Милитаристское наследие Синдзо Абэ и «курильские виражи» японских коммунистов

Закономерным следствием гибели в результате покушения бывшего премьер-министра, видного Синдзо Абэ привело к успеху на выборах долгое время возглавлявшейся им Либерально-демократической партии (ЛДП). В результате в японском парламенте сторонники устранения из Конституции страны  ограничений на милитаризацию страны и отказа от права ведения войн обрели устойчивое большинство. Таким образом, открывается путь к референдуму, который должен дать ответ, сохранит ли Япония нынешнюю «пацифистскую» редакцию Конституции, или нет.

Согласно 9-й статье Основного закона в нынешнем виде, «…японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооружённой силы как средства разрешения международных споров. Для достижения цели, указанной в предыдущем абзаце, никогда впредь не будут создаваться сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны. Право на ведение государством войны не признаётся».

Убитый Синдзо Абэ был одним из наиболее последовательных сторонников отказа от этих ограничений и превращения Японии, в «нормальное государство» с современной армией (вплоть до ядерного оружия). На первом этапе политик требовал легализации «сил самообороны», де-факто – уже полноценной армии, претендующей на право находиться в первой десятке сильнейших армий мира. По подсчётам ряда экспертов, по бюджетным ассигнованиям на «несуществующие» армию, авиацию и флот в Токио расходуются суммы, соразмерные или даже превышающие аналогичные расходы Великобритании, Франции и, не исключено, России.

Действуя последовательно и настойчиво, «голубь» Синдзо Абэ преобразовал управление «сил самообороны» в полноценное Министерство обороны, а также ударными средствами начал – с опорой на тесное сотрудничество с Вашингтоном – формировать мощный военно-морской флот с ярко выраженной наступательной составляющей. На вооружение «сил самообороны» поступили новые типы тактических и крылатых ракет с дальностью более 1000 км, способные достать территории КНДР, Китая и России. На очереди – создание космических и кибернетических войск. За 10 лет военный бюджет возрос до рекордного показателя 52 миллиардов долларов, а теперь его планируется увеличить ещё в два раза – до 100 миллиардов долларов.

В бытность Абэ премьер-министром японская армия получила право действовать за рубежом в тесном взаимодействии с американцами. В 2018 году была сформирована амфибийная бригада быстрого развертывания – элитное соединение морской пехоты, по сути, силы быстрого реагирования, которые можно использовать в любой «горячей точке» мира, в том числе в территориальных конфликтах.

Примечательно, что, даже несмотря на эти очевидные факты, убийство Синдзо Абэ некоторые эксперты связывают с его, якобы, недостаточно активной позицией на переговорах с Россией по Южным Курилам, и расценивают случившееся как некое «предупреждение» другим японским политикам. Между тем, непримиримость в вопросе принадлежности «северных территорий» – консолидированная позиция всех без исключения политических партий и групп «Страны восходящего солнца», вне зависимости от их идеологического окраса. И здесь более чем показательна позиция Коммунистической Партии Японии, активно поддерживающей претензии на ВЕСЬ Курильский архипелаг.

Так, еще в декабре 2019 г. глава КПЯ К. Сии рекомендовал «г-ну Абэ обозначить перед Москвой четкую позицию: весь Курильский архипелаг является японской территорией. Только таким образом можно будет добиться возвращения островов южной части Курил». Аналогичную позицию японские последователи Маркса и Ленина деятельно отстаивают и сегодня.

Началось же это десятилетиями ранее и развивалось поэтапно.

На переговорах с руководством КПСС в марте 1956 г. делегация японской компартии поддержала готовность СССР передать Японии Шикотан и Хабомаи, отметив «конфликтную позицию Сталина» в отношении этих островов. Но в мае 1952 г. та же компартия осудила бессрочную резолюцию Конгресса США (28 апреля 1952 г.) «О необходимости пересмотра условий Ялтинского и Потсдамского (1945 г.) соглашений союзников с СССР по вопросам Японии», объявлявшую «японскими» все Курильские о-ва и Южный Сахалин в придачу. Согласно тогдашнему мнению японским коммунистов, «эта резолюция провоцирует японский реваншизм, поощряемый американским империализмом».

Однако уже на XIX съезде КПСС (октябрь 1952 г.) глава партии К. Токуда, вкупе с фимиамами в адрес Сталина, заклеймив империализм и реваншизм, ни словом не обмолвился о нерушимости послевоенных границ на Дальнем Востоке.

С первой половины 1960-х годов позиция КПЯ постепенно эволюционировала в сторону поддержки претензий Токио не только к СССР на южнокурильские острова, но также к Китаю (острова Дяоюйдао) и к Корее (острова Токто), чему способствовала публичная поддержка Мао Цзэдуном в 1964 г. притязаний к Советскому Союзу.

Затем, демонстрируя свою независимость от Москвы, КПЯ в 1969 году, в день «северных территорий» (7 февраля), выступила за возвращение всех Курильских островов в состав Японии и за аннулирование положения Сан-Францисского мирного договора (1951 г.), в соответствии с которым Япония отказывалась от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова. Соответственно, на международном совещании компартий в Москве в том же году КПЯ присутствовала лишь в статусе наблюдателя.

Ранее, на встрече с руководством ЦК КПСС в 1965 г., тогдашний глава КПЯ К. Хакамада заявил: «…мы предпринимаем усилия по преодолению ложной идеологии Сталина, по возрождению первоначальной идеи научного социализма и дальнейшему ее развитию. У нас свой путь, и мы не обязаны поддерживать все решения КПСС. Вы практически ежедневно чините нам помехи и дезорганизуете нашу работу». И сразу после распада СССР было выпущено заявление: «…Мы приветствуем конец великого исторического зла гегемонизма. Конец гегемонизма должен восстановить справедливость в отношении северного архипелага, отторгнутого у Японии».

В преддверии распада СССР КПЯ стала активнее выступать за японскую принадлежность всей Курильской гряды. Русская служба Japan Broadcasting Corporation («Радио Японии») в 1980-х гг. и позже неоднократно сообщала, что японские коммунисты выступают за «воссоединение» Японии со всеми островами Курильского архипелага, равно как и за суверенитет на островах, оспариваемых Китаем и обеими Кореями.

Как следствие, поддержка местными левыми японского реваншизма и сохранение ими влияния в профсоюзах позволяют КПЯ сохранять от 8 до 14 мест в нижней палате парламента. На выборах 2021 г. КПЯ получила 10 парламентских мест.

…Ещё в 1982 г. в докладной записке группы экспертов Международного отдела ЦК КПСС отмечалось: «…В лице руководителей КПЯ в 70-х мы получили “некую” породу японских политиков: как двуликие Янусы они оборачивались в нашу сторону то друзьями, то недругами. В том числе, по вопросам так называемых “северных территорий”, отношений с КНР. Их поведению присущи скрытность, неискренность, бестактность, капризность, а подчас и элементарная невоспитанность». Через 20 лет позиция этой партии по притязаниям Токио на Южные Курилы раскритикована (в 2002 г.) группой Федерального собрания РФ по связям с парламентом Японии: «…Коммунистическая партия Японии занимает более “патриотическую” и популистскую позицию, чем та команда японских политиков, с которыми Россия начала находить общий язык и двигаться в направлении урегулирования существующих межгосударственных проблем».

Таким образом, в вопросе государственной принадлежности не только Южных Курил, но и всего Курильского архипелага японские коммунисты весьма последовательны. И не исключено, что, с учетом нынешней ситуации в японско-российских отношениях, их «патриотизм» вскоре распространится и на Южный Сахалин… 

Алексей Балиев