Российский, белорусский или общий: какой рубль будет в Союзном государстве

Проблема взаимоотношений между Россией и Беларусью в валютной сфере не нова: уже больше 20 лет ведутся разговоры о создании единого рубля Союзного государства, а при обмене наличных денег возникают сложности. Но недавно «Сбербанк» заявил, что рассматривает возможность возобновления сделок с белорусской валютой в отделении, расположенном в непосредственной близости от Белорусского вокзала Москвы. Станет ли это первым шагом на пути разрешения старых противоречий и введения общего союзного рубля, который бы заложил по-настоящему прочную экономическую основу белорусско-российской интеграции?

На сегодняшний день малое количество обменных пунктов, работающих с белорусской валютой, объясняется низким спросом. В рыночной логике банки стараются избегать экзотических низколиквидных валют, ориентируясь на традиционную корзину из доллара, евро и юаня. В настоящее время в российской столице обмен белорусских рублей осуществляют лишь несколько отделений четырех банков, а также не более 10 частных обменных пунктов.

Однако подобное положение вещей вызывает неудовольствие со стороны Беларуси. Отсутствие белорусских рублей в российских обменниках воспринимается как нарушение принципа равенства и паритета в рамках Союзного государства. При этом официальный Минск подчеркивает, что в Беларуси российскую валюту можно обменять во всех отделениях любого банка на всей территории республики.

Этот небольшой частный случай в очередной раз обнаруживает одну из главных проблем Союзного государства — формальное равенство при несоизмеримости масштабов Беларуси и России.

Очевидно, то, что российские рубли свободно продаются в белорусских обменниках, а белорусских в российских не найти, обусловлено не какими-то политическими мотивами и желанием ущемить белорусов, а вполне объективными закономерностями. Размеры экономик двух стран таковы, что российский рубль неизбежно становится основной резервной валютой Союзного государства. Более того, по мере отказа от долларов во взаимных расчетах между Беларусью и Россией роль «деревянного» будет только возрастать.

Отсюда и спрос на российские рубли в белорусских обменниках. Это вполне объяснимо, так как относительно общей численности населения, белорусов, едущих в Россию, намного больше, чем россиян, посещающих Беларусь.

Чисто технически никакой проблемы в отсутствии белорусских рублей в российских обменниках нет. Граждане Беларуси давно привыкли при поездках в Россию заранее приобретать российские рубли у себя дома, да и для россиян при поездках в Беларусь никаких сложностей в приобретении белорусской валюты нет. Тем более, с распространением безналичных расчетов вопрос обмена в принципе теряет свою актуальность.

В этой связи вопросы возникают скорее не к российской, а к белорусской стороне, поскольку с функционированием платежной системы «Мир» на территории Беларуси возникают определенные проблемы.

Так, белорусские банки обложили держателей российских карт «Мир» комиссией, а также установили лимит на снятие наличных — не более 500 белорусских рублей (около 12 тысяч российских) в неделю.

Таким образом, наличие или отсутствие белорусского рубля в российских обменных пунктах — это вопрос не столько удобства граждан, сколько политического престижа, причем весьма старомодного.

В этой связи нельзя не вспомнить о вопросе единой валюты в рамках Союзного государства. Насколько оправданным был бы такой шаг, и почему этого до сих пор не произошло?

Идея валютного союза России и Беларуси имеет давние корни. Еще в сентябре 1993 года правительство Вячеслава Кебича подписало соглашение об объединении денежных систем двух стран. Это было время, когда ставшая независимой Беларусь остро столкнулась с проблемой разрыва экономических связей, потери традиционных рынков сбыта, а также ростом цен на энергоносители. Появившийся в 1992 году белорусский рубль стал рекордсменом на постсоветском пространстве по гиперинфляции.

В этих условиях, когда еще была свежа память о жизни в едином государстве, идея максимально тесной интеграции с Россией, вплоть до перехода на единую валюту, выглядела вполне закономерно и отпугивала разве что упертых белорусских националистов.

Интеграционные инициативы Кебича продолжил и углубил Александр Лукашенко. Договор о создании Союзного государства, подписанный в 1999 году, также подразумевал переход на общую валюту. Предполагалось, что уже в 2005 году Беларусь и Россия перейдут на российский рубль, а в 2008-м — на некую новую валюту Союзного государства. Но ни того, ни другого так и не произошло.

Вопрос уперся в то, кто будет управлять эмиссионным центром. Белорусская сторона настаивала либо на паритетном контроле над ним, либо на сохранении двух автономных Центробанков. С точки зрения Российской Федерации, регулирование выпуска денежных знаков должно было оставаться в руках Москвы, учитывая разницу в масштабах двух экономик.

Таким образом, вопрос единой валюты уперся в политику. Россия не готова делиться валютным суверенитетом с Беларусью, но и в Минске считают, что передача контроля над эмиссией Москве будет ограничением независимости.

В условиях несоизмеримых размеров двух субъектов Союзного государства найти какой-то компромисс по единому эмиссионному центру оказалось невозможным. В результате вопрос об общей валюте был попросту отложен в сторону: от идеи официально не отказались, но и обсуждать что-либо в этом направлении перестали. В рамках 28 интеграционных программ, подписанных Беларусью и Россией в прошлом году, о переходе на единый рубль речь также не идет.

Между тем переход на общий союзный рубль заложил бы по-настоящему прочную экономическую основу белорусско-российской интеграции, сняв избыточные барьеры, сохраняющиеся между двумя странами, и обеспечив функционирование по-настоящему единого рынка, в существовании которого заинтересована прежде всего Беларусь с ее открытой и экспортно ориентированной экономикой.

Это тем более актуально в нынешних условиях, когда происходит отвязка от евро и доллара во внутренних расчетах и укрепляется роль российского рубля в качестве основной резервной валюты.

Однако экономической логике сопротивляется логика политическая, и как преодолеть это фундаментальное противоречие белорусско-российских отношений, пока непонятно.

 

Всеволод Шимов

Советник президента Российской ассоциации прибалтийских исследований, старший научный сотрудник Центра белорусских исследований Института Европы РАН