеца в отдельной вольере, пока рога не отпали естественным путем.

Вот такое дело для души получилось у фермера с юга Тюменской области. Что дальше? Может, крокодилов со страусами развести?

Текст: Иван Бычков

Журнал

«Северяне», №4

, 2022 г.